Арка I. Глава 9.

      Дальше её никто не слушал. Девушка молниеносно выбежала из класса и направилась прямиком к больнице. — Что это с ней? — спросила непонимающая Анко. — Наруто и Хана с самого детства довольно близки, — ответил на вопрос девушки — джонина Ирука, — Я бы удивился, если бы она восприняла данный факт как-то по другому. — Понятненько. Ученица Орочимару покинула академию вслед за Ханой. В её голове появилась мысль о том, что Хана любит Наруто, и джонин решила проверить свою теорию. — Ладно, дети, продолжим распределение. Команда номер девять… ***       Хана вбежала в больницу и спросила первого встречного работника, где находится Намикадзе Наруто. Получив ответ, девушка сразу же направилась в ту палату, где лежал Наруто. Возле палаты сына четвёртого дежурила медсестра, которая не пустила Учиху. — Извините, но Наруто ещё не пришёл в себя, поэтому посещения больного под запретом. Когда он придет в себя — я вам скажу. — Хорошо, я подожду здесь, — девушка села возле входа палаты и начала ждать. Через пять минут появилась также и Анко. — Чего не заходишь? — спросила та у своей подчинённой. — Не пускают. Наруто ещё не пришёл в себя. — И сколько будешь так ждать? Не лучше ли это время потратить на тренировку? Да и посмотрю, на что ты способна. — Не знаю, я бы хотела подождать, пока Наруто не придет в себя. — Пошли за мной. Как только он придет в себя — медики сообщат нам. Надо тренироваться.       Хане не оставалось ничего, кроме как согласиться. Она направилась вслед за наставницей. Минут через двадцать они уже находились возле полигона номер четыре, он был ближайшим к больнице. Анко заранее предупредила медиков позвать их, когда Наруто придет в себя. Это было сделано для того, чтобы окончательно разубедить Хану оставаться здесь и терять время.       На полигоне, перед началом тренировки, Анко расспросила подчинённую о том, чем же она владеет. Узнав, что у девушки две стихии, она была приятно удивлена. Далее она узнала, что у Учихи Катон и райтон, в которых она успела кое — чему научиться. Хана продемонстрировала такие техники, как огненный шар и цветы феникса. Хоть райтон и был её основной стихией, но ни одной техникой данной стихии она не обладала. Не было времени тренировать что-то ещё, кроме чидори. Правда, последнюю технику она до сих пор полностью не освоила, но уверенными шагами приближалась к успеху. Да и нечему удивляться, её учил такой мастер райтона, как Какаши. Да, пепельноволосому далеко до такого человека, как третий Райкаге, но всё же. — Сможешь продемонстрировать чидори? — спросила удивлённая Анко. Научиться такой технике в двенадцать лет не каждый сможет. — Нет, не смогу. Я её ещё не полностью освоила. Но, думаю, через неделю у меня все получится, — последнее предложение девушка произнесла с вдохновением. Она не хотела отставать от Наруто и Конохамару. Такой настрой нравился Анко. — Понятненько. С катоном смогу помочь, но вот в райтоне я тебе не наставница. Попросим Какаши, чтобы он продолжал тренироваться с тобой, хорошо? — Ага, — девушка смело кивнула в знак согласия.       Дальше началась личная тренировка Ханы. Во время которой, Анко продолжала наблюдать за тем, как каждые пять минут взгляд девушки падал на крышу больницы, которая была видна из полигона. Анко всё больше и больше убеждалась в своей догадке и улыбалась внутри себя, одновременно вспоминая свою историю, связанную с Какаши. Тренировка была не самой простой. Сначала был спарринг, для лучшего понятия способностей ученика. Во время спарринга Анко поняла, что Хана не умеет держать меч и ничего не понимает в кендзюцу. С этого и началась основная часть тренировки — изучение теории кендзюцу и освоение базовых движений. Джонин отдала свою катану ученице, перед этим показав несколько базовых движений, и начала указывать на ошибки, которые совершала Учиха. — Ногу немного левее. Не эту, а другую. Руку держи на уровне груди, — Анко начала наставления, — Вот так, хорошо. Теперь — вертикальный взмах, — словам джонина последовал вертикальный взмах, неуверенный и неправильный, — Неправильно. Слишком неуверенно, ещё и лезвие в бок наклонила. Так порубить кого-то на две части у тебя не получится. — Порубить на части? — Хана вскрикнула от картины, которую нарисовала фантазия перед её глазами. Еле сдержав рвотный рефлекс, девушка продолжила, — Я не буду убивать людей! — Не будешь убивать людей? Тогда почему ты пошла по пути ниндзя? Вы слишком благородными представляете шиноби и это самая большая ошибка. В мире ниндзя нет таких понятий, как благородность, доброта и сочувствие. Есть только один принцип, по которому движутся все ниндзя: либо ты, либо тебя. А теперь, повторяй вертикальный взмах столько раз, сколько потребуется для идеальной подготовки движения. Начинай!       Хана больше ничего не сказала, слова учителя были довольно убедительны, хоть и не соответствовали ее принципам и представлениям. Час за часом девушка повторяла одно единственное движение, делая перерывы по десять-пятнадцать минут через час. Ближе к вечеру у неё довольно хорошо получалось. Удар стал уверенным и без наклонений влево или вправо. — Молодец, Хана, у тебя неплохо получается. Можно переходить и на другое движение. Теперь, горизонтальный удар. Такой удар способен вспороть брюшную полость и вытащить все внутренности наружу. Атака очень эффективная, но нужно суметь попасть. Такие атаки легко блокируются. Понятно? — Да, — ответила Учиха и получила приказ начинать. Уже уставшая и обессиленная девушка не могла нормально держать катану в руках. От усталости пальцы дрожали, передавая дрожь лезвию меча. Спасла её от мучений записка, которую отдала медсестра одному из чунинов и попросила передать её Анко Митараши. В записке говорилось, что Намикадзе Наруто пришел в себя и лечащий врач позволил его навещать. Письмо, прочитанное джонином вслух, сразу же дало сил юной Учихе и та побежала в больницу на всей скорости, оставив катану учителя лежать на земле. Как не было странно, но в больнице не было родителей блондина, хоть они были уведомлены раньше всех остальных. На самом деле, Минато был в резиденции и выполнял письменную работу, которой в последнее время стало побольше. А Кушина находилась дома и следила за состоянием Конохамару. Оба боялись что эмоции снова возьмут вверх и лис сможет вырваться. Вернёмся к Хане, которая за это время уже успела зайти в палату блондина. Наруто лежал на кровати с перебинтованным торсом и левой рукой. На этих участках тела кожа ещё не успела полностью восстановиться. — Привет, Хана. Почему ты такая взволнованная? — спросил Наруто, который не меньше девушки был взволнован тем фактом, что Хана пришла его навестить. Правда, маска и наставления Какаши о том, что шиноби не должен показывать эмоций, помогли ему скрыть данный факт. — Я в-взволнована? Ничуть! Просто п-пришла навестить тебя, — Наруто на это улыбнулся под маской. — Как там распределение? С кем я попал в одну команду? — В команде я, ты и Конохамару. Учитель — Анко Митараши, — ответила девушка на вопрос блондина. — Ты? — не веря переспросил Наруто. Он благодарил богов за такой подарок. Наконец, он сможет проводить ещё больше времени со своей возлюбленной, правда, она об этом не знает, но хотела бы услышать признание в любви от блондина. Как всегда и бывает, двое любят друг друга, но никто не осмеливается открыться, боясь быть отверженным. Также и в их случае. — Да, я. Что-то не так? — спросила опечаленная Хана. Она неправильно поняла причину восклицания Наруто. — Нет, все хорошо. С нами ещё и Конохамару? Думаю, с командной работой проблем у нас не будет. А кто наш учитель? — Я, — сказала Анко, которая только что появилась в дверях палаты, — Рада знакомству, Наруто. Какаши много говорил о твоей феноменальной связи с суйтоном. Когда продемонстрируешь? — Точно не в ближайшее время. Хоть связь и сильная, но Какаши запретил меня развивать техники, пока не пойму суть стихии. А с этим у меня проблема. — Неужели, Какаши решил тебя учить этим методом? Сочувствую тебе, результаты ещё не рано покажут себя. — Могли бы и поддержать его, Анко — сенсей, — сказала Хана. — Ладно, мне пора, — ученица змея пропустила мимо ушей слова Учихи и направилась к выходу. Попутно обзывая Наруто слабаком, ведь тот не сумел победить Конохамару. Такова её сущность. Любящая посмеяться и обзывать кого попало, не смотря ни на что. Но если она привязывается к кому либо, то это навсегда. Так и до сих пор, она верна своему первому учителю, который сбежал из деревни много лет назад. Хоть и знает, что для саннина она — просто результат очередного эксперимента. — Ах, да, Хана, чуть не забыла. Завтра, в девять утра на четвертом полигоне, будем продолжать изучение кендзюцу. И не опаздывать. — Хорошо, — Учиха приуныла. Воспоминания о тренировке не слишком приятные. Особенно объяснения от Анко для каждого удара мечом.       Через полчаса ушла также и Хана, оставив блондина наедине со своими мыслями. Он думал над своей стихией, над своей связью с ней. Он пытался хотя бы сейчас суметь понять свою стихию, но ничего не получалось. Каждый раз в голове появлялись разные облики. Огненный шар, который заставил его лечь в больницу на два дня, заменил образ Ханы. Девушка появлялась перед его глазами, заставляя его сердце трепетать. Наруто попытался отбросить эти образы из головы и снова сконцентрироваться, но снова безрезультатно. На этот раз, в голове прозвучала радостная для блондина весть о том, что он с Ханой будет в одной команде. Блондин понял, что с этим ничего не получится — он слишком взволнован. И в эту секунду, в его голове появилась самая неожиданная и нежеланная мысль. «Почему родители ещё не пришли меня навестить?» Мысль моментально прошла по всему разуму блондина и заставила его задуматься. Знал бы он истинную причину того, почему родителей не было в комнате, в дальнейшем мир бы не стал для него бесцветным. На самом деле, Кушина и Минато приходили каждые два-три часа и спрашивали про самочувствие сына, но внутрь, они никак не могли попасть, врач не разрешал. А не разрешал он потому, что был представителем уже уничтоженного Корня и встречал их сам, не позволяя им встречаться с настоящим врачом. Это был неплохой способ разрушить будущие отношения семьи, показав Наруто «различие» со стороны семьи. Когда-то, Данзо хотел этим способом «выкрасть» Наруто из семьи и завербовать к себе. Но сейчас, это не имеет больше никакого значения — Данзо мертв, а Корень расформирован. Почему тогда бывший член Корня делал это? Чтобы хоть как-то насолить хокаге и напомнить, что не следовала казнить лидера Корня. — Почему же? — задал себе вопрос, — Наверно, отец занят делами. Но почему тогда мама ещё не пришла? Медсестра же сказала, что родители уже оповещены о том, что я проснулся. Прошло уже больше двух часов, но её ещё нет. Может, она тоже занята? Но чем? — блондин всячески пытался оправдать отсутствие родителей и уже убедил себя в том, что у них есть важные дела. Какие дела, он не представлял, но верил в то, что они очень важные.       Через некоторое время появился лечащий врач и осмотрел блондина. После осмотра сын четвёртого был выписан из больницы. Шаги давались нелегко, ещё не полностью прошедшие ожоги давали о себе знать. Путь до дома занял довольно долгое время, приблизительно, сорок минут. Дверь домой была заперта и Наруто решил постучаться. Изнутри начал слышаться звук шагов и через минуту дверь открылась. — Привет, Наруто. Тебя уже выписали? — спросил Минато и обернулся. На ступеньках появился Конохамару, который спустился на голос Наруто. — Извини, Наруто, но тебе домой нельзя. Нет времени сейчас объяснять, все завтра, — сказал Минато и закрыл дверь перед лицом собственного сына. — Пап, это был Наруто? — спросил взволнованный Конохамару. Он хотел попросить прощения у брата. До сих пор он корил себя за необдуманные действия. — Нет, сынок, это не Наруто. Один из АНБУ, я дал ему поручение, — Минато обманул второго сына, пытаясь сберечь того от нового эмоционального срыва.       Сам же Наруто стоял на пороге отцовского дома и не понимал, что же только что произошло. Он пытался оправдать поведение своего отца, но не получалось. Он не мог найти оправдание данному поведению отца. И какой же вывод должен был сделать в таком случае наш герой? Один — единственный, хоть и неправильный. — Они отказались от меня…