Часть 56: Десять секунд Ада - Часть 2

Она это почувствовала. Момент, когда эта крепкая, прекрасная связь истрепалась и порвалась. Место, близкое её сердцу, закрылось навсегда, и она ахнула, схватившись рукой за грудь. — Р-Рей...? — Руи выдохнула, чувствуя, как по лицу стекает пот. Она умерла. Она, должно быть, умерла. — С-сестра...? — прошептала она, ощущая, как в животе поселилось что-то холодное и отвратительное. Что это был за привкус? Что это за вкус бессмыслицы во рту? Гадость, гадость, гадость, как же это отвратительно! Тот, кого она пригласила за свой стол, умер прежде, чем они успели поесть вместе. ...Чем, чёрт возьми, она занималась? Если Рей умерла, какой во всём этом был смысл? Голод, необходимость сидеть с другим? Если ей не с кем есть, если она потеряла за этим столом хоть одного человека, в чём вообще был смысл быть Чревоугодием?

[Поздравляем! Вы завершили Задание Администратора!]

Руи медленно посмотрела на золотую строку текста перед собой. Ненависть, подлинная и жгучая, закипела в её желудке.

Задание Администратора Выполнено!

Грех Насыщения

Цель: Изменить отношение Луи Арнеб (NPC) к Чревоугодию!

Награда: Обновить Луи Арнеб (NPC) до Луи Арнеб (Игрок)

[Синхронизация Терминала...]

[Добро пожаловать, Игрок Луи Арнеб.]

Руи смотрела на всплывающее окно долгие, долгие мгновения. — Ха... Ха-ха... Это было вне её контроля. Смех вырывался сам по себе. — Ха-ха... Ха-ха-ха! АХАХАХАХА! АХАХАХАХА! Ее руки легли на живот, и лающий смех вырвался из-за зубов. Волосы упали на лицо, когда она не смогла удержаться и согнулась пополам, хохоча так сильно, как только могла. Как она могла не смеяться над этим? Стать Игроком оказалось так просто, так легко. Всё, чего она когда-либо могла желать, — и ей нужно было лишь разрушить фундамент того, чем, по её мнению, была Руи Арнеб. Чревоугодие было всем, из чего она себя строила, поэтому отбросить это было, несомненно, грандиозным шагом. Но знай она, что это так просто, она бы никогда не паниковала раньше. — Ахахахахаха! — она поднесла руку, чтобы вытереть слёзы, и довольно заворковала. Ее тело менялось. Что-то едва заметное меняло то, как её тело функционировало и существовало. Неужели так Рей чувствовала себя всё время? Никаких реальных мыслей о том, как бьется сердце или о сохранившихся волокнах мышц; это ощущалось искусственным. — АРГХ! — закричала она, ударив кулаком по куполу из черепицы. — ТЫ ДУМАЕШЬ, ЭТО СМЕШНО, ХУХУСУУС?! Она рвала и царапала барьер в истерике. — ПОЖЕРТВОВАТЬ ЕЙ, ТЫ ЭТОГО ХОЧЕШЬ ОТ НАС?! ТЫ ЗНАЕШЬ, ЧТО ЭТОГО НИКОГДА НЕ СЛУЧИТСЯ, ЦУ! ТЫ ЗНАЕШЬ, ПОТОМУ ЧТО ТЫ ЗНАЕШЬ, И РАЗ ТЫ ЗНАЕШЬ, ТЫ МУСОР! СДОХНИ! МЫ ТЕБЯ НЕНАВИДИМ, НЕНАВИДИМ! Она выла, как пойманный в клетку зверь.

Внезапное Задание!

Мне на тебя наплевать.

Верни её.

Цель: Убить Нацуки Субару и продолжить петли.

Награда: Вернуть статус Рей Алараф (Игрок).

Провал: Твоя сестра останется мёртвой.

Внимание! Это действие приведёт к удалению Терминала Луи Арнеб (Игрок)!

У неё было всё, чего она могла желать, и если бы речь шла о смерти Лая или Лоя, всё это не было бы так больно. На самом деле, она никогда бы не поколебалась в своём Чревоугодии, почувствовав смерть кого-либо из них. Но поскольку это была Рей, из-за того, что она чувствовала глубоко внутри, казалось, что в её животе свили гнездо безостановочно ползающие пауки. Это было слишком жестоко. Если Рей не умрёт, Руи никогда не поколеблется. Она пойдет по пути, который диктует Хухусуус, танцуя, как марионетка на его ниточках. Она никогда не узнает, что должно произойти, чтобы она освободилась от ограничений Системы. — А-ах... Если бы Руи была более жестокой, более жадной до еды, она бы просто приняла свой новообретённый статус и ушла. Но суть происходящего была в том факте, что она вообще поколебалась в своём Чревоугодии, чтобы получить этот статус. У неё прежней не было бы проблем, но нынешняя она умерла бы здесь и сейчас из-за изменений в себе. Чтобы вернуть Рей, ей придется вырвать с корнем изменившуюся себя и вернуться к тому моменту, когда она не колебалась ни перед чем другим. Такова была эта игра. Сама Руи никогда бы не узнала, насколько она близка к тому, чтобы вырваться из неё в любой момент. Ирония отдавала во рту солёным пеплом. Она повернулась к Субару, слёзы свободно текли из её глаз. — ...Если... Если ты сможешь заставить нас поколебаться в нашем Чревоугодии... Он был ошеломлен, кровь лилась из его глаз и ушей. Но ей хотелось верить, что он в полном сознании и слушает её. — ...Если ты сможешь это сделать, тогда мы поможем тебе, — закончила она неловко, подходя к нему. — ...Рей мертва. Его глаза расширились. Она хотела верить, что увидела в его взгляде принятие её следующего действия. — Фула.

-50 Маны

Именно в этот момент её другая половина взбунтовалась против её контроля. Последняя, раздражающая попытка спасти ему жизнь. Лезвие ветра, которое должно было отсечь Субару голову, вместо этого задело его шею, перерезав трахею и артерии. Он захлебнулся, слёзы смешались с кровью, льющейся из его глаз, и рухнул вперёд. — Нет! — закричала Луи, перехватывая контроль у теперь неподвижной Руи, и поймала его. — Субару! Субару! Нет! Нет! Слёзы, порождённые отчаянием обоих существ в этом теле, покатились по её лицу. Луи обняла его: — Исцели его! Исцели его, ты! Руи! Руи! — Он должен умереть, цу, — голос Руи сорвался; она перевернула Субару и посмотрела ему в лицо. Она убрала волосы с его лба, и он отчетливо увидел её рыдающее выражение. — У нас нет... нет выбора. Мы... ничего не можем с этим поделать. Субару, умирая, едва мог видеть что-то, кроме её лица. Она действительно сестра Рей, не так ли? Был ли он ребёнком или нет, его последняя ясная мысль повлияла на слишком многие его решения в будущем.

***

— ЛАЙ!! — Я слышал, жители Хаосфлейма сильны, но сильнее ли они людей из Деревни Синоби? — ...Ты подонок! — ...А? Субару моргнул, не в силах осознать, что происходит. Йорна затянулась из своей кисеру и швырнула фиолетовый дым широкой волной; шлейф подхватил взрывчатку, которой ещё мгновение назад не было. Ударная волна от последовавшего взрыва разорвала воздух; барабанные перепонки Субару лопнули, а глаза вдавило внутрь — один из них полностью выскочил из глазницы. — ГЬЯ-А-А!! — закричал он, вжав руки в лицо, пока вся сцена окрашивалась в красный цвет. — Субару!! — ДАЙ УЖЕ НАМ КОНТРОЛЬ, ЦУ! Два крика из одного рта вырвались наружу, но Субару ничего не мог сделать, кроме как упасть навзничь, продолжая кричать в агонии. Одна сторона его зрения исчезла полностью, но его покрасневший взор не видел ничего, кроме боли. Раньше он не понимал. Раньше он не осознавал, что случилось. Раз он не понимал, ему не было больно. Мука от переживания этого во второй раз была невыносимой, и он продолжал корчиться от боли на крыше. — Дай! Нам! Контроль! — белокурая девочка рядом с ним вела свою внутреннюю битву, трясясь на месте и закатывая глаза. — Ого, ты и правда нечто особенное. Я собирался напасть на лисичку, но если ты так и продолжишь лихо разгадывать мои планы на ходу, я буду выглядеть совсем уж плохо! Субару не видел ничего, кроме красноты и боли. Раздался еще один оглушительный взрыв, и он закричал, ударившись головой о крышу с безрассудным отчаянием. Он не мог думать. Не мог двигаться. Ему нужно было разбить себе голову, пока он не сможет думать, двигаться и убегать. Больно больно больно больно больно больно больно больно... — Суба!.. — Наконец-то! Раздалось победное рычание, и Субару внезапно дернули вверх за руку, что вызвало новую волну агонии, когда его голова мотнулась. — Ты не умрёшь у нас на глазах, цу! Тепло, не приносящее боли, разлилось по голове, и Субару ахнул, посмотрев вниз и увидев, как Руи прижимает светящуюся ладонь к его груди. Её выражение было злым, и Субару не думал о том, что оно выглядело противоположностью того, что было раньше. Не было ни жалости, ни понимания. Она исцелила его только потому, что знала, что случится, если он умрёт. Он был для нее не более чем инструментом. — Даже не заметила, а? Голова Субару безвольно свесилась набок. Ольбарт стоял перед Рей, широко ухмыляясь. Её правой руки не было. — Р-Рей..! — попытался окликнуть её Субару. — НЕ СМЕЙ! — Йорна запустила дюжину черепиц в Ольбарта, и он быстро отпрыгнул от приближающихся снарядов. Йорна бросилась к Рей, сжимая иглу в руке, и быстро схватила её: — Дитя! Дитя, мне нужно, чтобы ты... Гхк! — Ой-ой, разве это не грустно? — заметил Ольбарт, и волосы на затылке Субару встали дыбом, когда он повернулся и увидел старика, стоящего прямо позади него и поглаживающего длинную бороду. — Она уже мертва, неужели не заметила? Йорна застыла; её рука на голове Рей была мимолетным, пустым жестом. Рука на ребенке, который сделал свой последний вздох. Её пустые глаза смотрели в небо, а посреди лба торчала длинная металлическая игла. — Н-нет...! — закричал Субару, ещё сильнее раздирая саднящее горло. — Неважно, насколько ты крут. Одной длинной иглы в лоб достаточно, чтобы убить тебя. Йорна отпустила труп Рей и бросилась к Субару и Руи, но что-то уже вонзилось в его затылок и шею. Это была острая, угловатая боль, которая быстро лишила его контроля над телом, и Руи отпустила его. Его тело рухнуло на крышу, и головокружение только усилилось. — Ты могла бы это остановить. — ...Какое нам дело. Мы бы сделали это, если бы не ты. Что именно происходило? Почему... Это... Должно было...

***

— ЛАЙ!! — Я слышал, жители Хаосфлейма сильны, но сильнее ли они людей из Деревни Синоби? — ...Ты подонок! Нет. Нет. Нет, этого не может быть. Так же, как и всего десять секунд назад, в воздухе висела взрывчатка, готовая вот-вот детонировать. — А... а!? — Субару сделал шаг назад, понимая, что грядёт. Небо окрасилось красным от огня, и ударная волна разорвала его барабанные перепонки и раздавила глаза, выбив один из черепа. — А-А-АХ!! А-А-А!! Крики. Агония. Боль. — Субару!! — ДАЙ УЖЕ НАМ КОНТРОЛЬ, ЦУ! Субару рухнул на месте, схватившись руками за лицо. Руи боролась сама с собой. Ольбарт отрубил Рей руку. Йорна не смогла спасти её. Почему, почему, почему, почему это происходило с ним?.. Это не конец. Это совсем не конец. — Ой-ой, разве это не грустно? Она уже мертва, неужели не заметила? Рей умерла. Затем Руи решила не защищать его от того, что последовало дальше. Сюрикены вонзились в его шею и голову, гарантировав его смерть. Что это было? Где, чёрт возьми, он был?

***

— ЛАЙ!! — Я слышал, жители Хаосфлейма сильны, но сильнее ли они людей из Деревни Синоби? — ...Ты подонок! Опять повторилось. Жгучая агония, ощущение того, как его тело терзают ударные волны, достаточно мощные, чтобы чуть-ли не убить его, но оставляющие в нём достаточно жизни, чтобы чувствовать невыносимую боль. Он рухнул на месте, закрыв лицо руками. Его глаза... О боже, его глаза были уничтожены! Больно, больно! — Ты не умрёшь у нас на глазах, цу! Краткая передышка. Рей не умерла, поэтому Руи предложила исцеление и стену от боли. — Ой-ой, разве это не грустно? Она уже мертва, неужели не заметила? Лезвия нашли путь к голове и шее Субару.

***

— ЛАЙ!! — Я слышал, жители Хаосфлейма сильны, но сильнее ли они людей из Деревни Синоби? — ...Ты подонок! Красная жгучая агония. Взрыв. Смех. — Ты не умрёшь у нас на глазах, цу! Почему. Почему. Почему. Почему. О боже, почему? Агония была невыносимой. Боль сжигала его душу. Ему было больно, потом он просыпался от этого, как от ужасного кошмара, а потом его снова накрывало болью. Десять секунд не давали ему времени подумать. Он не мог представить ничего, кроме боли. Боль переносилась с ним, и он был полон боли. Боль, красное, страшно, почему, смерть. Снова и снова. Его собственные крики. Крики Рей. Крики Луи и Руи. Они были ничем по сравнению с разрывающим уши взрывом, предвещавшим последующую агонию.

***

— ЛАЙ!! — Я слышал, жители Хаосфлейма сильны, но сильнее ли они людей из Деревни Синоби? — ...Ты подонок! — А-А-А-А-А-А-АХ!! Крик вывел нас из ступора, и Жрица Тысячи Ликов заметила Субару, упавшего на колени и бьющегося головой о землю, воющего так, словно ему отрезали ноги. Мы замерли, разум опустел на краткое мгновение. — Ха! — крикнула Йорна, её рука описала дугу. С конца её кисеру сорвалась фиолетовая волна дыма, ища каждую бомбу, прежде чем они упадут в городе. Лай будет в безопасности. Йорне можно доверять. Вот почему Меч Любви был у неё в руках, в конце концов.

Удерживать его общее количество петель ниже 100. (28/100)

Сукин сын. — Прыгун! — прошипели мы и появились перед ним и Луи. Мы выхватили катану, когда пойманная взрывчатка вспыхнула в какофонии излучаемого жара. Они были огромными, слишком большими для нас, обычных магических камней огня, и они были слишком близко. Мы не знали никакой техники, чтобы разрубить взрывную волну, поэтому просто вложили в удар как можно больше силы. — Ха! — крикнули мы, рубя вниз, когда мощный звук ударил по нашему телу.

[Мастерство Владения Мечом: 61/250 → 62/250]

— Гах..! Б-бля! — наша кисть и предплечье спазмировало, когда ударная волна встретилась с нашей жалкой техникой. Катана выпала из рук и звякнула о крышу. Мы несколько раз сжали руку, пытаясь унять дрожь. — А... А? — испуганный крик Субару затих, когда он понял, что его ничто не ударило. Он поднял взгляд, полный слёз, и ахнул, увидев нас, стоящих перед ним. — Р-Рей? Ты..?! — Цу, — мы махнули ему свободной рукой. — Эй, Субару, как ты? — Р-Рей! Ре-ей! — он рыдал крупными, горькими слезами. — Ты..! — Держись от него подальше! — Луи раскинула руки между нами, принимая защитную позу. — ...Луи? — мы уставились на неё, нахмурившись. — Это не мы, цу! — Луи закатила глаза, хотя её поза не изменилась. — Твое приближение заставило её бороться за своё тело, но мы пока отступаем. Она боится тебя. Интересно, почему. — Э-э... Угу, — мы тупо покачали головой. — Дитя..! — раздался голос Йорны, и мы напряглись, наш меч всё ещё лежал на земле. — Ой-ой, разве это не плохая идея? — Гхк... Мы пинком вернули катану в руку, крепко сжав её, и прикусили губу при виде окровавленной руки Ольбарта. Он был позади Йорны с кунаем в руке, и у правительницы шла кровь изо рта, она стояла на коленях на крыше. Ольбарт моргнул, глядя на неё сверху вниз с удивлением: — Ох, ты ведь не серьёзно, лисичка. Что за тело у тебя такое, которое не умирает от этого? Так вот о чём говорил Сесилус, когда сказал, что не может снести тебе голову. Йорна, вопреки обычному человеку, которого мастер-синоби ударил в спину, просто выплюнула: — Я ни за что не раскрою свои женские секреты паршивому старику, который поднимает руку на детей. Её тон был язвительным, но даже мы могли сказать, что это было не то, что стоило говорить. Глаз Ольбарта немедленно остановился на нас, его ухмылка стала шире. — Ты говоришь забавные вещи. Я покажу тебе, что на самом деле значит поднять руку на ребёнка. — Стой..! — Йорна поняла то же самое, но было слишком поздно. Наша стойка стала шире, готовая ко всему. Жрица Тысячи Ликов позволяла нам видеть всё вокруг, ничто из того, что он сделает, не ускользнёт от нашего взгляда. Одиночный иай, не Стиль Белой Чистоты, но придётся довольствоваться этим. Нет. Мы были на грани, ранее. Рассечение Облаков. Вместо того чтобы позволить ему сделать первый ход, мы должны перехватить инициативу. Сделаем ли мы это? Был ли это правильный вариант? Бросить всё в атаку, сужая восприятие только до человека, вместо того, чтобы сосредоточиться на противостоянии его трюкам? Нет, мы защитим их. Руки Ольбарта мелькнули, и наши глаза расширились. Дюжина сюрикенов, вращаясь, вылетели с огромной скоростью. Йорна была слишком медленной, она не смогла бы защитить никого из нас. Шесть в меня, три в Субару, три в Луи. Мы смогли бы отбить один, может, два. Каждый нацелен в жизненно важные органы, и каждый ударит под ужасно неудобным углом. Мы не могли защитить их мечом. Слишком медленно, и наше владение мечом всё ещё было одной пятой от истинного мастерства. — Уль Дона.

[Вы не изучили заклинание: Уль Дона.]

[Активированы Воспоминания Второй Жизни!]

[Вы изучили: Уль Дона (1/10)!]

-2 500 Маны

[Внимание, вы потянули Ману из своего Ода.]

Яркие, туманные огни вспыхнули в наших глазах, когда черепица под ногами собралась в красивую сферу. Мы вырвали контроль у Йорны, и зевающая пасть крыши быстро сомкнулась над нами плотным физическим барьером. Звуки сюрикенов, впивающихся в черепицу, были множеством глухих ударов, но они были остановлены. — Ха-а, с этим..! — Не думай, что теперь ты в безопасности, малышка. Наше тело двигалось автоматически, выхватывая катану и разворачиваясь, чтобы... — Если бы ты использовала свою технику, ты могла бы быть достаточно быстрой чтобы опередить меня. — Старик метнул в нашу сторону горсть черных шариков с легким смешком на губах. — Ну что ж. Ты бы всё равно не избежала этого. Наш меч промахнулся, рассекая воздух прямо перед его шеей. Он завершил сальто назад и, казалось, погрузился в стену, исчезая, как призрак. — ...Ах. Мы не знали, кто издал этот звук. Взрывчатка высвободила достаточно мощи, чтобы несколько раз сровнять с землёй укрытие с нами тремя внутри.

-17 124 Здоровья

-15 612 Здоровья

-12 008 Здоровья

И наше тело разорвало на куски.

[Вы умерли.]

***

— ЛАЙ!! — Я слышал, жители Хаосфлейма сильны, но сильнее ли они людей из Деревни Синоби? — ...Ты подонок! — ...Э? Субару моргнул. Затем взрыв лишил его глаз и ушей.

***

— ЛАЙ!! — Я слышал, жители Хаосфлейма сильны, но сильнее ли они людей из Деревни Синоби? — ...Ты подонок! Субару упал на колени и закричал во всю мощь своих легких. Он не знал почему. Он не мог понять почему. Но именно крик, вой его души, избавил его от жгучей красной агонии. Затем внезапно появилась Рей. Она возникла перед ним, колени согнуты, меч уже вылетает из ножен. Она обрушила его в тот момент, когда небо загрохотало огнём, но ударная волна раскололась надвое, сотрясая всё, кроме него и Луи. — Гах..! Б-бля! — прошипела Рей, роняя катану и массируя предплечье. Субару снова закричал, слёзы лились из его глаз. Он закричал, и это спасло его, но он всё ещё не понимал, что происходит. — Какого хрена ты ревёшь?! — Рей толкнула его ногой, подбрасывая катану обратно себе в руку. — Если собираешься только ныть, вали отсюда! Беги. Его глаза расширились. Это всегда было решением, верно?! — Л-Луи..? — он поднял заплаканный взгляд на другую белокурую девочку рядом с собой, и она быстро кивнула, подхватывая его. — Хорошо! Пошли, пошли! — паника Луи была очевидна. Она знала, что ничем не поможет в бушующем конфликте. Рей рванула вперёд, держа меч и ножны перед собой в том странном стиле, который она использовала, а Луи умчалась с Субару. Из-за помутившегося рассудка он забыл, насколько это опасно для них всех. Рей уже умирала раньше, но он оставил её, не раздумывая. Ещё одна какофония взрывов раздалась, и глаза Субару расширились от осознания, которое должно было прийти раньше. Он повернул голову, оглядываясь на бушующую битву. ...Только чтобы увидеть маленький черный шарик в сантиметрах от своего лица. — Знаешь, в то, что бежит по прямой, попасть проще всего. Красный жар обрушился на его тело, поглощая его и сжигая в небытие.

***

— ЛАЙ!! — Я слышал, жители Хаосфлейма сильны, но сильнее ли они людей из Деревни Синоби? — ...Ты подонок! ...Почему это происходило с ним? Взрыв лишил его барабанных перепонок и глаз.

***

— ЛАЙ!! — Я слышал, жители Хаосфлейма сильны, но сильнее ли они людей из Деревни Синоби? — ...Ты подонок! Его душа вопила, и он не мог ничего, кроме как вопить вместе с ней. Он дал волю своему внутреннему смятению и упал на колени, зажмурившись и закрыв уши руками. Вот оно. Так он избежал первого случая вечной агонии, в которой оказался. Рей, вместо того чтобы умереть от рук Ольбарта, придёт ему на помощь. Она была доброй девочкой. Он не мог смириться с болью, которую постоянно чувствовал. Какая тут могла быть стратегия? Тайминг был таким жестким, момент таким экстремальным, что каждый раз, когда он не успевал закричать, это переносилось на следующую петлю, и на петлю после неё. Десятки петель проходили с каждой неудачей, каждая продолжала цикл впрыскивания жгучего красного жара ему в мозг. Его разум не мог нормально работать с такой сильной болью. Он не мог думать, не мог планировать, не мог рассуждать. Чаще всего его крики, которые заставляли петлю продолжаться, были не чем иным, как низменным, животным инстинктом. Это привело к тому, что он зарыдал. Краткая передышка от физической боли, но эмоциональная боль не заканчивалась. Его дух, видевший, как Рей и Луи умирают перед ним, трещал по швам. Он сходил с ума. Он не мог придумать способ избежать этой череды событий. Умолять Рей бежать с ним? Она была бы подавлена огромным количеством атак или не смогла бы избежать радиуса взрыва. Каждый раз, когда Луи стояла у него на пути, Руи боролась с ней за контроль, пытаясь использовать свои превосходные навыки для атаки, но это только блокировало их тело, которое погибало мгновение спустя после того, как Ольбарт понимал их затруднительное положение. Из-за своих неудач он плакал. Из-за своей неспособности придумать способ сбежать из этого бесконечного ада он плакал. И из-за того, что он плакал... — Уа-уа, терпеть не могу плачущих детей. Заткнись. ...Он умирал.

***

— ЛАЙ!! — Я слышал, жители Хаосфлейма сильны, но сильнее ли они людей из Деревни Синоби? — ...Ты подонок! Его петля началась снова.

***

— ЛАЙ!! — Я слышал, жители Хаосфлейма сильны, но сильнее ли они людей из Деревни Синоби? — ...Ты подонок! Он закричал. — 158...? Цифры появились внезапно. Рей появлялась перед ним, разрубая взрыв мечом и роняя его. Затем она бормотала число и делала искаженное выражение лица.

***

— 163...?

***

— 185...?

***

— 229...?

***

Число росло, росло и росло. Каким-то образом она знала, сколько раз он умирал. Он слушал число и чувствовал, как его стресс растёт ещё больше. Он закричал, один раз. На неё. — РЕЙ!! ПРОСТО СДЕЛАЙ ЭТО! ПРОСТО СДЕЛАЙ ЧТО-НИБУДЬ! СЪЕШЬ ЕГО! ЕШЬ! СДЕЛАЙ ЧТО-НИБУДЬ! ЗАКОНЧИ ЭТО-О-О!! Рей смотрела на него короткое мгновение, но оно показалось вечностью. Словно она видела его впервые. По-настоящему видела его. Слабого, жалкого и испытывающего такую сильную боль. Его слова зажгли глубокую, тёмную пустоту в её глазах, и она стиснула зубы. — Поняла. Эти слова. Он не представлял, что они значат, пока это не случилось. — Объединенное Затмение. Она превратилась в монстра. Не в монстра, как зверодемон, а в неоспоримое существование, которое наполняло его отвращением. Рвота хлынула с его губ, когда её маленькое тело взорвалось с отвратительными звуками. Мышцы перекрывали мышцы. Её конечности стали длинными и неестественными, а каждый дюйм её кожи превратился в лоскутное одеяло цветов. Каждая часть её тела не сочеталась с соседней, её конечности были разной длины, глаза — разных цветов, а лицо... Он судорожно сглотнул, и желудочная кислота выплеснулась на крышу. И Йорна, и Ольбарт замерли в своём столкновении. Оба потеряли всякую ярость и веселье, уставившись с нескрываемым отвращением и неуверенностью. — ...Нам нужно бежать, цу! — голос Руи был напряжённым, и Субару не сразу осознал, что в этот момент она боялась Рей. Рей исчезла и появилась рядом с Йорной; женщина-лиса ахнула от внезапной телепортации. Рука Рей врезалась ей в бок, отшвырнув женщину на несколько метров. Она не ожидала подобного так внезапно. И даже если бы ожидала, у неё не было достаточной Ловкости, чтобы увернуться. — Йорна Миссигр, — Рей высунула отвратительно длинный язык, розовую змею, которая скользнула к её руке и лизнула ладонь. Свет в глазах Йорны померк, шок и предательство на её лице сменились пустым выражением, и она перевалилась через край замка, её тело скатилось с крыши. — А-ах~! Неплохо! Ох, она была восхитительной! — Существо, которое раньше было Рей, захихикало с темным румянцем на лице. — Вкусно, вкусно! Ох, Ирис, какую длинную череду жизней ты прожила! Подумать только, такой уникальный вкус был всё это время рядом с нами! Ах~! Ахахаха! Цу! Как здорово! Это здорово! Так здорово! Это здорово, не так ли? Это здорово, а раз это здорово, мы пируем, мы пожираем! Чревоугодие! Пиршество Чревоугодия, цу! — ...Какого хрена щас стряслось? — глаза Ольбарта смотрели на эту ситуацию без узнавания. — Кто это был, щас вот? И ты правда та самая девчонка, что была раньше? — Ольбарт Дарккенн~, — протянула ведьма, облизывая губы языком. — Ты был очень непослушным мальчиком~. Ну что ж. Время пировать! Субару не видел, что произошло дальше, так как Руи схватила его и побежала. Звуки взрывов сотрясали его кости с такой силой, какой он никогда раньше не слышал. — Зачем ты заставил её это сделать?! Что ты наделал, цу?! Кричала Руи, пока они неслись по крыше со скоростью, непостижимой для ума. Она была настолько огромной, что Субару задался вопросом, не сдерживала ли Руи свою силу в предыдущих петлях, но что-то привлекло его внимание, и его воображение замерло. Там, в правом глазу Руи, горело синее пламя. Брак Душ. Техника Йорны, даруемая людям, которых она любила и которые любили её в ответ. — Блять... Блять, блять! — выражение лица Руи было полно ужаса, пока она мчалась по крыше, набирая инерцию, чтобы прыгнуть вглубь города. — Она уже съела его! А-а-агх! Субару с опозданием заметил, что взрывы прекратились. Она снова закричала, спрыгивая с Замка Багрового Лазурита и падая на десяток метров вниз. Субару взвизгнул, вцепившись в неё так крепко, как только мог, и она приземлилась с тяжелым стуком. — Ольбарт был съеден? — прошептал Субару; десятки возможностей проносились в его голове. — Н-но... — Не его! — прошипела Руи. — Лая! Она съела Лая! Она... — Её испуганное выражение стало ещё более затравленным. — Она идёт. О-она идёт! Как бы быстро ни бежала Руи, этого было недостаточно. С мягким, влажным звуком омерзительная масса упала перед ними, отрезая путь. Руи немедленно сменила направление, ныряя в переулок... Новорождённая ведьма уже была там, с ужасающей улыбкой на искажённом лице. — Луи~, — проворковала она, медленно приближаясь к застывшей Руи. — Почему ты так напугана? Мы твоя сестра, помнишь? Твоя кровь. Твоё собственное «Я». Разве это не так? Конечно, это так, естественно, это так, а раз это так... ты наша, нет? Монстр перед ними фыркнул и поднял что-то в руках; это был круглый предмет. Большой, но не такой большой, как шар для боулинга. Субару ахнул, увидев отрубленную голову Ольбарта в её руках. Она покатала её в ладонях мгновение, задумчиво напевая себе под нос, прежде чем открыла рот. Звук черепа Ольбарта, ломающегося под её зубами, послал дрожь по конечностям Субару. — Рей... — Руи упала на колени; одна её рука взметнулась к сестре в универсальном жесте «стой». — Рей, послушай нас. Ты всё ещё там? Ты должна бороться с этим! Вспомни, кто ты! Имя — это то, что важно, помнишь? — О, мы помним, — улыбнулась она; между зубов виднелись мозги. — Конечно, мы помним, сестра. Как мы могли не помнить? Ты любишь нас, и мы любим тебя. Это очевидно. — Она указала на синее пламя в глазу Руи. — Разве ты не видишь? Всё это было ради тебя! — Рей... — Субару почувствовал, как бездна ужаса продолжает углубляться в его желудке. — Ты тоже этого хочешь, разве нет?! — Рей легко шагнула вперёд, и казалось, что расстояние между ними исказилось. Она была в нескольких метрах, но преодолела их все за один шаг, наклонившись к лицу Субару. — Вот почему ты не отменил это! Вы оба хотите всего этого! Вот почему мы это делаем! Вот почему мы принимаем это! Потому что, какими бы ужасными ни были вещи, которые мы должны сделать, если это ради нашей семьи, мы сделаем это! — Ты съела Йорну... — попытался сказать Субару. Ведьма закричала: — И ЧТО С ТОГО?! МЫ НЕ ЧУДОВИЩЕ! ОНА БЫЛА НЕОБХОДИМОЙ ЖЕРТВОЙ! НАМ НУЖНА БЫЛА СИЛА! НАМ НУЖНО БЫЛО ПОЖРАТЬ ЕЁ! ЧТОБЫ ЗАДАВИТЬ ОЛЬБАРТА! ЧТОБЫ ЗАСТАВИТЬ ЕГО ИСПОЛЬЗОВАТЬ ТЕХНИКУ, КОТОРУЮ МЫ МОГЛИ БЫ ОТРАЗИТЬ И КОСНУТЬСЯ ЕГО! Иначе он мог бы убежать, он мог бы скрыться, и что тогда? Что ты ожидал от нас? Мы не провалимся, не в этот раз. Мы не позволим нашей родне умереть снова. Она вгрызлась в свои ногти, которые тут же начали кровоточить, пока она откусывала всё больше и больше. Ведьма даже не замечала, что сгрызает себе пальцы, но имело ли это значение? Она убрала руку, и пальцы отросли заново, словно ничего и не было. Повисло несколько секунд тишины, самой долгой тишины без боли, которая была у Субару за сотни петель, прежде чем ведьма подняла взгляд. Её глаза пробежались справа налево несколько раз, словно что-то читая. — Это правда, цу, — пробормотала она и уронила голову Ольбарта на землю, словно гнилое яблоко. Его мозги выплеснулись на пол, как опарыши. — Вы знаете, что мы любим вас обоих, верно? — слова были мягкими и слабыми. Если бы они не исходили из лоскутного одеяла бесчисленных пожранных душ и не были отвратительным, тошнотворным существом, Субару мог бы посочувствовать им. — Вот почему... Вот почему мы собираемся держать вас в безопасности. Мурашки побежали по рукам Субару. Ему почти показалось, что он слушает Сателлу — настолько собственническим был тон её голоса. Ты мой. Ты не уйдёшь с моих глаз. Только на этот раз казалось, что она готова зайти гораздо дальше, чтобы держать их в «безопасности». Это была ошибка. Чудовищная, ужасная ошибка. Он никогда не должен был просить её делать что-либо. — Рей... — Субару почувствовал, как свежие слёзы потекли из его глаз. — ...Прости. Я никогда не должен был просить тебя об этом. Мне... Мне так жаль. Прежде чем ведьма успела ответить, Субару крикнул: — РУИ! — Аль Фула! Мощный вихрь лезвий вырвался во всех направлениях, атакуя и новорождённую ведьму, и Субару, разрезая его на куски. ...Этого не произошло. Гротескная рука схватила запястье Руи, а другая указала в небо. Мощные ветряные лезвия, которые должны были рубить и кромсать всё вокруг, вместо этого улетели в небо, не разрезав ничего. — ...Ты украла это...? — выдохнул Субару, глядя на невозможный подвиг. Магия Руи была украдена. Ведьма каким-то образом перехватила контроль над маной в теле Руи и перенаправила её атаку в небо. Глаза Руи расширились, и она начала отчаянно сопротивляться. — А-ах..! — закричала Руи. — Нет... Нет! Нет-нет-нет! Стой! Сестра... Сестра, не-ет~! — Луи Арнеб. — Существо, которое раньше было Рей, убрало волосы с головы Луи и с любовью высунуло язык. — Мы будем держать тебя в безопасности. — Стой..! ПОЖАЛУЙСТА, СТОЙ, ЦУ! МЫ БУДЕМ ДОБРЕЕ, МЫ БУДЕМ ЕСТЬ С ТОБОЙ... ТОЛЬКО НЕ..! Лизь. Руи рухнула, как марионетка с перерезанными нитями, и Субару упал на землю, слёзы свободно текли по его лицу. Он стал причиной этого. Он умолял Рей защитить их, положить конец безумию, и вот результат. — Ха-а-а... Цу, — вздохнула ведьма с удовлетворением, на её лице играла улыбка. — Это и есть Чревоугодие, не так ли? Как прекрасно. Как чудесно. Вот каково это — предаваться правильному Чревоугодию. Мы будем носить их вечно, ох, но... — Она повернула свои зелёно-голубые глаза на Субару. — ...Мы не собираемся оставлять тебя в стороне, Субару~. — Я не позволю этому случиться снова, — прошептал Субару сломленным голосом. Он встретил взгляд ведьмы прямо, даже если казалось, что его сердце вот-вот разорвётся от страха. — Прости, что заставил тебя сделать это. — Ты просто хотел, чтобы тебя защитили, верно? — её голова слегка наклонилась. — Это больно. Мы знаем, что больно. И... Мы на самом деле не знали, правда. Что для того, чтобы всё перезагрузить, тебе нужно... — она слегка замолчала. — Теперь мы знаем. Если тебе нужно было перезагрузиться более 300 раз только ради этого, тогда мы возьмём эту боль на себя. Ты будешь в безопасности с нами. Она улыбнулась по-доброму, нежно, и это почему-то было страшнее всего остального. — Идём домой, Субару. Отдохни. — Я просто хотел победить Ольбарта... — проскулил он. — Я просто хотел, чтобы всё это закончилось. — И оно закончится! — настояло существо, бывшее его другом. — Оно закончится. Оно уже закончилось. Просто позволь нам защитить тебя, и всё будет кончено, цу. — Такой конец я не могу принять. — Даже если вернёшься и тебе будет ещё больнее? — Я не могу допустить этого кошмара, — сказал он с большей твёрдостью. — Я не против боли. Я даже не против смерти. Нет, это неправда. Я до смерти боюсь её, — произнёс он слабо, поддерживать маску было невозможно. — Но даже так, я не могу позволить тебе сделать это. — Я могу помочь тебе принять это, — предложила она с простой улыбкой. Её рука скользнула за спину, и игла покинула ножны с тихим скрежетом. — Это наш Меч Любви. Если мы уколем тебя им, ты примешь всё. Будет так легко принять. Так почему бы не принять? Если ты примешь, как только ты примешь, ты примешь истину наших слов, цу. Субару смотрел на оружие один долгий, тяжёлый момент. — Рей, если бы Луи умерла, ты бы заставила меня использовать мою способность? Ведьма уставилась на него. — Ты умерла. В первый раз ты умерла так быстро и тихо. Луи... Эм, Руи заставила меня вернуться. Она сказала, что у неё не было выбора. Это напомнило мне о том, что ты сказала давным-давно, в башне. Из-за этого я подумал, что вы двое похожи. Ведьма наклонила голову, слегка озадаченная. — И, цу? — ...Ты довольно гиперопекающая младшая сестрёнка, не так ли? Она дважды моргнула: — ...А? — Враг или союзник, я думаю, ты просто сестра. Субару, со своим детским мозгом, установил связь, которую мог установить только он в таком состоянии. — Ты делаешь это, потому что можешь, верно? — его взгляд задержался на её глазах. — Ты бы предпочла перевернуть всё вверх дном, чем не защитить друг друга. Так что не волнуйся, Рей. — Пульсирующая тьма родилась внутри него и поползла от желудка к груди. — Тебе не придётся. Я спасу тебя от этого конца. И с этими словами Невидимое Провидение раздавило его сердце. — Гахк. — Кровь хлынула с его губ, и он повалился на бок. Ведьма оказалась над ним в одно мгновение, её рука прижалась к его груди с мягким свечением. — Ты думаешь, тебе удастся вернуться?! Мы... Рука Субару мягко легла на её, отводя руку от своей груди. Это было легко, она не приложила никакой силы, чтобы сопротивляться ему. Её глаза задержались на его, в них читалась неуверенность. Она не понимала, почему он это делает, или, возможно, всё-таки понимала. — Иногда... — прошептал он; эффекты её исцеления не давали его мозгу отключиться мгновенно. — ...Иногда приходится делать то, чего другие не хотят. Чтобы защитить их. Он видел её. Она поняла именно то, что он имел в виду, и поэтому она была побеждена. Её взгляд был твёрдым и мягким одновременно, всё внутри неё боролось за собственное выживание. Каждая душа знала то, что знала каждая другая душа, и они знали, что он умрёт. Какими бы изысканными ни были их магия и техники, они не могли исцелить раздавленное сердце. Всё это было бессмысленно. — Субару, — Рей наклонила голову с разочарованным выражением лица. — Тогда от нас будет мало толка. — Я... придумаю... что-нибудь, — мир вокруг него начал стремительно тускнеть, мозг голодал без кислорода. Без её исцеления уничтоженное сердце быстро брало своё. — Упрямый, не так ли, цу? — вздохнула она. Её победил этот упрямый мальчишка. Её гордость как ведьмы, должно быть, была задета, самую малость. — Если ты скажешь нам порезать его, мы порежем. Ох. Но если мы убьём его, будет трудно восстановить Лая. Заставь его признать поражение вместо этого, цу. Или, может, мы съедим его. Её голос становился всё более и более далёким. — ...Может... Йорн..? О, но... так... Лай... Она даже не заметила, что жизнь покинула его тело.