Часть 33. Новое/старое рабочее место

      Плюсы на новом-старом месте работы были в том, что Володя остепенился и его жена решила подумать о персонале, то есть теперь официантки не ходили на каблуках и в полуоткрытой одежде, наоборот, обувь должна быть строго низкой, чтобы мы не поубивались, ну, а одежда стала более закрытой, что хоть чувствую себя в этом более уверенно, не то, что раньше. Но за оставленные маски на глазах просто спасибо. Однако, к сожалению, не убрали ту проклятую лестницу, которую я также ненавижу.       Шум резал слух, от запаха перегара голова кружилась так, будто я была посреди пропасти и посмотрела вниз. Да… отвыкла за полтора месяца от подобного места, даже с Кириллом не ходила по клубам, как-то он мне говорил, что ходит очень редко, надеюсь, его это «очень редко» относится и к сегодняшнему дню и мы не встретимся.       Первый рабочий день проходил довольно некомфортно, ощущение было, словно весь клуб на меня сегодня смотрел и ни на кого больше, но я ведь умом понимаю, что всем на меня плевать, как и мне на них. Забираю алкоголь с бара, уходя к столику, свободной рукой потирая нос под маской, потому что непривычно и я уже отвыкла их носить, придётся заново привыкать. Поправляю хвостик и натягиваю улыбку, дружелюбно расставляя перед нетрезвыми людьми их заказ. Жду не дождусь совершеннолетия, чтобы попробовать устроиться в более хорошее место, где я не буду гадать, а не хлопнут ли меня где-нибудь в туалете за то, что не дала. Хреновый день. Махаю разносом себе ветер, надеясь хоть как-то перестать чувствовать этот ужасный запах. Да… над этим надо поработать жёнушке Володи. Перестаю махать на себя, но, отнюдь не по своему желанию, а просто кто-то оборзел и схватил меня за запястье. Встречаюсь взглядом с его карими осуждающими глазами.       — Два дня прошло, а ты уже здесь работаешь. Снова? — он говорил громко, старался перебить музыку, был до одури зол, а мне это понравилось.       — Так намного лучше, — он наклонил голову в сторону, посмеялся. Кирилл оглянулся по сторонам и подтолкнул меня назад, уводя в сторону.       — И что именно? Перегар? Вечные взгляды озабоченных пьяниц? Их домогательства? Эта ебучая лестница, по которой после третьего бокала можно убиться? Уверен, именно с этой целью она там стоит в таком виде. Или тебе нравится…       — Хули надо от меня? — скрещиваю руки на груди, а смелости смотреть в его глаза без слёз не было. Ещё два дня назад он сказал мне уходить, я и ушла со слезами на глазах, а сейчас он пришёл сам, собственно, нахера?       — Куда ты пропала?       — Следишь за мной? — я выпрямила спину, смотрела на людей за его спиной, выше поднимать глаза не буду.       — Некультурно себя ведёшь. Приглядываю. Разные вещи.       — Ну раз приглядываешь, то знаешь, где я пропадаю, — он преподнёс руку к моему подбородку, поднял немного голову, затем снял маску, оставив её на лбу. Взгляд рассеянно бегает по его лицу, а тело как обычно покрывается жуткими мурашками от этой раны на щеке.       — У тебя не мог кто-то появится, — хмурая усмешка. Кирилл оперся на обе свои вытянутые руки, которыми упирался ладонями о холодную бетонную стену за моей спиной, пока я ощущала её задницей и лопатками. — У кого ты живёшь?       — У тебя мало возможностей узнать? Ты же супер-пупер бандит и разве у тебя нет знакомого, который сможет узнать имя этого человека? — слегка щурюсь. — Ты сам сказал мне уйти на все четыре, только какого хрена ты забыл в одной из этих грёбаных сторон?! — толкаю его в грудь, освобождая себя от этого человека, но он хватает меня все равно за руку и поворачивает к себе.       — Уйди с этой работы, живи нормально с родителями. Хочешь работать? Скажи мне, я найду, только не работай здесь, — я положила руки на его грудь, и стала судорожно искать глазами охрану, но вместо этого увидела бармена, который показал жест, что всё норм, хотя блять нихуя не норм. Через пару секунд я почувствовала свободу от его рук, а его тем временем скрутил один вышибал. — Блять, Аня, чё за хрень? Скажи, чтобы отпустил, — я так растерялась в этот момент, смотрела на охранника, который не знал, что делать после этих слов, потому что он не думал, что мы знакомы, и на Кирилла, руки которого были скручены за его спиной, словно преступник. — Ань!       — Вы знакомы? — боже, что ответить?       — Нет, — кажется, музыка стихла, Кир даже охренел после этих слов, а охранник повёл его вниз головой на выход. Бармен у меня жестом пальцев спросил всё ли нормально, на что я лишь безжизненно кивнула и ушла в небольшую комнату переварить этот момент и прийти в себя.       Я не знаю, как это работает, но после того, как Евгенича вывели вниз головой из клуба, я в толпе наткнулась на того жирдяя с его тёлками. У меня даже руки затряслись после этой встречи, а работать оставалось ещё три часа. Но, к счастью, за эти три часа ничего не произошло меня, кажется, даже и не узнали в маске. Сейчас самое главное быстро сбежать отсюда на такси и всё будет нормально, там как раз Юрец дома будет и волнение как рукой снимет. Ещё час назад я потеряла его компашку и его самого из поля зрения, надеюсь, они напились и уехали. Сейчас уеду и я, а потом два дня и одну ночь здесь не появлюсь. Буду восстанавливать нервные клетки, а прошло всего семь часов рабочего дня.       На улице сразу же охватывает приятный холодный воздух, а слух режут непонятные оры пьяных людей у главного входа и тормоза машин. Перед клубом довольно большая парковка и все считают своим должным порезвиться на машинах и выебнуться перед друзьями. Если честно, тоже хочу водить машину так же делать разные фишки, а сама даже ни разу руль в руках не держала, если не считать детство, когда на шиномонтажке, где работал мой брат, я постоянно таскала ненужные рули и представляла, что вожу машину. Отрываю взгляд от телефона, фокусируясь на машинах в поисках черной Лады, но они все на одно лицо… кроме… я думала, он уехал.       — Ты стоял здесь все это время? — я слегка приподняла брови, останавливаясь напротив капота. Кир максимально накинул капюшон на голову, скрестил руки на груди и упирался бёдрами о дверцу со стороны водительского сиденья, смотрел себе под ноги и молчал уже секунд десять.       — Уволься, — сухим и требовательным голосом произнёс он, поднимая голову вверх. — Если тебе нужна работа — я помогу, только не работай больше в этом клубе.       — Почему? — усмехаюсь, так же, как и он скрещивая руки на груди. Он ничего не стал отвечать, лишь помахал головой в разные стороны и скинул капюшон с головы, убирая руки в карманы джинс и смотрел на меня. С заднего сиденья через окно выпрыгнул Вал, тут же подбегая ко мне. Единственное живое существо, по которому я скучала больше всего на свете. — Привет, — я зажала его в своих объятиях. — Так почему? — поднимаю взгляд вверх на Кирилла.       — Без объяснения причины. Тебе, блять, сложно?       — Да, блять, сложно, — быстро и резко в его манере отвечаю. — Единственное место где нормально можно заработать, — я немного повысила голос. Да ему сложно что ли объяснить? Это не так уж и сложно.       — За деньги терпеть всех этих пьяниц и их унижения? Это лучше? Что ты ведёшь себя, тогда как ш… — а вот это, Кирилл Евгенич, не по-христиански.       — Ты блять договаривай, ок? Как шлюха? Да, конечно! Не дала — шлюха, дала — тоже шлюха. Типичная ваша логика, — я вспылила, вспыхнула, как спичка за секунду.       — Ань, я не…       — Нет, ты именно это имел в виду. Чтобы ты знал, я там работаю только потому, что больше ни одна тварь за приличные деньги не возьмёт на работу несовершеннолетнего, это первое, вторая причина в том, что я уже не могу жить с родителями, ты сам видел какие душнилы, вот здесь сидят, — горизонтально прикладываю к шее ладонь. — Да и, блять, единственное место, где я их не вижу это работа и шарага и мне это нравится. Не буду увольняться по твоему желанию только потому, что мне некуда будет устроится, а в твоей помощи я не нуждаюсь, — не помню даже когда последний раз я была такая агрессивная, но его эти слова… думал, сможет поменять мою точку зрения, но нихрена не вышло, только хуже сделал.       — Просто замкнутый круг.       — И я о том же! — прикрикнула я, уже собираясь развернуться и уйти от него, меня где-то такси ждёт. Толкаю его в грудь и поворачиваюсь в обратную сторону, но тут же замираю на месте, потому что всё повторяется снова, как и тогда в декабре и не только. Опять этот жирдяй со своими… мальчиками-охранниками. Да что же это за день? Я просто хотела поработать, чтобы получить за это какие-то деньги. Кир схватил меня за руку и откинул назад, останавливая их в пяти шагах от меня.       А если нас сейчас убьют?       Тот жирдяй властно смотрел на Кира, будто ожидал чего-то и, я, вероятно, даже догадываюсь чего именно, но не совсем. Кир что-то у него украл, вроде как, но я это додумала сама, он мне никогда не рассказывал о их конфликте и вообще с чего всё началось.       — У меня есть, что тебе предложить. Ту запись никто другой не видел и не увидит, я не выдам тебе её на руки. И ты при свидетелях пообещаешь, что больше никогда к ней не подойдёшь хотя бы по тому, что она, в принципе, ничего не знает, — кажется, после этих слов все посмотрели на меня, а я просто стояла как листик и боялась пошевелиться, при этом вцепилась в ошейник Валика, как в спасательный круг.       — И что ты мне предлагаешь? — он скрестил руки на груди, победно смотрел на мужчину.       — Запись видел только я, где она спрятана знаю только я, и ты уже пообещал, — Кирилл развернулся в мою сторону и пошёл к машине, на его губах постепенно пропадала улыбка. Пока Кир открывал дверцу со стороны водительского сидения, он замер на две секунды, красиво мне улыбнувшись одним уголком губ, подмигнул и сел за руль. Что он хочет сделать?       — Кир? — из-за страха голос дрогнул, а англичанин лишь промолчал и уехал. Просто взял и уехал, не вспомнил ни про меня, ни про Валика. Я опустила взгляд на пса, который себя вёл так, будто это нормально и так и должно быть, что сейчас он вернётся с чем-то и всё закончится и мы свалим, но… блять, твою мать, куда он свалил и почему оставил меня, практически, одну на растерзание этих психов?