Часть 19

Прошло несколько дней, как Хоуп пытается отыскать Лиззи, но всë было безуспешно. Кай скрыл еë своими чарами. И особо усердствовать в поиске девушка не могла. Ведь если Паркер догадается о чем-то, то он убьëт Элизабет. Приходится действовать осторожно, чтобы еретик ничего не заподозрил. Все стараются придумать какой-то план по спасению Лиззи. Но если основная часть старается не лезть на рожон, зная, на что способен психопат Кай Паркер, то Рик действует импульсивно. Конечно, его можно понять. Недавно он потерял любимую женщину и, как думал, детей тоже. Но судьба преподнесла ему такой подарок, как его малыши. А теперь у него и это пытаются отнять. И если Хоуп относилась с пониманием к Аларику, потому-что знает его намного лучше, то сам Зальцман люто ненавидит девушку и совершенно не скрывает этого. Обвиняя во всем произошедшем именно еë. — Я вообще не понимаю, что она здесь делает! — не переставая кричал Аларик, указывая на Хоуп. — Рик, прекрати так орать, или я рожу раньше времени! — вспылила Кэролайн. Она переживала за Лиззи не меньше Аларика и была готова работать с кем угодно, хоть с самим дьяволом, чтобы спасти ту, кто станет еë дочерью. И если быть честной, то она не считала Хоуп каким-то злом. Ей казалось, что эта девушка глубоко несчастна. — Она так и не объяснила, кем на самом дела является! Может, она в сговоре с Паркером, — не унимался Зальцман — Да где же Бон Бон ходит, — перевëл тему Дэймон. Он потягивал бурбон в ожидании ведьмы. — А вообще Рик прав. Кто же ты на самом деле такая? — Дэй посмотрел на Хоуп. — Да, расскажи им, — неожиданно в холл вошёл Стефан. Все взгляды были переведены в его сторону. — Расскажи им, чья ты дочь! Хоуп поняла, что Стефан всë-таки узнал правду. Его не было видно в городе последнее время. Значит, он ездил в Новый Орлеан. Как бы она ни пыталась скрыть правду или хотя бы еë часть, ей это не удалось. — Ну что молчишь, Хоуп? — Сальваторе подошëл ближе, выжидающе всматриваясь в Майклсон. Он хотел, чтобы она сама призналась. — Моë имя Хоуп Андреа Майклсон, — начала девушка. — Моя мать - альфа оборотень Хейли Маршалл. Мой отец... Никлаус Майклсон. На какое-то время повисла тишина. Все переваривали услышанное. — А я всë думала, кого ты мне так сильно напоминаешь, — первая молчание прервала Форбс. Она хотела опустошить стакан бурбона, как и Дэймон, но вспомнила, что беременна и алкоголь для неë теперь под запретом. Хотя сейчас он бы очень даже пригодился. — Я понимаю, что с моим отцом у вас были не самые лучшие отношения... — Ага. Он использовал мою любимую в своëм ритуале, убил девушку Рика, заставил отключить человечность Стефана, утопил мать Локвуда, — перечислял Дэймон, перебив Хоуп. — И это не весь список. Молчу про остальных родственничков, — хмыкнул он. — Я знаю, как вы относитесь к моей семье. Но я просто хочу спасти Лиззи. Честно, — девушка понимала, что оправдывать своих родных нет смысла. Они сделали много ошибок, но они всë-равно еë семья. — Я не собираюсь работать с дочерью Клауса! — выплюнул Рик, с ненавистью смотря на Хоуп. Он вспомнил не в чем неповинную Дженну, которую тот убил, хотя и обещал не трогать родных Елены. И Лиззи. Еë же и убила дочурка Клауса. Разве можно доверять и иметь хоть какие-то отношения с этой семейкой, которая причинила столько зла другим ради своей выгоды. Зальцман ушëл, так громко хлопнув дверью, что та чуть не слетела с петель. Хоуп не показала, но ей было больно от этого. Ведь в будущем они будут очень в хороших отношениях. Рик практически стал ей вторым отцом. Но сейчас от него исходит такая ненависть, что даже не верится в их взаимоотношения. — Нужно остановить его, пока он не наделал глупостей, которые потом будет трудно исправить, — твëрдо сказала Трибридша, смотря на всех поочерëдно. Если кто-то и сможет обуздать сейчас Рика, то только они. Еë он точно слушать не станет. — Я займусь этим, — бросил Дэймон, направляясь к двери. — И на будущее, Майклсонам запрещено командовать в моём доме. Аларик. У мужчины не укладывалось в голове всë, что он услышал. Как только узнал о том, что эта Хоуп убила его дочь и никак не понесла за это наказание, он понял, что за нутро у этой девчонки. Как и вся семейка Майклсон. Делают, что хотят, и никто ничего не может сделать против этих тварей. Люди, имеющие огромную силу, избалованы вседозволенностью. Это он знает не понаслышке. Ему нужен свой собственный план по устранению Паркера и спасению Лиззи. — Погоди, Рик, — нагнал его Дэймон — Нет! — рявкнул Зальцман. — Я знаю, что ты скажешь, и слушать этого не хочу. — Да стой же ты, — Сальваторе дëрнул друга за руку, чтобы остановился. — Я не стану работать с дочерью Клауса Майклсона! — снова он повторил то, что говорил ранее. — Вы все стоите и верите ей. А может она и замешана в похищении Элизабет. — Да не верю я в еë добродушие, — закатил глаза Дэймон. — Пошли к Бонни и всë с ней обсудим. Положительно кивнув, Аларик направился за другом. Хоуп. — Почему ты просто не можешь приказать Каю сказать где Лиззи? Ты же его сир, — не понимала Кэролайн. — Паркер продуманный и довольно сообразительный враг. Не стоит рисковать Лиззи, — ответила Хоуп. — Я уверенна, что она под каким-то заклинанием, потому-что обычно я могу слышать зов помощи своих... Хмм... — девушка старалась правильно подобрать слово. — Подопечных, если можно так сказать. А сейчас Элизабет молчит, и я её не чувствую. Кэролайн резко перевела взгляд на Майклсон. На её лице отразилась волнение и испуг. С беременностью её эмоции усилились ещё сильнее, чем при обращении. Беременный вампир – жгучая смесь. — А вдруг Паркер её... — Нет, — перебила её Хоуп. — Это бы я тоже почувствовала. Просто она, как бы сказать, в недосягаемости. Но я обязательно верну её. Только нужно узнать, чего именно хочет этот психопат. Дэймон так и не явился, поэтому было понятно, что тому не удалось уговорить Рика вернуться и принять помощь дочурки Клауса. Хотя Хоуп догадывалась, что Сальваторе старший особо и не пытался. Он, как и Аларик в открытую выражал свою неприязнь к ней. Стефан сообщил, что пока Дэймон с Риком не вернутся, они ничего предпринимать не будут. Через некоторое время пришли Джереми и Тайлер. Последний снова стал простым оборотнем, поэтому его агрессия зашкаливала. Ему приходилось прикладывать не мало усилий, чтобы сдерживать себя рядом с отродьем Клауса. Хоуп не смотрела на Локвуда, но ощущала каждой клеточкой своего тела, что волк прожигает в ней дыру. И как только она подняла глаза на парня, тот оскалился. — Твой папаша убил мою мать и обратил меня в своего подручного гибрида. Поэтому не надейся, что я буду относиться к тебе как-то снисходительно, — выпалил Тай. — И если мне выпадет счастье грохнуть тебя, я с радостью это сделаю, не задумываясь ни на секунду. — Я знаю, что не заслуживаю вашего доверия, — спокойно начала Хоуп. Девушка уже не помнит сколько раз произносила эту фразу. — И понимаю, что моя семья виновата перед вами, но поверьте, я хочу спасти Лиззи. Я желаю ей лишь добра. — Поэтому ты её убила? — раздался голос Рика. Он и Дэймон наконец-то вернулись. За ними показалась Бонни. — Ты так сильно о ней волновалась, что лишила её жизни? Все молча устремили свои взоры на Зальцмана. Никто не возражал против его слов. Кэролайн хоть и промолчала, но взгляда поддержала Хоуп, и девушка была благодарна и за это. — Моя человечность была отключена, но я не в коем случае не оправдываю своего поступка, — ответила Хоуп. — Майклсоны всегда найдут себе оправдание, — фыркнул Рик. Хоуп устало вздохнула, но ничего не сказала на это. Девушка так скучала по тому Рику, которого она знает, который во всём поддерживает её и доверяет. А сейчас... Всё так сложно и запутано. А вдруг из-за этого путешествия во времени Рик будет её ненавидеть, когда она вернутся. Этого она не выдержит, если лишится очередного близкого человека. — Я могу уйти, — безэмоционально произнесла Хоуп. Пока они тут спорят, Лиззи где-то там ждёт их. И если они не хотят работать с ней, хорошо, пусть продумывают спасательный план без неё. А она будет действовать одна. Тем более ей не впервой. — Никто не держит! — выпалил Зальцман. И Тайлер его поддержал. Хоуп осмотрела всех присутствующих, словно искала поддержки, но, так и не найдя её, покинула особняк.

****

— Да что с вами такое? — крикнула Кэролайн. Она развела руками, посмотрев на каждого здесь. — Интересно, с какой стати ты защищаешь отродье Клауса? — двусмысленно произнёс Локвуд, сморщив в отвращении лицо. — Хватит мне каждый раз намекать на связь с Клаусом, — рассердилась Кэролайн. — Я всегда была на вашей стороне, если вы не забыли. Локвуд фыркнул. А вот Дэймон решил высказать свою язвительность, но Форбс пропустила её мимо ушей. Она давно научилась игнорировать Сальваторе старшего. Девушка давно простила его за то, что он сделал и как относился к ней в начале, но в душе всё-равно изредка вертелась обида на него. Тем более, Дэймон никогда не просил у неё прощения, но она понимала, что со временем он сделает этот шаг. Хоть он и не показывает этого, но он сожалеет о тех поступках, и девушка это знает. — Вот ты, Бонни, — она подошла к лучшей подруге. — Ты помнишь, как Елена пыталась тебя убить? — спросила блондинка. — А ты, Стефан, напомнить тебе о тех жертвах, которых убил ты? — теперь она смотрела на парня. — А я? Вспомните Сару Сальваторе! Все молчали, понимая, что Кэролайн права. — А про тебя, Дэймон, я вообще молчу, — нахмурилась она. — Ты и без отключения человечности творил вещи и похуже, — напомнила она. — Поэтому вы как хотите, а я буду работать вместе с Хоуп по возвращению Элизабет. Потому что я ей верю, — это было последнее, что сказала Форбс, прежде чем уйти. Она была уже у двери, когда её настиг голос Аларика. — Разница в том, Кэролайн, что все мы жалеем о своих поступках. Но не Майклсоны. Вампирша ничего на это не ответила. Она вышла за дверь с мыслью поскорее найти Хоуп.