Часть 1. Наследство

Это была зима 1927 года. В то время произошло печальное событие. Известный в своих кругах исследователь-антрополог Эндрю Кэмпбелл скончался от сердечного приступа. По крайне мере, нам так сказали. На его похороны в город Аплтон, что находится в штате Висконсин, съехалось множество людей. Будь то его друзья, коллеги или родственники. Я – Эмми Батлер, одна из них. Будучи по профессии психотерапевтом, я долгое время помогала профессору Кэмпбеллу с его недугами вызванными постоянными разъездами и активной публичной деятельностью. По крайне мере так было до одного… инцидента. Но на покойных обиды не держат, поэтому не суть. Я точно также приехала на его похороны. Не столько почтить память, сколько расспросить его знакомых, о его деятельности в последние годы жизни. Ведь именно тогда он стал себя очень странно вести. По какой-то причине тревожность, которая была и до этого, резко усугубилась, а эмоциональное состояние стало очень подавленным. На попытки разузнать причины таких изменений профессор отреагировал очень… аффективно. После этого больше он в моём кабине не появлялся. И все эти годы меня очень интересовал его диагноз , а также причины его возникновения. Но встретится лично я так и не рискнула. Предварительно расспросив знакомых Кэмпбелла, пока шла подготовка к похоронам, мне стало известно, что около пяти лет назад, как раз когда он сбежал от меня, профессор практически перестал выступать публично, а его статьи резко ухудшились в качестве. Более же близкие люди как, к примеру, его сын Кларк, отметили, что последние годы жизни Эндрю Кэмпбелл был в около апатичном состоянии и явно страдал от недосыпа. Связано ли это было с его психологическим здоровьем или с физическим, сказать сложно. После этого начались сами похороны. И хоть я повидала их не так много, но эти, пожалуй, были сами нелепые. Начиная с того, что целый час рабочие не могли вскопать замёрзшую землю, а носильщики несколько раз уронили гроб, пока несли его. И заканчивая тем, что во время прощания, мать Кэмпбелла завизжала, что, мол, тело её сына двинулось само по себе, после чего она, будучи женщиной уже в возрасте, потеряла сознание, и нам пришлось вызывать врачей. Хотя осуждать я её не могу. Во время похорон у многих сдают нервы. Лишь бы это не оказалось через чур губительным опытом для её рассудка. Однако церемония всё-таки закончилась, и нам должны были зачитать завещание. На этом моменте я могла бы уже уйти, очевидно, что, мне ничего не светило. Но у меня ещё оставалось пару вопросов к родственникам Кэмпбелла. Однако, совершенно неожиданно для меня, когда письмо было озвучено и все уже расходились, а я намеревалась опять приступить к расспросам, ко мне подошёл адвокат и вручил миниатюрный кулон в виде черепа ворона, сказав, что Кэмпбелл просил передать его мне лично. Помимо этого профессор просил передать, чтобы я всегда носила этот кулон с собой. Подарок я конечно приняла, но это стало для меня очередной загадкой. На извинения не похоже. Хоть и украшение, но череп птицы это явно не то, что обычно дарят девушкам. Возможно, под конец жизни профессор увлёкся оккультизмом. Из личных сессий с ним, мне было известно, что он в основном занимается изучением культуры коренных американцев. И если я не ошибаюсь, ворон у них символ смерти. В таком случае вполне возможно, что Кэмпбелл, даже спустя годы, продолжал держать на меня обиду и таким образом как бы пожелал мне смерти. Или вообще попытался наложить проклятие. Но это не важно. Просто бред сумасшедшего. А кулон надо будет потом отнести к ювелиру, работа довольно искусная, если ещё и из серебра, то можно будет продать за неплохие деньги. Пока я стояла на улице возле здания, в котором распределяли наследство, и размышляла о находке, мой слух уловил знакомый голос. Голос Кларка Кэмпбелла. Он стоял немного в стороне, вместе с незнакомым мне мужчиной в довольно дорогом костюме и им обоим, что-то рассказывал, судя по виду, один из коллег профессора. На секунду ветер донёс до меня слова о «неописанном наследстве». Я подошла немного ближе и смогла расслышать, что речь идёт о каком-то доме, в резервации Бэд-Ривер, куда периодически приезжал профессор Кэмпбелл. И об этом самом доме не было ни слова в завещании. Что же возможно это мой шанс…