Глава 36. Палач

Пентхаус “Нралуна” на фоне рассвета Ортуса возвышался над городом как великая башня. Даже сдержанные в вопросах эстетики турианцы проявили редкую для себя тщательность. Несмотря на то, что здание всё ещё выглядело монолитно, в нём было множество узоров, которые составлялись из стыков бронеплит. Под некоторыми стыками находятся утопленные в здание орудийные шахты. Здание выглядело как закрученный в плотную спираль монолит, сотканный из бетона, стали и стекла. Вершина пентхауса венчалась посадочной площадкой для нескольких челноков, вроде “Кадьяка”. В вершине Нралуна жил Торнис Аралис. Он стоял у своего терминала в двухэтажном зале. Он получил последнее сообщение от своего главного вдохновителя. “Еретики и осквернители разрушили завесу тайны, которую ты построил, Торнис. Ты - единственная нить к нашей мечте по возвышению турианцев для осквернителей. Для нас и Цербера Натлен теперь опасен. Потому, мы уходим обратно в тень. Цербер уже оборвал с нами связь после разрушения Мастерской номер 51 на Вираке. Сделай всё, чтобы еретики не вышли к нам. Мы будем помнить твою верность, но сейчас от тебя требуется исполнить свой последний долг.” Прочитав это сообщение, Торнис выпрямился. Серая кожа лица казалась потускневшей, словно выжженной годами службы и принятыми решениями. От лба к подбородку тянулись две чёткие красные полосы - родовые знаки основателей города на Ортусе. Именно его родовое имя носит этот город. Аралис. Левая половина лица была изуродована старым ожогом. Кожа там стянулась, потеряла чёткость линий. Ожог не просто портил внешность - он ломал симметрию, делая выражение лица постоянно напряжённым, почти хищным, даже в состоянии покоя. Его мандибулы двигались резко, отрывисто, чаще обычного. Взгляд был тяжёлым, цепким, оценивающим, как у офицера, привыкшего видеть в окружающих не личности, а ресурсы или угрозы. На нём была сине-серая броня, строгая и выверенная до мелочей. У ключиц располагались узоры, напоминающие погоны - знак статуса, но выполненный в корпоративной манере. Броня сидела безупречно, однако не выглядела парадной: скорее это была униформа турианца, который готов в любой момент отдать приказ, а не принимать почести. Когда Торнис дал команду на удаление сообщения, как перед голографическом экране высветилось сообщение: “Внимание! Система заблокирована согласно протоколу “Глаз Иерархии”.” Мандибулы слегка дёрнулись. Взгляд турианца упал на панорамные окна первого этажа зала, положив руки на прозрачные перила из бронестекла. С балкона открывался вид на главный зал, как на шахматную доску. Внизу всё было подчинено строгой геометрии: чёткие линии тёмного камня, утопленные в стены ниши, ровные ряды кресел. Пространство не подавляло, но дисциплинировало. Здесь не было места случайным движениям или лишним звукам. Вдоль стен, под балконом, стояли как безмолвные стражи статуи, которые турианцы подсмотрели у человеческой культуры. Древние доспехи средневековых воинов-турианцев стояли на постаментах с искривлёнными клинками, похожие на человеческие хопеши, только более резкие и заострённым концом. Идеальное оружие, чтобы ударить в мягкие ткани под шеей турианца, а заодно и как крюком повалить на землю. За окнами открывался вид на город. Отсюда казалось, будто Аралис мирный улей. Но это был отлаженный механизм, который готов уничтожить любого, кто потревожит его покой. Взгляд зацепился за точки, которые стремительно приближались. Улей теперь решил, что угроза - это он. Уйти уже не получится. Он потерпел поражение. Торнис тяжело вздохнул. Значит, надо уйти по-туриански. С боем. Глава службы безопасности “Натлена” активировал омни-инструмент. Не смотря на внешнее подавление, он смог получить доступ к внутренним системам своего жилища. Значит, преимущество есть. А его верные солдаты уже затаились. Они день и ночь сторожили его, которые одним ударом уничтожить нарушителя. Но это их последний бой. Как и бой Торниса. Потому, он активировал на своём омни-инструменте систему взлома. Надо получить доступ обратно к своему терминалу. Еретики не получат данные. Не в этот раз. На посадочной площадке сели три “Кадьяка”, пока за окнами зависли “Богомолы”, направив стволы орудий в сторону Торниса. Из челноков вышли солдаты, вскинув свои винтовки. Но среди них, Торнис узнал две фигуры. Брат и сестра Вакарианов. Какая честь… Одержать над ними вверх, или погибнуть от их рук - равноценная награда за его деяния. Жаль, что они выбрали быть еретиками.. Две боевые группы ворвались в зал, подняв оружие на Торниса. Офицер, убрал руки за спину, чтобы скрыть работающий омни-инструмент. Едва они пересекли порог его жилища, как Торнис произнёс: - Центурион Вакариан. Советник Вакариан. Какой неожиданный визит. Солана, держа оружие наготове, прошипела: - Сомневаюсь, Торнис. - После чего официальным, жёстким тоном объявила: - Торнис Аралис. Именем Турианской Иерархии, ты обвиняешься в государственной измене и содействии врагам Пространства Цитадели. Мандибулы ветерана слегка дёрнулись. Он сжал челюсть, но секунду спустя ровным, но твёрдым голосом ответил: - Я уже уведомлён о том, что меня обвиняют в этом мерзком преступлении, Центурион. Но, боюсь, я здесь тоже жертва. Кто-то из “Натлена” использовал мои учётные записи и моё имя, чтобы давать приказы, которые вредили Турианской Иерархии. - Сомневаюсь, что суд примет твою ложь, Торнис. - Ответил Гаррус, держа прицел своей винтовки ровно в лоб Торниса. - Если хочешь просто сгинуть в тюрьме, а не умереть как предатель в глазах Иерархии, то лучше не делай глупостей. Торнис тяжело, будто демонстративно, вздохнул. - Боюсь, такие обвинения в любом случае закончатся смертью, Советник. Я же… Не считаю, что совершаю какое-либо предательство. Ваши обвинения… - Хватит, Торнис! - Рявкнула Солана. - Отойди от консоли и садись на колени, убрав руки за затылок. После этого, она кивнула первой группе, чтобы они прошли к лестнице, ведущая на второй ярус зала. Торнис же покачал головой, отойдя на шаг. Когда он поднял руку, с активированным омни-инструментом, как Солана выстрелила. Пуля попала в щит, где была голова Торниса. Следом выстрелил Гаррус, но Торнис успел пригнуться. “Богомолы” уже опустились ниже, чтобы через окна взять под прицел Торниса, но он, дав команду, заставил бронелисты закрыть окна. Когда они открыли огонь, весь зал погрузился во мрак и выстрелы из летунов выбивали характерную металлическую дробь об металл. Торнис достал из-за пояса свой пистолет. Его модифицированный кроганский “Палач” поблескивал синеватым огнями. Когда он разложился, то издал звук похожий на рык. Несмотря на грубый внешний вид, было видно, что оружие собрали не на Омеге, а в мастерских турианцев. Когда солдаты “Чёрного дозора” показались на лестнице, Торнис выставил перед собой омни-щит. Выставив пистолет из-за щита, он сделал выстрел. Грохот “Палача” Торниса раздался как взрыв в замкнутом помещении. Едва боец Соланы успел поставить ногу на верхнюю ступеньку, как выстрел сразу же пробил и кинетический барьер и шлем. Брызги серебристой крови долетели до пролёта лестницы и стены, а боец, подняв свою винтовку, пошатнулся. Ещё секунду покачиваясь, он упал на спину, кубарем прокатившись по ступенькам, чуть не сбив с ног своих товарищей. Остальные бойцы сразу открыли ответный огонь, быстро оценив, что щит не пробить, отошли, не рискнув идти на прорыв. В этот же момент, Торнис зажал между щекой и плечом затвор пистолета, сбросил сожжённый термозаряд. Подойдя к своему терминалу, он свободной рукой начал пытаться получить доступ к своему терминалу, пока держал в сторону лестницы омни-щит. В тот же момент, пока окна закрылись и Вакарианы несли потери, из-под потолка три турианца. Вся троица повалила троих солдат и следующую же секунду вонзили с лёгким гулом клинки им в шеи. Двое даже не успели среагировать, но третий успел подставить под удар свою руку и клинок насквозь пробил броню и руку, заставив того закричать от боли. Гаррус, отступив на шаг, прицелился из винтовки. Пока турианец над раненым бойцом выдернул клинок для нового удара, пуля из “Гадюки” навылет пробила череп. Когда боец отбросил от себя тело, Гаррус смог на это мгновение увидеть лицо того турианца. И дёрнуть мандибулами в отвращении. Он был очень похож на “Налётчика”, турианца-солдата из войск Жнецов. Двое других резко обернулись к Вакарианам и двум оставшимся солдатам “Чёрного Дозора”. Едва в их сторону открылся шквальный огонь, они кувырком отошли подальше и схватили тела мёртвых солдат Иерархии. Выставив их перед собой, как щит, они выхватили их винтовки и начали стрелять в ответ, стачивая щиты группы захвата. Солана в этот момент выставила перед собой омни-барьер, за которым могли укрыться она и бойцы. Гаррус сел за спиной Соланы, уперев винтовку ей на плечо, пытаясь выцелить модифицированных убийц Торниса. Бойцы рядом с Соланой начали швырять гранаты, телохранители одним прыжком оказались на балконе рядом с Торнисом, всё также держа перед собой тела убитых бойцов “Чёрного Дозора”. Гаррус, невольно, вспомнил гетов-охотников, когда помогал Шепарду охотиться на Сарена… И самого Сарена, когда его взял под прямой контроль Предвестник. Солдаты, которые были отправлены на захват Торниса, швырнули гранаты. Две осколочные, одну ЭМИ. Убийцы Торниса, обернувшись, за одно мгновение спрыгнули с перил балкона. Выставив винтовки вперёд, держа их одной рукой, будто это пистолеты, и смогли прицелиться в летящую взрывчатку. Прозвучали два выстрела - ЭМИ и одна из осколочных взорвались в воздухе. А третья прилетела к щиту Торниса. Её накрыли телом солдата, от чего взрыв был немного глухим. Когда “Чёрный Дозор” из трёх турианцев поднялся обратно по лестнице, как второе тело полетело в их лидера, сбив того с ног. Одним мощным прыжком, как хищники, они оказались вплотную с турианцами. Те не успели даже нажать на курок, как из их рук вырвали оружие. Одного с силой впечатали в стену - с треском брони и камня. Он умер сразу. А второго перекинули через убийцу и ему в тело пустили несколько выстрелов из трофейной винтовки. Лидера группы, схватив, вышвырнули из балкона, активировав гранату на его броне. С грохотом и сдавленным стоном, он упал на каменный пол, пока граната тихо сигналила, приклеившись к его груди. Чудом он успел сорвать гранату и отшвырнуть её подальше от себя. Взрыв прогремел недалеко от лестницы, разрушив две статуи в виде доспехов. Двое бойцов обошли барьер Соланы и поспешили оттащить раненых к укрытию. Солдат с раненой рукой сам смог подняться, а лидеру группы помогли встать, пока Солана, Гаррус и ещё один солдат вели шквальный огонь по балкону. Один из телохранителей Торниса мощным прыжком смог запрыгнуть под потолок, прицелившись из винтовки в Солану. Но молниеносной реакцией, Гаррус успел прицелиться из своей винтовки, выстрелив. Пуля пробила череп навылет, и модифицированный киллер сорвался вниз. Едва тело упало, как, к неожиданности, третий телохранитель спрыгнул на Гарруса, повалив того на пол. Следующее мгновение и нож с гулом вошёл в броню и пробил её. Гаррус сдавленно вскрикнул - в груди тут же захрипело, дыхание сорвалось. Не успел он выдернуть клинок из груди, как послышался рык Соланы и она, зацепив шею убийцы винтовкой, резко потянула на себя, попытавшись сломать её. Но одним гулким ударом локтём, он заставил её ослабить хватку и турианец перекинул Центуриона через себя. Когда винтовка уже смотрела на турианку, как солдаты “Чёрного Дозора” выпустили шквал огня ему в спину. Как только щит разрядился, он снова запрыгнул на потолок. Но лидер группы, которого ранее вышвырнули из балкона, успел кинуть свою последнюю гранату в телохранителя. Киллер, оказавшись на потолке, заметил взрывчатку, но когда он её сорвал, стало поздно. Взрыв разорвал ему руку, грудь и часть головы. Когда он с грохотом упал, он ещё пытался шевелиться и подняться, но выстрел Соланы в голову поставил точку в его существовании. Закипая от ярости, Центурион приказала оказать брату помощь, сама же бегом побежала к лестнице наверх. Торнис к этому моменту, смог получить частичный доступ к своему терминалу и он начал удалять часть информации, до которой он дотянулся. Когда появилась на лестнице Солана, Торнис отвлёкся от терминала и направил свой “Палач” в неё. Прежде чем он успел выстрелить, “Мотыга” Центуриона, вместе с “Фестонами” группы начали быстро снимать щит. Когда прогремел выстрел, Солана почувствовала резкую боль, будто в бок вонзили раскалённый клинок. Девушка от этого выстрела сделала шаг назад и солдаты “Чёрного Дозора” тут же попытались закрыть её собой. Но оказавшись под властью ярости, она продолжила жать на курок своей винтовки. Когда она перегрелась, турианка отшвырнула своё оружие и несмотря на боль, бросилась врукопашную атаку. Ударив кулаком по омни-щиту, она попыталась зацепиться за край, чтобы отдёрнуть. Солдаты начали его окружать и Торнис попытался ударить Солану щитом, но та ловко уклонилась. Пользуясь тем, что Аралис открылся после удара, Солана схватила его за руку и ударом в челюсть оглушила его и перебросила через себя. Вырвав из его рук “Палач”, Вакариан дёрнула затвор, сбросив термоклипс. Торнис пытался закрыться щитом, но она наступила ему на руку. Он увидел, как ствол его собственного пистолета смотрит на него. Прогремел третий выстрел. Часть головы Торниса было разорвано выстрелом, оставив на полу тёмный цветок крови. В этот же момент, Солана поморщилась от боли, прижавшись к ограждению балкона. - Центурион! - Воскликнул один из бойцов, оказавшись рядом. - Я в порядке. - Прорычала она, активировав инъекцию панацелина через омни-инструмент. Опустив взгляд на свою рану, она заметила, что выстрел прошёлся по её боку. - Касательное. - Девушка подняла взгляд на бойца. - Помогите Советнику. - Есть мэм! - Отчеканил солдат, отступив от неё. - Ринор жив? - Спросила она, обернувшись к терминалу, всё ещё тяжело дыша. - Я здесь, мэм. - Ответил солдат поблизости. - Займись терминалом. И вытащи всё, что можешь. - Есть, мэм. С трудом оттолкнувшись от ограждения, Солана, придерживая свою рану, бросила на тело Торниса последний, полный презрения взгляд и начала спускаться. Когда она спустилась на первый этаж, бронелисты на окнах поднялись. “Богомолов” больше, продолжая парить перед окнами пентхауса. Гаррус сидел возле стены, держа свою винтовку за цевьё, уперев её на пол. Свободной рукой он придерживал рану - из груди торчала рукоять клинка телохранителя Торниса. Он дышал урывками, время от времени кашляя кровью. Солана, сев на колено, бегло осмотрела Гарруса. - Сейчас прибудут медики. - Сказала она коротко. - Панацелин действует? - Угу. - Протянул Гаррус. - Надеюсь, эту штуку из меня вытащат. Потому что биомонитор говорит, ещё немного и клинок попал бы в сердце. Солана сжала челюсть и мандибулы. Одновременно от страха и гнева. Заметив это, Гаррус, кашлянув, добавил: - Не переживай. Лицом уже ловил снаряд из Богомола на Омеге. А если всё будет… Плохо, то будь добра, не надо меня воскресать с помощью “Феникса”. Ты так разоришь Турианскую Иерархию. - Он сухо усмехнулся, но тут же кашлянул, поморщившись от боли. Солана коротко покачала головой, поднявшись на ноги. - Мэм! - Окликнул её боец Ринор. Она обернулась на голос и к ней подбежал боец “Чёрного Дозора”. - Вы должны это видеть. - И активировал омни-инструмент. Перед глазами появились данные. Среди которых были переписки. При виде одного имени Солана замерла. Мандибулы дрогнули и она прошептала: - Духи… - Она обернулась к Гаррусу. - В этом всём замешан глава разведки. Лаен Дарраннус. Гаррус нахмурился и спросил: - Тот, кого Эшли спасла в космопорте? Солана кивнула и обернулась к Ринору. - Сообщи об этом примарху. Немедленно. - Есть мэм! - С этими словами, он побежал на посадочную площадку. Солана нервно начала ходить туда-сюда. - Лаен… Ублюдок. Но чтобы его арестовать, потребуется сначала убедить весь клан в том, что это требуется. А они точно попробуют вставить нам палки в колёса… Гаррус молча смотрел куда перед собой. Несколько секунд думая, он, в какой-то момент, сказал: - Либо разозлить кого-то вроде СПЕКТРа. - Он поднял взгляд на сестру. - Как удачно, что СПЕКТР и глава разведки в одной больнице, верно? Солана несколько секунд смотрела на Гарруса. Сначала недоверчиво. Потом, её взгляд стал хищным. Активировав омни-инструмент, Солана проговорила: - Надеюсь, паралич её не остановит…