1

      Юко знала, что о её поступке в конце концов станет известно всем. Ëкаи чаще всего старались держаться подальше от людей, а люди в свою очередь боялись и избегали ëкаев. Уничтожение целой деревни ради мести может принести для кицунэ определённые последствия, ведь это нарушает баланс сил и может привести к более масштабному противостоянию между людьми и ëкаями.       Юко не могла отрицать, что осознавала это. Но она была охвачена ненавистью и жаждой мести, а также болью от разбитого сердца. Эти чувства сжигали все внутри неё дотла. Но сейчас, несмотря на ситуацию, в которой оказалась, кицунэ ощущала странный покой.       Как следствие ей предстоит предстать на так называемом Совете. Игнорировать его она не могла, потому что её желали видеть старейшины — самые сильные ëкаи, прожившие в этом мире намного дольше, чем Юко. Вызвать их гнев, вероятно, даже хуже возможного наказания за свой поступок.       — Сестра, как ты могла?! — выбежала навстречу к Юко её родная сестра, Акеми, — Ты поступила словно Óни!       Она явно осуждала и не одобрила этот поступок. Юко склонила голову набок. Ожидаемо.        Акеми верила в то, что их предки были посланницами богини Инари. Об этом рассказывала покойная мать. Мол, их бабушка, белоснежная девятихвостая лисица, шагала рядом с великой богиней. Эти рассказы оставили большой след за личности сестры.       Юко относилась к этим рассказам скептически, и считала больше сказкой, рассказанной с целью успокоить непоседливых лисят. Но Акеми им верила. Впрочем, она всегда обладала мечтательной и хрупкой натурой.                    Мать уже давно покинула этот мир, и с каждым годом её образ в памяти Юко становился все менее чётким. Акеми была больше привязана к воспоминаниям и хранила их в своём сердце. Сестре не давал покоя тот факт, что мать убил демон — она связывала это с тем, что их предки служили Инари.       Юко тоже находила это подозрительным. Демоны редко нападают на ëкаев, тем более на кицунэ. Их, как правило, куда больше интересуют люди. Но Óни непредсказуемы — никто не знает, что у них в голове.       Акеми так и не отыскала убийцу матери. Но она дала клятву отомстить и собирается её исполнить. Юко обещала помочь ей в этом, ведь в конце концов речь шла о родной матери.              — Все же не следовало сжигать всю деревню… — пробормотала Юко. Убей она только самурая, этого всего бы не произошло. Смерть одного человека вряд ли бы создала много шума.       — Сестра, я говорила тебе: не привязывайся к этому человеку, — Акеми оскалилась, — Но ты, как всегда, не послушала! Как только я его увидела — сразу поняла, чем это закончится!       — Не начинай, — раздражённо пробормотала Юко, — Лучше помоги мне смягчить наказание.       Кицунэ хотела бы произнести слово «избежать», но в её ситуации это было невозможно. Даже она была в состоянии это понять.       — Смягчить? — возмущению Акеми, казалось, не было предела, — Ты еще на это надеешься? — сестра тяжело вздохнула, а после продолжила уже спокойнее:       — Я правда не знаю, чем тебе помочь, Юко. В лучшем случае тебя изгонят.       Юко крепко стиснула зубы. Не хотелось признавать, но Акеми была права.       — Ясно, — пробурчала в ответ кицунэ, отвернувшись от сестры и устремив взгляд в сторону.       — Ты хоть будешь иногда меня навещать, если уж меня изгонят?       Акеми недовольно фыркнула, толкнув Юко локтем в бок. Её лисьи уши недовольно дернулись в сторону.       — Что за глупые вопросы? Тем более без меня ты окончательно завязнешь в неприятностях, — последнее сестра сказала с явным осуждением. Может быть, порой Юко и правда не доставало осторожности Акеми. Зато в этом плане они друг друга неплохо уравновешивали.       — Лиса, тебе пора, — послышался рядом с ней грозный голос воинов тэнгу.       Юко не хотела, чтобы они применяли на ней силу, поэтому лишь кивнула:       — Я иду, — сказала она, пряча раздражение.       Кицунэ ожидал крайне неприятный процесс. Совет начался с осуждения её поступка. Юко слышала все это большое количество раз, и не могла дождаться, когда перейдут к основному — её наказанию. Если уж этого не миновать, то чего уж тянуть.       — Ты приговариваешься к изгнанию в мир людей на десятилетие, а твоя маска останется у нас, — вынесла приговор кицунэ — самая старейшая в этом лесу. Она прожила ни одно столетие и количество её хвостов достигло восьми. Ещё немного и девятый появится.       Другие члены Совета — тэнгу и тануки закивали в знак поддержки этого решения.       Юко невольно оскалилась, прижав белые лисьи уши к голове. Она могла смириться с первой частью приговора, но вот вторая… Все ëкаи носили маски, они были источником магической силы. И пусть сами по себе ëкаи обладали силами, но маски значительно их усиливали. Без этого Юко потеряет многое из своих возможностей. Во всяком случае сжечь лисьим огнём всю деревню теперь станет невозможным.       — Наше решение окончательное и не подлежит оспариванию, — громовым голосом добавил тэнгу, завидев реакцию Юко.       Все другие, собравшиеся на Совете, начали активно перешептываться, обсуждая произошедшее. Юко сглотнула образовавшийся в горле ком и встретилась взглядом с Акеми.       Сестра покачала головой, в глазах её волнами плескалась тревога.       Но никто из них не мог повлиять на ситуацию. Ближайшее десятилетие Юко придется выживать в сложившихся условиях и приспособиться к людской жизни.