Часть 38. Призрак

      На следующее утро я проснулась из-за шума, исходящего от моих родителей. Некоторое время ещё думала и была уверена, что мне приснилось, поскольку не была уверена в том, что в реальной жизни я бы могла его отвергнуть. Однако, мне не снилось, всё было наяву и тому подтверждением было его небольшое письмо, перечитывая которое изо дня в день я постоянно начинаю тосковать, а если настроения совсем нет, то ещё и плакать.       Через четыре дня, когда мы последний раз виделись в моей комнате, он уехал в другую страну за тем, что ищет тот жирдяй и что он с меня требовал. Кир снова не написал всё в полном объёме и понятно, он сделал это с точностью до наоборот. У меня было четыре дня, чтобы обдумать всё заново и увидеть его, однако я решила не появляться у него на глазах, поскольку будет лучше и ему и… мне? По крайней мере ему и моим родителям точно, они все втроём хотели, чтобы я жила другой жизнью с более перспективным человеком. Да чего скрывать? Я сама этого тоже захотела совсем недавно. Начинала становиться лучше: занималась собой, саморазвивалась, стала ходить в зал, искала хобби… и у меня получалось. Я добилась, чего хотела: внимание других мужчин, но хреново становилось от того, что с чувствами проблема. Их либо у меня теперь нет после той ночи, либо я ещё долго буду о нем вспоминать. Именно поэтому я прекратила заниматься ерундой.       Мне кажется, если бы я на данный момент была бы уверена в его смерти, жизнь сейчас у меня сложилась бы иначе, плюс ко всему я хотела бы свести счёты с Эбботом.       После той ночи, когда Кир, якобы, погиб, я не стала больше возвращаться на работу в клуб. Вместо этого, пока долго искала подходящее место, занялась учёбой, лишь бы не вспоминать его и, что было удивительно, мне понравилось. Действительно, слушать порой препода по бухучету гораздо интереснее, чем подруг, учащихся со мной в одной группе. Правда, ближе к апрелю я все равно нашла работу, но старалась реже пропускать пары и всё-таки не отвлекаться на посторонние мысли в своей голове.       В это утро я сбежала из дома на учёбу, хотя ни одной дисциплины по профессии сегодня не было, но находиться один на один с мамой в квартире не для меня. Английский у нас теперь вёл какой-то студент старших курсов одного из лингвистического университета, как мне сказали девки из группы. Не особо приятный тип, Евгенич первое время и-то более красноречив на английском был, хоть я и много пропускала.       — А-ань! — раскрываю глаза, услышав голос подруги. Крис плюхнулась рядом со мной на лавочку, лёгким движением бедра заставив меня подвинуться в сторону. — Насколько я помню, у тебя на днях день рождения. Празднуешь? — хмыкаю. У него тоже скоро день рождения, интересно даже, как он его проведёт.       — Да нет, нет большого желания, поэтому буду работать, у нас есть премия за работу в день рождения, — пожимаю плечами, облокотившись на левую руку, на автомате припоминая о, побитой когда-то, кисти правой руки. Улыбаюсь, уже предвещая увидеть эти пять тысяч на счёте.       — Как так? Деньги важнее что ли? Восемнадцать лет бывает раз в жизни! Это же такой возраст, нам необходимо отметить! — она взяла свой новенький айфон в руки, что-то усердно там собираясь найти.       — Да я не планировала, у меня даже бюджета нет особо… я не откладывала. Крис, не надо ничего.       — Значит так, организацию беру на себя, с тебя только наличие и человеческий вид для клуба. Идёт? А-то я наблюдаю за тобой уже несколько месяцев, ты совсем мне не нравишься, тебе определенно нужно отдохнуть.       — Зато честно, спасибо, — усмехаюсь. В коридоре громко прозвенел звонок, и мы с ней вышли из-за большого стола, подходя к дверям. — Не думаю, что это может закончиться чем-то хорошим, но, сукин сын, я в деле, мне это необходимо, — я застенчиво улыбнулась. Мне нужна перезарядка, и необходимо оторваться в клубе так, чтобы ещё неделю был отходняк и я бы не думала ни о чём и ни о ком в это время. Тут Крис меня подловила, нашла слабую точку в сознании.       Как раз сейчас была пара английского у того самого студента, с которым у нас взаимный устный договор: мы не трогаем его — он не устроит нам дополнительные проблемы во время сессии. Мой рюкзак падает на одинокую вторую парту, которую я обычно делю с Юриком, но у него сегодня работа, поэтому ко мне нахально подсела Кристина.       — Не помешаю? — пожимаю плечами, садясь за парту, предварительно достав ручку и тетрадь с небольшим количеством листов. — Чего такая грустная? — безразлично поднимаю уголок губ, опираясь щекой о свою руку.       — Скучно. Скучный он какой-то, — подбородком указываю на препода, забыла, если честно как его зовут, но все его называют «Андреич», сомневаюсь, что он разрешает так себя называть студентам.       — Это да… — она перевела на него взгляд. Он выглядит как среднестатистический студент нашей шараги, хотя старше нас на семь лет. — Из всех четырёх преподов по английскому, которые у нас преподавали, Евгенич был самым нормальным, хоть интересно порой было, — в этом она, оказалась, права. — Жаль, хороший мужик был…       Как-то я стала свидетелем того, как все девки в нашей группе узнали о смерти Кирилла Евгеньевича, они даже расстроились этому, а я сидела с каменным лицом и думала о том, как правильно на счетах учёта оформить создание резерва по сомнительным долгам, если обнаружена сомнительная задолженность. Как-то не до слёз было в тот момент.       Раньше часто задумывалась о том, как он смог подстроить свою смерть, но со временем реже, а ещё есть грёбаное осуждение самой себя, что зря тогда вспылила. Всё равно иногда хочется побыть рядом с ним, особенно когда всё хреново, но вспоминаю ту ночь и снова идёт переосмысление. Нередко я задумываюсь о том, что хочу сходить к психологу, но вместо этого иду либо по магазинам, либо в салон красоты. Помогает лучше, а деньги те же.       — Анна, вы с нами? — поднимаю взгляд на препода, который смотрит на меня. Кратко киваю, садясь ровно за партой. Чуть не заснула. — У нас сегодня тема любви, что вы можете рассказать об этом? Или, может быть, у вас была уже большая любовь? Если не хотите говорить правду — соврите, но что-нибудь скажите.       О, Господи, ну и тема, прямо в подходящий момент.       — Я даже не знаю, что вы хотите от меня услышать, — глупая улыбка. — Да, я как-то была в отношениях, он никогда мне не говорил, что любит меня… — смотрю на удивлённые взгляды, мол, бедная, обманул, использовал! — Он всегда доказывал. С детства не любил такое предложение: «Я тебя люблю», а меня это даже не отталкивало, скорее наоборот, этим он мог выделяться среди многих в моих глазах.       — Судя по тому, что говорите в прошедшем времени, вы сейчас не вместе? — усмехаюсь. Такое ощущение, что я на философии, а не на английском. В этом новый препод странный: всё его пары, по крайней мере у нас точно, проходят с использованием русского языка.       — Скажем так: мы расстались с пониманием того, что всё ещё любим друг друга, просто кое-что случилось. Поэтому любовь для меня выражается в действии, отнюдь не в словах. На слово я уже давно никому не верю, если только это не подтверждено документально с датой, подписью и расшифровкой.       — Я вас услышал.       Зачем он об этом спросил? А я разве не могла о чем-нибудь солгать? Ком в горле. Для меня почему-то три месяца без него прошли, как три недели, если не меньше. Из-за большого количества работы и учёбы я крутилась, как белка в колесе, из-за чего время шло быстро.       «Пора бы уже прекратить страдать» сказала я себе за день до того, как стала заниматься собой, однако, ничего не помогло. Я бы рада уже забыть всё и начать заново по-другому, с другим, но наверно кто-то наверху против этого. Может, после похода в клуб что-то изменится.       — Это ты про Глеба? — перевожу равнодушный взгляд на Кристину, приподнимая брови, мол, ты серьёзно? — А у тебя ещё кто-то был?       — Был, да сплыл. За границу умотал с новой женой. Не хочу о нём говорить, давай его послушаем, — указываю подбородком на Андреича, рассказывающего что-то об американских авторов, которые пишут о любви.       Я помню, как в начале этого года нашла у него книгу на английском и загорелась диким желанием узнать о чём пишут. Интернету я не доверяла после посещения трёх сайтов с разным переводом, поэтому мне Кир читал на английском и переводил. Эта была сумасшедшая, но самая лучшая неделя в моей жизни.

***

      Некомфортно идти в клуб, зная, что идёшь туда не работать, а развлекаться. В этот раз, в случае чего, вышибал не прибежит меня спасать, как и мой парень, которого, в принципе, нет. На запястье правой руки красовался рисунок, позволяющий пройти в клуб без проблем, при этом ещё будет высшее обслуживание. Да, у Крис хорошие связи в этом плане.       Она шла впереди, держала меня за руку, проводя сквозь толпу, чтобы я не потерялась. Мы поднялись на второй этаж, там было немного тише и людей меньше, кажется, тут уже развлекались по-взрослому. Здесь были совершенно чужие мне люди, но тем не менее знакомых лиц не планировала увидеть, я шла сюда целенаправленно обнулиться и понять, что и без воспоминаний о нём можно жить. Они все здесь были друзьями, а я как подружка подруги, на которую тут же обратили внимание после её слов, что сегодня мне восемнадцать, лучше бы сказала, что пятнадцать, в принципе, похуй, если изнасилуют и убьют, а может быть и наоборот, всякое может быть, то вряд ли у меня на могиле кто-то будет реветь. Это самое паршивое.       Мне предлагают выпить самбуку. Шикарно. Во время работы в клубе я часто видела и хотела выпить, но не рискнула бы во время работы, а сегодня первый раз пришла в клуб, как гость. У всех семи человек нашей компании стоял алкогольный напиток, подожжённый, теперь осталось подождать, когда согреется и можно пить. Через пару секунд пламя ушло, и я резко вылила всё в себя, с грохотом поставив на место рюмку. На мгновение стало легче. Хочу ещё.       Через некоторое время после нескольких алкогольных напитков я мало что понимала, кроме одного: хочу ещё. Плевать, что это, но, если я буду ощущать себя так же легко и непринуждённо, я буду делать это ещё и ещё. Со мной уже кто-то танцевал, положив свои руки нахально мне на бедра и прижимался, мне было похер, зато круто.       Песни моего любимого исполнителя в лице Фараона были как глоток свежего воздуха здесь. Мне ещё больше начинало сносить крышу от того, насколько всё соответствует в плане подходящей музыки и обстановки. Парень за моей спиной разворачивает меня к себе лицом и тут же целует в губы. Не сразу, но отвечаю на его смелое действие. Парень с лёгкостью раздвигает мои губы своим языком, крепко сжимает мою челюсть пальцами, из-за чего я немного больше открываю рот. Ощущаю, что он что-то из своего рта перенёс в мой, продолжая целовать.       — Что это? — отстраняюсь, говорю негромко прямо в его губы, рассасывая что-то в форме небольшой таблетки, лежавшее на моем языке.       — Аскорбинка, — неприятный голос, слишком противный.       Всё-таки меня сегодня накормят наркотой. Чувствую его губы на шее, немного ослабеваю в его руках, но это чувство несравнимо ни с чем. Просто… если бы я не знала о негативных последствиях наркоты, то начала прибегать бы к ней ещё три месяца назад, начиная с ночи, когда он не по-настоящему умер, чтобы не чувствовать боль.       Парень говорит пошлые и противные комплименты, неприятно слушать. Снова целует в губы, но приятно сминает их, в этом он мне понравился. Целуется этот парень просто убийственно. Боже мой, я даже не знаю его имени, или знаю, просто забыла.       И почему я раньше не ходила в клубы, как гость? Наверно, потому что видела всё со стороны трезвыми глазами. Но меня здесь никто не знает и мне плевать.       Перед глазами всё плывёт, становится каким-то не быстрым, замедленным. Кажется, таблетка действует на мой разум. Хотелось бы всё прекратить, какие-то извилины мозга понимают дальнейшие последствия, но оставшиеся цинично притупляют их деятельность, заставляя свою хозяйку поддаться соблазну. И пусть меня сегодня выебут семеро, это останется на его совести.       Между моих губ кто-то вставляет нечто подобное на сигарету, только она, кажется, самодельная, их называют косяк, иными словами мне предложили покурить траву.       — Вдыхай глубже, станет в разы круче, и неторопливо выдыхай.       Вспоминаю, как он меня учил курить обычные сигареты у себя на кухне. Интересно, он до сих пор курит? Гадство. Даже под действием каких-то наркотиков я вспоминаю о нём.       Запрокидываю голову, затем приоткрываю глаза, смотря за тем, как надо мной появляется серый дым, выходящий из моего рта. Как я докатилась до такого состояния и почему мне это чертовски нравится? Пока смотрю вверх, ощущаю его губы на подбородке, а его руки нахально лапали всё моё тело, не особо было приятно, но сил не было прекратить все это, поскольку их хватало только на то, чтобы я практически ровно стояла на ногах без лишней помощи.       Меня грубо толкают в сторону, я падаю на диван. Не скажу, что было мягко, поскольку коленом ударилась о подлокотник. Я боль не чувствую. Вау, как же круто. А нет, рано с выводами поторопилась, вот и боль в колене, будто внутри все косточки переломались.       Слышу за спиной какую-то возню. Что-то трескается, разбивается, плюс ещё какая-то телка кричит, будто её режут. Плевать, главное меня не трогайте. Наконец-то расслабляюсь, подложив под голову сложенные ладони уже готовлюсь заснуть, как чувствую, что оказалась у кого-то на руках. Это происходило не долго, буквально три секунды, затем меня положили на нечто мягкое и холодное, напоминающее кожаный диван, и единственное, что я успела увидеть прежде, чем веки сами опустились, спину уходящего человека, с капюшоном на голове. Кто бы ты не был, никто не просил тебя прекращать это.