Часть 32

-Всё никак не напишешь?-нежное прикосновение губ к плечу-Сидишь здесь целую вечность. -Я не понимаю почему я должен извиняться сейчас. Я не хочу извиняться. Мне не за что.  Чонгук перехватил женское запястье и подтянул девушку ближе к себе. Она снова пахла его гелем для душа. По балконной крыше тарабанил летний дождь и бриз с моря ощущался свежее обычного. Начало лета выдалось необыкновенно дождливым даже по здешним меркам. В прошлый раз им повезло и они ухватили солнечные дни: много плескались в море, валялись на пляже. Сейчас же они скрывались и от мира, и от погоды, которая будто бы переняла настроения масс.  -Просто перепиши текст, не думая. Ты молчишь уже четвертый день. Скоро фанаты разнесут твой дом и здание лейбла заодно.  Чон откинул ручку в сторону, откинулся назад и устроил голову на груди позади стоящей Эм. Он посмотрел на нее снизу в верх:она хмурилась, но выглядела мило раскрасневшейся после продолжительной варки в горячей воде. С плохо просушенных волос на его плечи падали мелкие капельки воды. Хотя, это могли доноситься и дождинки.   -Я никого не хотел подводить. Но и не могу же я скрываться вечно? Почему они не понимают, что я обычный живой человек? -Ты для них кумир, Джей. Мы говорили об этом. Просто напиши письмо. Еще хуже держать эту паузу. С нас потом лейбл не слезет, если ты продолжишь тянуть.  -Побудь немного моей девушкой, а не менеджером, Эми- он надул губы и с укоризной взглянул на свою слишком рациональную даму сердца. Они здесь уже несколько дней, но она все никак не снимает свою привычную сеульскую броню.  -Сначала напиши и опубликуй письмо, пока фандом не взял Хайб на абордаж. -Там охрана -Тогда они разнесут твой дом. -Он все равно стоит пустым. Я в нем и дня не прожил.  -Ты будешь продолжать спорить? -Ты же знаешь, я не могу не спорить-он захихикал, увидев как карие глаза закатились от его ответа- И как видишь, у меня не один дом. Он повернулся на стуле вокруг своей оси, что бы оказаться к девушке лицом, и обнял её за талию. Чон улыбнулся, почувствовав, как Эм зарывается пальцами в его волосы. Брюнет уткнулся носом в её солнечное сплетение и глубоко вдохнул аромат тела. Они снова укрылись в своем маленьком мирке, пережидая уже их общую бурю. Она не бежит и продолжает оставаться рядом. Хмурится, ворчит и ругается, неизменно держа его за руку и волнуясь о нем, больше, чем о себе. «Стоило раньше опубликовать наши отношения», думает он целуя её туда, где должно располагаться сердце.  -Ты действительно выкупил его в надежде что я вернусь? -мгм…и если честно, я решил рассказать о нас, что бы ты не смогла убежать от меня. Чонгук говорит это и замирает. Сердце от волнения пропускает удар. «Что она скажет? Что я дурак и эгоист? Но ведь я правда дурак и эгоист. Действую как пацан». -Глупость какая. Я от тебя и так никуда бы не делась. Чон смотрит пристально в карие глаза. Они искрятся даже не смотря на дождевые тучи. Он видит в них столько нежности и любви, что желание притянуть её еще ближе к себе действует за него. Но Чонгук все равно спрашивает. Он хочет слышать, что творится в её светлой голове за этим искрящимся взглядом: -Почему? -Если честно, я не думала, что ради меня можно совершать что-то подобное. Ты всегда удивляешь. -Тебе нравится, то что я делаю? -Нравится это не совсем то слово. Просто я чувствую себя «той самой» только с тобой и ты всегда подтверждаешь это чувство. Так что ни о каком побеге и речи быть не может. Я всю жизнь искала именно это.  Чонгук глухо рассмеялся. «Нам стоит чаще говорить о чувствах, а не о проблемах», замечает он про себя.  -Панама? -М?  -Давай пристроим оранжерею?  -Оран…что?-усмехается он, ловя её ладонь и целуя.  -Оранжерею. Хочу оранжерею и второй этаж.  -И белые ставни?-Чон смеётся в голос за что получает щипок наказания-Всё, что скажешь кексик-брюнет снова целует девушку в ладонь и вдруг замирает, ловя в воспоминаниях смазанные картинки то ли из далекого детства, то-ли из прошлого. Они слишком мутные и неясные, ускользающие от него.  -Что такое? -Нет, ничего. Подумал, что оранжерея и второй этаж действительно хорошая идея.  Эми улыбается и пытается отстраниться, но Чонгук, будто проснувшись, не дает ей этого сделать. Они здесь четыре дня, но ему все равно её слишком мало.  -Напиши письмо -Я не хочу извиняться за то, что люблю тебя -Чонгук. -Эм. -Напиши. -Не буду. Девушка упирается в его плечи и пытается вывернуться из цепких объятий,  но делает это безуспешно, что только забавляет брюнета. Она кряхтит и старается, но слишком слаба по сравнению с ним. Чон все-таки поднимается, все еще удерживая за руку вырывающуюся Эми, затем обойдя все препятствия из мебели, подтягивает и ловко закидывает её на плечо, довольно тапая по мокрым деревянным ступеням. -Чонгук! Дождь! Ты только вылечился, куда…НЕ БЕГИ ТВОЮ МАТЬ!!!! Брюнет заливисто смеется сбегая босыми ногами со скользких ступеней на мокрый песок и кружится вместе с визжащей девушкой на плече. Дождь льет стеной и они моментально промокают насквозь. На километры вокруг ни единой души, кроме них. Даже чайки попрятались от проливного ливня. И он чувствует пьянящую свободу, которой не чувствовал очень и очень давно. Где-то там, остались переживания, разборки с Леоном и сумасшедшей сасенкой, похоронные венки. Вся суета мира скрылась за стеной дождя. В его руках любимая женщина, которая всегда на его стороне, даже когда сам он не уверен в том, что делает-она рядом, со слепой верой в лучшее идет за ним.  Чонгук опускает брыкающуюся Эми на землю и смотрит на нее, все еще смеясь и убирая назад налипшую на лоб челку. Чон дышит глубоко, пропитывая легкие сладким сосново-морским воздухом. Эм напротив, совсем как тогда: её волосы тоже налипли на лоб и щеки, она так же хихикает и дурашливо бьет его ладонью в голую грудь. Он так и не надел футболку, а она так и не успела нормально одеться после душа и сейчас стоит перед ним в бельевом топе и стрингах. И им совершенно плевать-их никто не сможет здесь достать, их никто не сможет осудить за то, что они вместе.  -Боже, Эм- выдыхает он смеясь, обхватывает ладонями её лицо и припадает к губам. Чонгук целует её жадно, смакуя сладость чужих губ. В голове всплывает одно из любимейших его воспоминаний, где томный женский голос шепчет ему в шею: «Твоя».  Тем же вечером на платформе группы было выложено рукописное письмо. У сбежавшей из мегаполиса пары снова оборвались телефоны, руководство было крайне недовольно тем, что солист группы не переписал заранее заготовленный текст.  Но автор был счастлив. Он смотрел на первые 6 лайков под постом и довольно попивал чай, перебирая в пальцах каштановые пряди лежащей у него на коленях девушки. «Дорогие друзья, У каждого человека бывает такой период жизни, когда мысли словно застревают между прошлым и будущим, мешают честно взглянуть в глаза реальности. Признаться, долгое время я сам не понимал глубины своих чувств и считал правильным скрывать правду о своей личной жизни. Возможно, потому, что хотел сохранить внутренний покой или боялся, что признание разрушит гармонию вокруг. Но теперь я осознаю, насколько ошибался. Сегодня я счастливее, чем когда-либо раньше. Моя любовь сделала меня другим человеком, открыла новые горизонты, научила ценить мгновения счастья рядом с любимой девушкой. Мне хотелось бы искренне попросить прощения у всех тех, кто ждал моего откровенного признания. Надеюсь, вы сможете понять, почему я молчал столько времени. Теперь я открыто заявляю, что моя девушка заслуживает уважения и спокойствия. Пожалуйста, перестаньте её тревожить своими вопросами и настойчивостью. Она нашла своё счастье рядом со мной, и ей важно чувствовать поддержку близких, а не давление любопытства окружающих. Время движется стремительно, я благодарен судьбе за этот удивительный путь. Прошу принять мои искренние извинения и понимание ситуации. Спасибо за вашу заботу обо мне, я бесконечно ценю вашу дружбу и тепло ваших сердец. Искренне ваш,   JK».