Его история

Я стоял на пороге дома, наблюдая, как мама со старшей сестрой суетятся, выбирая ткань для свадебного платья. Если так дело пойдет, то родители жениха их еще не скоро увидят. — Мам, я ухожу к учителю, не засиживайтесь тут, — я поправил лямку тяжелой сумки, внутри был фолиант и несколько тетрадей с письменными принадлежностями — всё, что может понадобиться ученику мага. Мать подошла и чмокнула меня в лоб. — Ты наше золотце, не подведи нас, учись прилежно. Я неуклюже кивнул и, юркнув во двор, пробежал до калитки. Судя по звукам, отец сейчас рубит дрова, значит, вечером стоит ждать похода в баню, не стоит задерживаться сегодня на учебе. Мой путь лежал к Михаилу, очень толковому магу света, но уж очень повернутому на религии. Большая часть уроков — это проповеди, хотя, с другой стороны, такому как я преподавателя лучше не найти, это ударило бы по бюджету семьи, свадьба сестры к тому ж еще. Ничего, скоро я переплюну этого зазнайку Лиара и покажу, на что способен, у меня тех сил намного больше. Я прошел по пыльной дороге вверх к церкви и, свернув во двор, нашел в дальнем углу участка потрепанную сторожку в два этажа, где жил учитель. Стоило мне ступить на порог дома, как из дверей, словно черт из табакерки, вылетел Михаил. — О! Дитя, мне нужно спешить, меня вызвал мэр — его дочь приболела, почитайте пока учебники с Лиаром, только не шумите и не трогайте реагенты на полках! — немного грузный мужчина за сорок с крайне небольшим даром, но обученный хорошим мастером. Вечно ходит в светлых мантиях, в свободное время помогает церкви и принимает граждан нашего городка. Таким я его видел и таким запомнил тогда. Я поспешно отскочил в сторону и, поклонившись, яро закивал. — Да, конечно, учитель, будем ждать вас. Михаил накинул на голову капюшон, чтобы весеннее солнце не палило уже изрядно поседевшую макушку на его голове. Я послушно прошел в сторожку и зашел в общий зал. — Явился не запылился. Что же заставило тебя опоздать? Собакам хвосты крутил? За столом у окна над таким же здоровым, как у меня фолиантом, сидел высокий худой мальчишка со светлой растрепанной шевелюрой в аккуратной белой рубахе и добротных брюках. Даже несмотря на простоту кроя, было заметно, что вещи новые, а ткань не так груба, как у меня. В самой сторожке было два небольших окна, у которых стояли наши рабочие столы. По одной стене проходили стеллажи с книгами, вдоль другой до входа стоял алхимический стол для зелий и полки с реагентами. Все было сделано из простого дерева, покрытого морилкой, стены обиты простыми деревянными панелями, а пол, переживший не одно поколение жильцов, неумолимо скрипел при каждом шаге. Пропустив мимо замечание соседа, я прошел за свой стол и сел на такой же старый, как и все здание, табурет. Достав фолиант, я открыл его на последней выученной главе и принялся читать далее. — Молчишь, значит, ну молчи-молчи, таким нищебродам, как ты, слово все равно не давали. Лиар вытянулся на своем стуле и хищно улыбнулся. Я знал эту улыбку и не раз затевал драку, только завидев ее, потому что этот говнюк все равно ничего хорошего после нее не мог бы выдать. — А до меня слух дошел, что сестра твоя замуж выходит. Временами я серьезно задумывался о том, какого же хрена надо этому высокомерному мальчишке? Ну вот я сижу, не трогаю тебя, так на кой ляд ты ко мне пристал? Надо сказать, что Лиар был сыном местного купца, не сказать, что зажиточного, но его уважали как толкового в своей области человека. А вот сын пошел явно не в него — завистливый, хвастливый, привыкший делать, что хочет, и ни за что не отвечать. Говорят это оттого, что его мать умерла от лихорадки, и отец таким образом компенсировал ребенку потерю, ну, и видимо, совесть. — И что? Тоже замуж хочешь? — Да ты кем себя возомнил, сопляк? Я вот подумал забежать к вам на свадьбу, на невесту посмотреть, оценить, так ли она хороша, как все говорят. Я нутром почуял что-то нехорошее в его словах. — Девок давно не видел? Дак выйди на площадь, смотри сколько хошь. Лиар расхохотался. — Я, в отличие от тебя, не только посмотреть могу, но и купить любую, какую захочу. День рождения у меня скоро, я бы и сестру твою купил, глядишь, приданое бы собрали, а то у вас, наверно, кроме черствой горбухи ничего и не найдется. — Прежде чем пасть разевать на чужую невесту, лучше б ума себе купил чуток, а то мне кажется, ты за последнее время его подрастерял, видать, папаша твой пропил. Парень резко хлопнул руками по столу и встал с места. Сегодня он был еще более нервным, чем обычно. — А ну возьми свои слова обратно, щенок! Отца моего алкашом называешь, в то время как весь город судачит о том, какая твоя сестра шлюха, да вся в мать пошла! А уж сколько матросни этих телок приласкали — не пересчитать! Я оторвался от фолианта и посмотрел на побагровевшее лицо ученика, в его глазах явно читался азарт и… Боги, да он же сам пьян в дрова, то-то так разошелся. — Тебе бы за языком следить, а то от учителя ох как влетит за твой нетрезвый вид. — Ах ты ж паскуда, — в мгновение ока парень вылетел из-за парты и в два шага настиг меня. Все, что я успел сделать, это юркнуть под стол и выставить табуретку как щит и копья. Драться сейчас с этим блаженным мне совсем не с руки, он на год меня старше и кулаки его крепче моих. — Сюда иди, засранец! — Лиар раз за разом пытался отобрать, оттолкнуть или сломать табурет, но ярость слепила глаза, не давая думать. — Угомонись, Лиар! Ты совсем дурной?! Держа оборону и свернувшись чуть ли не клубком, чтобы и ноги этого дурака меня не достали, я краем глаза заметил, что парень готовит заклинание. — Вот же ебнутый на всю голову, — я бросил табуретку во врага и, откатившись, побежал к двери. — Стоять! — Лиар бросил что-то, и со свистом электрический разряд ударил в полки с реагентами. Несколько склянок разбились, и в комнату повалил тяжелый, душный дым. — Пьяный дурак, — я наобум отправил солнечную стрелу в сгусток дыма и дернул было входную дверь за ручку, как ноги неожиданно подкосились, я упал лицом вниз. Достал-таки мразь. — А что это тут у нас? Жалкий червяк, выползший из своей норы? А ну иди сюда! Волосы резко оттянули назад, обнажив горло, я почувствовал касание холодного лезвия и теплую каплю крови, сбежавшую по шее. — Скажешь свое последнее слово? Я сжал зубы и сказал первое, что крутилось у меня на языке. — Mori Liar. Кровь словно закипела в моих жилах, я почувствовал себя так, будто из проруби меня резко закинули в печь. Позади послышался крик парня, судя по звукам, ему было очень больно. Я отполз к двери и обернулся посмотреть, что с ним случилось. Зрелище было действительно не из приятных — язык Лиара почернел и распух, плесень и язвы быстро разрастались от рта по всему лицу. Он раз за разом пытался соскрести ногтями эту гниль, но лишь раздирал свое лицо, снимая кожу с мясом. Я закрыл глаза, дрожа всем телом, меня бил озноб, а ноги еще не слушались. Собрав остатки духа, истово старался держать себя в руках, не смотреть на бедолагу и не терять сознания, от криков закладывало уши, но это заставляло меня бороться за свой разум. — Черная магия, это же была черная магия, как же меня угораздило… — я почувствовал, как по щекам текут горячие слезы, но закусил губу, не давая себе завыть. Лиар вскоре замолк, а я окончательно понял, что подписал себе смертный приговор.