Затишье

Благослови того, кто придумал делать прозрачные вставки в дверях. Потому что Брагин не знает как отреагировал бы, если бы заранее не увидел этот «сюрпрайз», а узнал бы о нем только войдя в помещение. В том, что это действительно она, даже с такого расстояния, нет никаких сомнений. Куликов козлина. Олег застывает на месте прямо посреди коридора, нисколько не смущенный тем, что выходящим из зала коллегам приходится его огибать. - Так тут и будешь стоять? Брагин медленно переводит свой взгляд на Нину, которая, иронично выгнув бровь, остановилась в паре шагов от него. - Ты знала? - Пыталась тебе весь день сообщить, только ты же у нас сегодня неуловимый, как летучий голландец. Тебе чего, не передали девчонки, что я тебя искала? - Да передали. Блин, - Брагин морщится, - ну забыл я. - Ну и не рычи, сам виноват. О, а вот и жена твоя, пост сдал-пост принял, - Нина тянет Брагина за локоть, слегка разворачивая в направлении запыхавшейся Лены, - ну, пока, мне работать надо идти. - Пока, - Лена взмахивает рукой в прощальном жесте, - все закончилось уже что ли? А я только освободилась, неловко так теперь, кого нам прислали-то хоть? - Да я тоже все пропустил. Ленк, ты давай меня не жди, езжай домой. Надо с начальством нашим новым поговорить, вопросов к нему, - Брагин проводит рукой над своей головой, - выше крыши. - Как домой? Ты что, забыл? - Лена неловко улыбается, - мы ведь на просмотр квартиры сегодня едем, я и с агентом договорилась уже. - Черт, - Брагин трет рукой лоб, - может ты без меня съездишь посмотришь? - Как без тебя-то, Олег? - Ну да, а перенести можно? - Конечно, - Михалева поднимается на носочки и чмокает его в щеку, - я позвоню и перенесу на час. Подожду тебя в ординаторской. - Ага. *** Брагин ждет пока остатки людей, которые подходили к ней с какими-то вопросами, покинут конференц-зал, а затем медленно входит внутрь, закрывая за собой двери. Олег так уверен, что Нарочинская попытается сейчас выставить его отсюда, что когда этого не происходит неловко останавливается, пройдя только пару метров внутрь помещения. Не происходит ничего. Совсем. Она просто молча сидит, оперевшись локтями о стол и сцепив руки перед собой в замок. - Ну привет, - не выдерживает Брагин. Но Марина все так же молчит и лишь смотрит на него изучающим взглядом. Нарочинская, видимо, совсем не та «баба», в которых Брагин, по ее меткому замечанию, должен был разбираться, потому что действий Марины он не предугадал еще ни разу. Сегодняшний день не исключение. Он ожидал многого, но не того, что она просто будет играть в молчанку. - Я звонил, Марин. - Я знаю. Потрясающе! Оно говорящее! Брагин чувствует как мускул у него на щеке дергается. - И почему не отвечала? - Не хотела говорить. - А сейчас ты поговорить не хочешь? - И сейчас не хочу. - А я хочу. Все эти противоречивые чувства, от которых Брагин понятия не имеет как избавиться, захватывают, затуманивают разум и не дают мыслить рационально. Он вообще многое хотел бы сказать. Например, что она чертова идиотка, что он сходил с ума от беспокойства, что… Брагин делает шаг вперед, намереваясь… да черт знает что намереваясь, он сам понятия не имеет. Но Марина отводит глаза в сторону двери и Брагин снова застывает. Будто они играют в игру тише едешь-дальше будешь, только по каким-то извращенным правилам, где все наоборот. - Марина Владимировна, извините, а Вы сильно заняты сейчас? - этот голос с легким акцентом не узнать невозможно. Брагин даже не оборачивается, продолжая сверлить Нарочинскую своим взглядом. - Нет, я свободна. Мы как раз с Олегом Михайловичем закончили обсуждать рабочие вопросы. - Ага, - Брагин нисколько не пытается скрыть свой резкий тон, - спасибо тебе, Саламчик, а то Марина Владимировна такая разговорчивая сегодня,  не знал как от нее избавиться, болтает и болтает. Глаза Нарочинской вспыхивают и Брагин ухмыляется, когда она специально задевает его плечом, проходя мимо. Ну и хорошо, пусть лучше злится, чем это гребаное безразличное молчание. *** - Ну вот, а ты переживала, видишь, пробок нет, все успеем, - Олег включает поворотник и перестраивается в правый ряд. - С начальством новым удачно поговорил? - Ага. - Обсудили все «рабочие вопросы»? - Ну да. - А со мной не хочешь обсудить? - Что обсуждать-то? - Брагин чувствует, что уже начинает уставать от этого разговора. - А нечего? - Лен, ты что-то конкретное от меня услышать хочешь? - Да нет. Просто интересно что теперь будет. - С чем? - Да я про Марину, - Лена поворачивается на сидении всем телом, - ее же не и.о, а на постоянку назначили. - Лен, ну назначили и назначили, тебе-то что с того?  - Да уволит она меня, - тихо произносит Михалева и Брагин бросает на нее удивленный взгляд: - Это с чего ты взяла? - Не делай вид, что не понимаешь. Мы же были подруги раньше, ну какой главврач захочет, чтобы медсестра про него личную информацию знала. Олег еле сдерживает усмешку. Личную информацию. Про Нарочинскую. Он в это не поверит даже если выяснится, что Лена держала ту две недели в подвале и засовывала иголки ей под ногти. - Лен, ну чего ты придумываешь? - Ладно, забудь, - Лена отворачивается к окну. - ты прав, наверное я ерунду себе напридумывала. Тишина приятно обволакивает салон машины. Брагин, оказывается, любит тишину. *** Марина бросила курить, но сейчас так нестерпимо хочется, что почти слышно как сила воли трещит по швам. Надо держаться. Она жадно вдыхает прохладный воздух. На что она рассчитывала? Конечно не притупилось и нет, не стало легче, ну как могло быть иначе? Слишком мало прошло времени. Чертово сердце ожидаемо ее предало. Хотя, сердце - это же просто орган весом около трехсот грамм. Может ее предала душа? Непонятно что это вообще должно значить, но зато как поэтично звучит, ничем не хуже сердца. Нарочинская готовилась морально к этой встрече, но все равно все полетело к чертям, едва их глаза встретились. И сегодня она повела себя в высшей степени непрофессионально. Марина обещает себе, что в последний раз. Так больше нельзя. Рецепт прежний: стиснуть зубы и верить в светлое будущее. - Марин, ты дома? - раздается с порога и Нарочинская прикрывает глаза, встряхивая головой. - Да, Саш, я тут. Мужчина скидывает ботинки, привычно бросает свой телефон на обеденный стол и, подходя к ней, целует в макушку. - Простудишься же, - он закрывает окно и прислоняется спиной к подоконнику, на котором сидит Нарочинская, - что-то случилось? - Да просто тяжелый день. - Ужинала? Марина отрицательно мотает головой. - Может сходим куда-нибудь? - Прости, не хочется. Он так внимательно разглядывает ее, что у Нарочинской внезапно появляется желание отвернуться, чтобы он не разглядел что-то, чего ей бы совсем не хотелось. Да уж. Со светлым будущим явно проблемы.