Глава 18

Наскоро успокоив рыдающую деву, я выпоила ей стакан молока с мёдом и отослала в спальню. - Утром поговорим. Нет, я не сержусь. Марш спать, я сказала! Синтия, по словам Виверны, как свалилась в кровать, так и заснула. Виверна осмотрела её бельишко, но не обнаружила никаких следов крови. Думается мне, под невинностью наша трепетная лань подразумевала что-то другое. Вроде поцелуя в кустах. Я наскоро нацарапала записку для Чармиан и отправила курьером. Стоило это куда дороже, чем обычное письмо, но истрёпанные нервы вообще ни за какие деньги не купишь. Представляю, как она себя казнит, бедная, что за ребёнком не уследила. *** Утром выспавшуюся, но всё ещё бледную Синтию потащили на допрос. В допросе принимали участие я, Виверна и Араминта. Папенька тоже хотел, а ещё собирался заклеймить блудную дочь позором, но встретился со мной взглядом и согласился, что это лишнее. На допрос у нас ушло три часа и полфлакона успокоительных капель, а сколько слёз было пролито – не передать! По результатам же выяснилось следующее. Очередной «милый дедушка» повёл Синтию в отдалённую комнату смотреть какие-то особенные картины. В комнате никаких картин не оказалось, зато там стояла большая кровать. На спинке кровати были вырезаны пьяные дикари… - Пьяные дикари? Точно? – изумилась Араминта. Синтия энергично закивала, не смея поднять глаза. - Странный какой-то сюжет… - Ничего странного, - усмехнулась Виверна. – Самый распространённый сюжет. Детка, почему ты решила, что это дикари? - Они были все голые, - Синтия запунцовела щеками. – И мужчины, и женщины. Мне Шиара рассказывала, что в жарких странах… - А почему пьяные? – перебила Виверна. - Ну, они боролись. И падали. И лежали друг на друге… Как папенька с друзьями, когда слишком много вина выпьют… Араминта захохотала во весь голос. Синтия опять засмущалась, и дальнейшие сведения пришлось из неё буквально выцарапывать. Итак, престарелый сластолюбец пожелал возлечь вместе с Синтией на резную кровать, дабы уподобиться пьяным дикарям. Детка со всей своей невинностью попыталась объяснить, что это как-то неправильно, явившись в гости, завалиться на чужую постель. А вдруг придёт хозяин? Старый хрен заявил, что вот он и есть – хозяин кровати, и потребовал от Синтии немедленно раздеться и лечь. Детка взялась объяснять, что она спать не хочет, не устала и хорошо себя чувствует, так что ему совершенно нет нужды уступать ей своё ложе. Уж не знаю с какого перепуга, но этот сморчок решил, что Синтия с ним кокетничает. Видимо, думал тем, что ниже пояса. Со словами: «Ну не упрямься, будь хорошей девочкой…» он попытался стянуть с неё платье. Обнаружив посторонние лапы у себя в декольте, Синтия завопила от ужаса и принялась лягаться. Кажется, попала, но куда, не поняла, потому что потеряла сознание. Очнулась несколько минут спустя от того, что рядом орали. Раскрасавец мужчина держал старого павиана за рубашку на груди, громко ругался и периодически встряхивал, как кот крысу. Синтия тихонечко слезла с кровати и ползком убралась из комнаты, прячась за мебель и молясь, чтоб не заметили. И только на выходе из особняка обнаружила, что потеряла туфельку… На этом месте бедняжка рухнула в рыдания, и нам пришлось прервать допрос. Общими усилиями мы споили ей остатки успокоительного и загнали обратно в постель. Я отправилась обдумывать письмо Чармиан. Надо узнать фамилию того козла, что напугал мою детку. Я ещё не решила, действовать мне самостоятельно или через королеву, но старый мерзавец не должен уковылять безнаказанным!