Часть 1

Фликс никогда не знал, что на самом деле ищет. В его жизни были знакомые, были книги, были места, куда он часто заходил. Но всё это было как фон, как нечто, что сопровождало его, не более того. Он думал, что одно утро, может быть, проснётся и поймёт, что ему нужно. Но утро не пришло. Он продолжал делать то, что обычно, и каждый день был как предыдущий. Однажды вечером, после долгого дня, когда Феликс шёл через тихую улицу, он увидел странного мужчину. Тот сидел на скамейке, курил и смотрел в пустоту. Феликс не знал, что его привлекло — может, это был взгляд человека, который видел гораздо больше, чем он сам, или тот странный момент, когда пустота становится чем-то реальным, ощутимым. Мужчина улыбнулся, и Феликс почувствовал, что должен подойти. — Я — Питер, — сказал мужчина, и как-то легко добавил: — Похоже, ты ищешь что-то. Феликс не знал, что ответить. Это было странно — как будто он оказался в другом измерении, где его жизнь была не столь важна. Питер сказал ему, что у него есть друг, Сэм, который иногда помогает в таких вопросах. Он был большим фанатом запутанных историй, которые на самом деле ничего не значат, но могут заставить тебя задуматься. У Сэма был другой взгляд на вещи. Он часто говорил, что все события — не что иное, как цепочка случайных встреч и событий, которые на самом деле связаны между собой, но это невозможно понять сразу. Он всегда был занят. Но однажды, как это часто бывает, он позвонил. «Знаешь, Феликс, ты прав, когда говоришь, что всё бессмысленно. Но именно бессмысленность делает нас людьми. Когда ты перестанешь искать смысл, ты поймёшь, что смысл сам находит тебя.» Феликс не знал, что ответить. Его жизнь всё больше становилась как дневник, в котором каждая страница оставалась пустой, потому что он не знал, о чём писать. Однажды, на встрече с Питером, в разговор вмешался Чанбин, человек, которого Феликс не мог понять. Он был как зеркальный отражённый мир — всегда в движении, всегда в поиске, но не зная, что именно он ищет. Чанбин был утомлён своими собственными мыслями и, казалось, искал способ выйти из ловушки, в которую попал. Когда они сели в кафе, и Чанбин тихо попросил чашку чая, он произнёс: — Иногда я думаю, что мой мир — это просто туман, в котором я блуждаю, надеясь найти дорогу. Но я не знаю, куда идти. Феликс почувствовал, что слова Чанбина были странно знакомыми. Может быть, именно туман был тем, что он искал. Или, может, это был просто способ не замечать пустоты. В тот вечер, сидя в кафе, они встретили Хо, который, как всегда, был на шаг впереди, но не мог ответить на вопрос, который мучил их обоих. — Что мы ищем? — спросил Феликс. Хо лишь усмехнулся. — Всё это — просто игра. И в конце концов мы всегда остаёмся в поиске, даже если ничего не находим. Феликс чувствовал, что что-то меняется. Он был частью игры, о которой не знал, и это было одновременно пугающим и освобождающим. Его жизнь и встреча с этими людьми начали напоминать иллюзию, в которой всё было важно, и в то же время не имело значения. Однажды, через несколько недель, к ним присоединился Сынмин. Он был моложе всех и как-то совершенно не вписывался в эту компанию. Но в его глазах была искренность, которая противоречила всему, что они знали. — Мы все ищем что-то, не так ли? — сказал Сынмин, и его слова, казалось, были простыми, но в них скрывался смысл, который они не могли понять. Но это был не конец. Феликс встретил Чонина, и всё вдруг стало на свои места. Чонин был человеком, который просто жил. Он не искал смысла и не задавал вопросов. Чонин был просто собой, и это было как откровение. Феликс понял, что можно существовать, не теряя себя в поисках, и что пустота, которая казалась ему такой пугающей, была всего лишь пространством для чего-то нового. Часто они встречались и разговаривали, но Феликс всё равно чувствовал, что чего-то не хватает. Так и продолжалась его жизнь, полная встреч и пустых разговоров, но всё же он всё время задавал себе вопросы, которые не могли получить ответа. Всё, что оставалось, — это поиски. Когда они снова собрались все вместе, в тот момент Феликс понял, что он был в этом месте не случайно. Все эти мужчины, которые казались такими разными, на самом деле шли по одной и той же дороге, но каждый шаг вёл их в никуда. И в этом было что-то освобождающее.