..

Знакомый белый потолок, знакомый запах медикаментов… все такое знакомое до тошноты. Сого ненавидит больницы всей душой, но попадает сюда так часто, что это второе место, в котором его можно точно найти после штаба Шинсенгуми. Капельница опустела и Окита, осознав, что его переполняет ненависть к своему состоянию сам вынул катетер из руки. Живот ещё немного болел, но это все терпимо. Он не ожидал, что Ято так сделает. Вот так просто вонзит в него нож. Но удар был слабый, лезвие не вошло глубоко и, наверное, это очень помогло Сого. Он мог куда серьёзнее пострадать в этот раз. Смешно, будучи самураем, умереть от рук глупой девчонки. — Что же мне с тобой делать? Он бросил взгляд в окно, но проплывающие по небу облака в ответ не сложились. Хотя бы намёк… Как ему поступить? Если Ято не хочет улетать, то может ему взять отпуск и на некоторое время улететь? Странное ощущение, что ему приходится бежать. Нет. Все так сложно, потому что Кагура ему не враг. Врага бы Сого убил не раздумывая, а вот девчонку трогать не хотелось. Если бы она представляла угрозу кому-то ещё, то Окита, возможно предпринял попытку её нейтрализовать, но… Жертва здесь только он, а он не позволит себе долго носить такой статус. Сого не перед кем не склонит головы, не прогнётся под чьей-то силой, даже если это и мощь самой сильной расы во Вселенной. Ято хоть и аманто, но душа и сердце у неё вполне человеческие. Ему нужно пробовать их изменить. А там уже не важно… даже если она будет страдать от душевных болезней или чего-то другого. Сого должен избавить себя от неё. Так будет лучше для обоих. Закат гнал солнце за линию горизонта, окрашивая небо в пурпурно-алый и рыжие цвета. А полицейский так и не знал окончательного ответа на свой главный вопрос. Как лучше поступить? И множество иных вопрос… А что хочет сам Сого? Размеренно жить в своей рутине? Утонуть с головой в сражениях с Джой? Убить замкома и стать на его место? А давно об этом Сого не думал. Все его мысли нынче о глупой Ято. Она заполонила собой всё. — Чёртова женщина. * * * В тёмном коридоре раздались неспешные шаги. В довесок к этому звуку прибавился металлический звон, от того, что кто-то стучал по прутьям камер, пока шёл к нужной. Кагура подняла голову, зная, что это по её душу. После случившегося в парке она самовольно сдалась полиции. Хиджиката долго не раздумывал над её признанием. Он запер Кагуру так далеко как мог, а она и не сопротивлялась. — Чем обязана? — Ято в сумраке выловила фигуру Хиджакаты. — Протокол. Всего лишь обход. Он выпустил кольцо дыма. Сигарета тлела в руке. Хиджиката был невероятно зол на Кагуру. Просто не передать словами как он был зол. — Его выписали. Повезло, что не задело ничего важного. — Сюда пускай не приходит. Хотя, потешить себя моими видом… он не упустит такой возможности, ару, — Кагура поднялась на ноги и подошла ближе. — Он не знает, что ты здесь. И не узнает. А попробуешь сбежать, — Тоширо запустил руку в карман и достал шприц, — то в этот раз я сделаю правильный выбор. Ты уничтожаешь лучшего из нас, и я не стану смотреть на это сквозь пальцы. Я пытался дать тебе шанс, но ты не оправдала моих надежд. — Я… — Что ты чувствуешь? Почему себя так ведёшь? Снова дым окутал лицо замкома и оно поплыло перед взором Кагуры. — Я не знаю. Я не знаю, ару. Почему теряю остатки разума и самообладания… Думаешь я сама в восторге? — Было бы в разы проще, покинь ты Землю, но, — Тоширо многозначительно замолчал, а спустя время продолжил, — Эдо и твой дом. И это будет последним вариантом решения проблемы. — Прекрасно, спасибо, — Кагура отвернулась от Хиджикаты, став к нему спиной, облокотившись на прутья решётки, — но вечность тут я тоже сидеть не хочу. Сколько мне ещё положено тут провести, ару? — Думаешь твоя совесть достаточно очистилась? — Возможно. И все же? — Пока не поймёшь, что не навредишь ему. — Как я это пойму, ару? Странный ты, Тоши. Хиджиката уловил странный звук, едва различимый. Он выронил сигарету из рук. Кагура же ещё не успела отпрянуть от решёток, как крепкая рука пролетела между прутьями и зажала её горло. * * * Сого медленно шёл по Терминалу. У него была назначена встреча. Меньше всего он хотел сейчас быть тут, но обстоятельства вынуждали его менять свои планы. Среди людей и аманто он неожиданно ощутил себя чужим. Словно не принадлежал ни к одной из рас, не был связан ни с одной душой на этой планете. Странное чувство тревоги поселилось внутри и Окита затормозил почти в средине зала. Он неожиданно подумал о своей сестре. Что бы она ему могла сказать на всю эту ситуацию? Сого не знал её ответа. Он не смел даже предположить о чем бы сказала эта прекрасная девушка. Злость затмила собой пустоту. Хиджиката сгубил его сестру, хотя мог сделать Мицубу счастливой. Почему она так слепо любила этого идиота? Почему Кагура… Окита обернулся, но среди огромной толпы он не увидел её рыжо-алый цвет. Девчонки Ято здесь нет. Но отчего он сейчас чётко ощутил её присутствие? Рука самовольно потянулась к груди. Сердце спокойно стучало внутри. Вопреки глупым помыслам, сердце не могло любить или ненавидеть. Сердце — это орган, перекачивающий кровь. Вся проблема была в голове. Сого опустил руку и сделал шаг вперёд. * * * — Проблема не решена, — Окита бросил короткий взгляд на Муцу. — Никакого результата, кроме моего ранения. — Мне нечего больше предложить, — женщина пожала плечами, бездумно смотря на пустой стакан из-под саке. — Должен быть иной вариант. — Вызови её папашу, пускай заберёт дочь, — Муцу бросила взгляд на капитана и устало выдохнула. Полицейский выдернул её с отдыха. Меньше всего ей хотелось сейчас обсуждать его проблемы. Вся эта ситуация выглядела глупо, и она не понимала почему вообще должна помогать кому-то вроде Сого. — Хах, и что я скажу? — Солгите, капитан. Вам же не привыкать. Если это всё, то я пойду. Она хотела подняться, но холодный взгляд собеседника не позволил ей сдвинуться с места. Странный этот парень Окита. Что могло Кагуре понравиться? Черствый, заносчивый и грубый. Хотя Муцу в любви понимала не больше остальных. Она могла с уверенностью сказать, что Кагура скорее всего не различает своих чувств из-за зова крови. Жажда сражения и жажда любви сменились, сводя её, глупую девчонку с ума. Жаль. Как жаль. — Я хочу попытаться вызвать в ней обратные чувства. Возможно, на рынке есть что-то такое, от чего её разум подменит одно чувство на другое. — Глупо. Наша кровь не позволит этому долго продолжаться. Капитан, — она склонилась ближе к Сого, — смирись со своей участью. Это же проще всего. — А насчёт моих чувств кому-то есть дело? — он тоже склонился. Взгляд у него… Муцу не понравились его глаза. В них нет жизни, только тусклый блеск. — Это не моя проблема, капитан. Сого хотел ответить, но оба поднялись со своих мест из-за ощущения что за ними следят. Сого осмотрелся, но в полутьме помещения было трудно разобрать хоть какой-то силуэт. Он успел заметить, что пальцы Муцу дрогнули. Она была на готове, атака для неё не станет неожиданностью. В темноте, как всполох, метнулся белый огонек. Всего секунда потребовалась незванному гостю, чтобы преодолеть весь зал и предстать перед взором Сого и Муцу. — Данна, — Сого флегматично выдохнул и уселся на место. Гинтоки долго за ними следил и выжидал момент, когда стоит вступить в игру. Он был чертовски зол и сейчас точка кипения была на пределе. Саката схватил Окиту за шиворот, заставив подняться. Их лица не поровнялись. Гинтоки возвышался как белая скала над фигурой капитана. — Где она? Белый демон во плоти. Сого улыбнулся, ощущая как его собственный зверь откликается на зов борьбы. Окита перехватил чужую руку и, конечно, с усилием, но смог заставить себя отпустить. Капитан прекрасно знал насколько силен его противник. Все его противники последнее время не по-человечески сильны. — Не в курсе. — Безжизненным тоном ответил Сого и позволил себе слабую короткую улыбку. — Я только вышел с больницы. — Её нет уже две недели! И я уверен, что это ваших рук дело. Её чёртов пёс так и трется возле штаба. — Стоило тогда спросить у Хиджикаты-сана. — А его тоже нет, смекаешь? Сколько не требуй. Ни его, ни гориллы. — Интересно. — Сого не ожидал такого поворота событий. — Так что? Пошли, сходим в ваш гадюшник, проверим. Сого заметил за окном большого белого пса. Садахару — вроде так его звала девчонка. Причина её странствий в космосе, затянувшихся на два долгих года. Собака сидела неподвижно, смотря на бар, куда недавно зашёл Гинтоки. Возможно, что пес не ошибался и Ято была в штабе. Скорее всего это было так. Её забрали и посадили за решётку? Сого ухмыльнулся своим рассуждениям, но не показал виду. Интересное зрелище он тогда пропускает, сидя здесь и, обсуждая, что можно сделать с девчонкой. Она, наверное, бродит по клетке, как дикий зверь. По кругу в сотый раз подряд. И интересно, то что она не сбегает из заточения, а значит признает свою вину. Может… Мысли Окиты застыли. Он словно выпал из реальности. Он не слышал голоса Гинтоки, не слышал, что говорила Муцу, не разбирал тихую речь других посетителей. Он все думал и думал над тем, что Кагура сейчас сидела смиренно в клетке. Она не хотела причинять Сого боль по-настоящему? Он всегда думал, что Ято не способны чувствовать ничего человеческого. Только на уровне своих инстинктов. Любовь? Дружба? Счастье? Сого много раз видел, что Кагура улыбалась и смеялась рядом с Сакатой и Шимурой. Она плакала на боле боя и там же решительно сжимала кулаки, направляясь в бой. Если так подумать, то Окита много раз бывал с ней бок о бок в бою. Они сражались наравне, и бывало, что спасали друг друга. Сого замотался головой. Нет, не о том он думает. Кагура не должна становится для него человечной. Сого сам не хочет видеть в ней девушку, так похожую на человека. Она — аманто. Она бесконечно ранит его, в диких попытках унять собственное влечение. И все же… — Я лично отведу вас в штаб, Данна. Сого бросил деньги на стол. Кивнул Муцу, что молча смотрела на развернувшуюся перед ней сцену. Её меньше всего должны волновать чужие драмы. Скорее бы уйти вновь в открытый космос. Муцу кивнула в ответ. * * * Странный сон снился Кагуре. Её губы ощущали тепло. Кажется это… чужие пальцы, что горячим очерком прошлись по естественному контуру. Движение руки позволило предугадать путь — пальцы коснулись подбородка, а затем шеи. Ощущение опасности застыло над яремной впадиной. Этот чужой жар ощущался, как главная опасность. Но сгореть в этом жаре казалось не плохой перспективой. Кагура вдохнула и чужие пальцы задели кожу на груди. От этого ощущения сон испарился, словно пламя свечи, потухшее от лёгкого дуновения ветра. Она открыла глаза. А напротив чужой взгляд. Алый. И слабая улыбка на губах. Она нахмурилась, осмотрелась. Она по-прежнему, в клетке, глубоко под землёй, там, где Шинсенгуми прячут тех, кого стоит так прятать. Но перед ней капитан, сидит на корточках, склонившись над ней. — Ты…? — голос у Кагуры со сна тихий. В горле пересохло. — Я. Сого поднялся на ноги. Размял рукой затекшую шею. А у Кагуры внутри все свело от дрожи. Идиот… зачем он здесь? Хиджиката убьет Кагуру, если хотя бы один волос упадёт с капитанской головы. — Ты, возможно, хочешь спросить что я тут делаю? Ято кивнула в ответ. Она до сих пор не понимала что происходит. Может она все ещё спит? Ведь недавно здесь был Хиджиката… и он схватил Кагуру за горло. А дальше… а дальше она ничего не помнит. Что же случилось…? Она несколько раз моргнула, желая прогнать наваждение. Но Сого не исчез. — Ничто не радует меня как твой глупый вид. Я много думал о тебе. «Думал о тебе» — звучит эхом в голове у Кагуры и кажется уже ничего неважно. — Тебе абсолютно все равно на то, что я говорю. Какие бы мерзкие вещи я бы не сказал в твой адрес… все забывается, верно? — Нет, — Кагура находит в себе силы ответить, — все помню. Каждое слово, ару. Это больно. — Верно. Сого сделал шаг. Шаг и он ближе к Кагуре, что сидит на полу. Такая беззащитная и глупая. — И тебе все равно, что я могу сделать прямо сейчас? Сказать? Ударить? Все равно. Все простишь в угоду своего желания. Желания, — ещё один шаг, — обладать, — ещё шаг. Осталось всего три, — кем-то вроде меня. Шаг. Кагура пятится назад. Сого предусмотрительно делает два. Кагура упирается в стенку спиной. — Я не хо… Сого хватает её за подбородок, заставляя смотреть в глаза, в унизительном положении снизу-вверх. — Учись совладать со своими эмоциями, когда я рядом. Учись не желать меня, когда я так близко. Учись, Кагура. Большим пальцем Сого скользит по её нижней губе, придавливая, задевая внутреннюю часть. Его руки исчезают. Он встаёт на колени перед ней. Кагура часто моргает. Дышит ли она… ? Кто знает. Может Ято умеют обходиться без кислорода. Его руки вновь касаются её лица. Всего несколько секунд и его губы накрывают её губы.