Часть 11

Шелл нервно постукивала по столу, сквозь темное окно разглядывая улицу. Субботняя встреча сегодня проходила в полночь, так что ей придется опоздать на чье-то день рождение. Только Амели и спасала ее - вовремя выбрала подарок и заранее попросила прощения перед именинником за опоздание. Или именинницей? — Меня нервирует отсутствие происшествий. Ларами, молчавший все собрание, гонял в руках второй бокал виски. — Да пусть лучше будет один безымянный ублюдок, а не что-то другое…. — Смена власти, — мгновенно предложил Аркадий. — Пандемия и ограничение перевозок, — добавил Альберт перекрестившись. — Я не переживу, если опять буду работать с мексиканскими пиратами на стандартных объемах, — Вэй покачал головой. — Ну и время было, — Альберт устало усмехнулся. Шелл озарила идея. Бешенный взгляд она перевела на Вэя, который тут же вздрогнул. Он должен подстроить нападение на нее! Или похитить по-настоящему. Может, кое-кто захочет ее спасти? Вэй кивнул, мол, что случилось? Шелл лишь одними губами ответила «после». Но прежде, еще кое-что не давало покоя. *** — Плевать на работу, — изрядно поддавший Вэл махнул рукой с бокалом. — Поехали. Вдвоем. — Вэл, нет, — Шелл до судороги подмигивала Амели, чтобы та переключила внимание Вэла на что-то другое. — Мы и так многое перенесли из-за дня рождения моего дяди, нужно наверствывать. — Мы сняли выпуски на три недели вперед, у Шелл теперь в расписании череда презентаций и мероприятий, которые необходимо посетить. — Сколько? — с вызовом спросил Вэл. — Девять на следующей неделе. Среди них показ новой коллекции того дизайнера, помнишь? Серое платье с грифоном. Шелл поперхнулась безалкогольным мохито. — А можно составлять расписание так, чтобы я не работала на пределе человеческих возможностей? Таким образом она ничего не успеет. Снова нужно откладывать основную работу. — Слушайте, мне уже пора. Для отметки времени должно было хватить. Прощаться пришлось с каждым встречным, притормаживать когда они хвалили ее за запуск шоу. Кто бы мог подумать, что такому количеству людей будет не все равно. На машине пришлось слишком долго мчать за город. Так долго, что уже пропала всякая мотивация добираться до конечной точки. Что это была за точка? Это был совсем крошечный городок, который каким-то образом существовал здесь. На улице с маленькими ветхими коттеджами нигде не горел свет, будто все окончательно вымерли. Шелл припарковалась у дома с голубой крышей, собираясь с духом чтобы выйти из машины. Сжав ключи, которые она таскала с собой последние два дня, она выдохнула и вышла на улицу. Тут же пробила дрожь от ночного холода, она засеменила к крыльцу. По улице эхом разнеся стук каблуков. Остановившись на деревянном крыльце, она обернулась к улице. Нью-Йорк, все же, был не так далеко, но пахло здесь совсем иначе. Шелл глубоко вздохнула, чтобы прочувствовать запах мокрой от росы земли. От ветра зашелестела листва на деревьях - единственное, что издавало звуки, кроме ночных сверчков. С трудом попав в темноте в замочную скважину, Шелл с силой прокрутила замок, который слишком долго провел без дела. В коридоре она щелкнула выключатель света, чтобы рассмотреть пол у входа - на темном паркете легко разглядеть свежие следы поверх пыли. Сердце застучало, а дышать стало трудно, будто били прямо по легким. Шелл сбросила с себя каблуки, босыми ногами она быстрыми широкими шагами прошла по коридору, одной рукой пытаясь нащупать кобуру на теле. Черт. Она сорвалась с места к машине, потому что взяла только ключи от дома. С дамским пистолетом (который влезал в любую сумку) в руках она вернулась в дом, чтобы обойти каждую комнату. Кухню, гостиную, общую гардеробную и кладовку с ванной на первом этаже. Везде пусто и равномерно пыльно. Следы вели вверх по лестнице, именно туда, куда Шелл сама хотела попасть. На втором этаже она задержалась в своей старой комнате. В идеальной сохранности, ее встретила коллекция фарфоровых кукол, которые ей дарил Нил на каждый день рождения. Вернее, это были подарки Альберта, просто обычно их вручал Нил. Не то чтобы она любит кукол, ей в целом все равно на них, ей просто очень нравилось получать что-то от Нила в том возрасте. Еле уловимые следы по пыли уверенно вели в кабинет отца. Оставив другие помещения, она засеменила туда. Она опустила ногу прямо в размазанные след. Он был значительно  больше ее ступни, и напоминал след от грубых мужских туфель. Как будто бы шел медведь в очень дорогих лоферах. Пол в кабинете блистал, в отличии от остальных частей дома. Кто-то здесь явно был, и искал тоже, что и Шелл, и даже зачем-то протер пол. Шелл подошла к полкам отца. Темное дерево блестело. Насколько она помнит, среди книг он прятал одну, в которой были вырезаны страницы, так что снаружи этого было не заметить. Визуально Шелл уже не помнила ее, но вроде она была бирюзовой… На третьей книге цвета Тиффани Ласкано обнаружила пустые вырезанные страницы. Искать ключ от сейфа в другом месте бессмысленно. Оценив сейф, она попробовала его подвинуть - прикручен к стене. Открывать такой ломом достаточно страшно, вдруг отец установил что-то детонирующее внутри. Но это мало вероятно, они же жили здесь, он не стал бы так рисковать. Верно? Любопытство взяло вверх, и Шелл отправилась в подвал за инструментом. На глаза попалась болгарка с полусточенным алмазным диском. К черту, лучше подорваться здесь, чем оставить сейф не открытым. Болгарка немного вырывалась из рук, но все же смогла пропилить дверцу. Шелл выключила ее и тяжело выдохнула. Нужно постараться сделать отверстие для руки, чтобы открыть сейф изнутри. Минут через двадцать, выпилив треугольное отверстие, она посветила внутрь фонариком на телефоне, чтобы не нарваться на какой-нибудь капкан. Просунув руку, она открыла сейф.  Абсолютно пустой внутри, с одним единственным предметом - ключом от банковской ячейки. Видимо, ключ из книги приняли изначально за него, и не стали вскрывать сейф. Но что-то не давало покоя, в сейфе не мог быть только ключ. Может она или мать уже забирали все остальное? Времени не было, не терпелось попасть в банк. Подняв на уши всех менеджеров, которые клялись, что ничего не могут сделать с сигнализацией, которая установлена, потому что банк не работает по выходным, Шелл наконец нашла нужный контакт в телефоне. — Доброй ночи, — начала она, когда гудки прекратились. — Это Шеллиан Вирсавия Ласкано. У меня есть ячейка в вашем банке, мне нужен доступ к ней. — Банк откроется через… А, черт, сегодня уже воскресенье. Банк откроется завтра. — Мне нужно, чтобы он открылся через час. — Сожалею, но банк не работает по выходным. Шелл с трудом сдержала удрученный стон. — Это бывшая банковская ячейка Арло Ласкано. — Я прошу прощения, не узнал сразу. Я встречу вас на месте через полтора часа. — Отлично. Повезло, этого имени хватило. Она была на грани, чтобы дозваниваться до помощника Альберта. На трассе Шелл хотелось гнать во всю мощь авто, выжигая лошадиные силы, лишь бы скорее добраться до банка. Но каждый раз, когда скорость переваливала за сто восемьдесят километров в час, она не могла сдержать тревожность и продолжать вжимать педаль в пол. Как бы Аллен не боялся ездить с ней, Шелл все равно боялась больше. С кем-то рядом на пассажирском сиденье было проще побороть свой страх, но наедине она снова и снова не могла разогнаться до неприличной скорости, каждый божий раз ее тормозило то, что осталось от ее отца когда он попал в аварию. Все было как обычно - он гнал как ненормальный, в него влетели, на скорости он не успел избежать столкновения. Мать была в ужасе и собирала вещи, а опознать тело мог только кто-то из близких родственников. Спустя два дня, она все же согласилась подтвердить личность тела, чтобы не отправлять туда дочь. Шелл осталась на улице, мать запретила ей идти за ней. Когда она вернулась, Шелл впервые увидела мать в таком состоянии - постаревшую на пару лет, с бегающими глазами и трясущимися руками. Единственное, что она смогла вымолвить была фраза «Не все зубы собрали».  Потирая руки в машине на заднем сиденье, она говорила Шелл, какие вещи они сейчас собирают и уезжают, потому что отец «пошел первым». Шелл вздрогнула, когда осознала как надолго она зарылась в свои мысли. Она уже подъезжала к городу, и нужно было искать нужный банк на карте. Менеджер не обманул. Банк был открыт, а он ждал внутри у стойки помощи. Шелл постучалась в дверь, и он подбежал, чтобы впустить ее. Менеджер был одет в униформу банка, но неготовность к смене выдавали его заспанные глаза и легкий аромат спиртного и сигарет. Шелл показала ему ключ с номером ячейки, и менеджер поспешил к металической двери с огромным кодовым замком. Замок считал его сетчатку глаза, отпечаток пальца, затем менеджер ввел пароль, одной рукой прикрывая экранчик. — Прошу, — дверь с электронным писком открылась. Шелл зашла за ним, сразу же высматривая нужную ячейку. По размеру они все были одинаковые - примерно как ящики хранения в супермаркете. В конце зала были ящики побольше - примерно как те, в которые студенты прячут учебники. — Замок на ячейке так же требует пин код. У вас три попытки на ввод. — Так мало? — Владелец устанавливает количество попыток. Вы разве не помните? — Я ничего не меняла, после того, как вступила в наследство. Я просто знала, что она есть. — Напомните, номер ячейки? — Триста пятьдесят семь. — О, я вспомнил, — менеджер обернулся к ней. — Вчера уже приходили открывать ее. Она тут, в конце. — Что?! — Шелл снова словила волну потрясения. — Но как? Это моя ячейка. И ключ… — У того человека была целая кипа документов, которые позволяли открыть ее без ведома владельца. Поэтому я запомнил. — Давайте быстрей к ячейке, — прошипела Шелл. Менеджер, который был похож на пластилиновую антропоморфную мышь из мультика, немного выпучил глаза и засеменил вперед. Шелл большими шагами следовала за ним. — Прошу, — он остановился у ячейки, — Вставьте ключ, проверните его два раза, затем прокрутите на пол круга и введи пин-код. — Вы знаете, сколько цифр должно быть? — У всех владельцев разное количество, есть возможность вводить до двадцати символов. — Твою ж мать… Шелл сделала все так, как сказал менеджер — на половине третьего оборота ячейка пискнула и загорелся экран с цифрами. — А минимальное количество символов? — Три. 3-5-7… — Код неверный, — любезно произнес менеджер. 0-3-0-5-1-9-6-7… — Код неверный. Последний вариант, который приходил Шелл на ум больше тешил ее самолюбие, и с малой вероятностью был верным, но ничего другого она не могла придумать. 1-1-1-3-2-0-0-0… Ячейка довольно пискнула и щелкнула замком. Шелл озарена повернулась к менеджеру, который удовлетворительно кивнул. Самовлюбленный отец предал свои любимые цифры, и кодом выбрал ее дату рождения… — Можете открыть и осмотреть ячейку. У Шелл затряслись руки, когда она дотронулась до дверцы и отвела ее в сторону. Внутри ячейки были запечатанные стопки с наличкой и одна, довольно большая, шкатулка. Сама эта шкатулка должна стоить несколько сотен тысяч долларов и Шелл четко помнила, что их должно быть две. Сердце упало в пятки. Она потянулась к этой шкатулке, руки не слушались, когда она пыталась открыть незамысловатый замочек. Шкатулку она открывала медленно, боясь увидеть пустоту внутри.  Оттягивая момент, она провела большим пальцем по металлическим вензелям и россыпи мелких камней. Один из двух предметов должен быть здесь. Замок шкатулки щелкнул, Шелл осторожно потянула крышку вверх, чтобы не сломать старые петельки. На бархатной обивке был золотой ангел, который тянул за собой колесницу в виде яйца. Это был утерянный киндер-сюрприз, внутри яйца в колеснице были часы. — Это ценная вещь? — Невероятно ценная, — Шелл наклонилась и заглянула в ячейку. — Шкатулок должно быть две. — Вероятно вторую забрали в прошлый визит. Шелл закрыла шкатулку и хлопнула дверцей ячейки. — Мне нужно время и записи с камер. — Это не быстро, у меня нет доступа к камерам… — Я подожду. Мой ассистент свяжется с вами. Шелл еле справлялась с рулем, возвращаясь домой. Аллен уже не спал к этому времени, и был довольно бодр на ее кухне. — Аллен! Шелл, с бешеными глазами, влетела на кухню с шкатулкой в руках. — Срочно, открывай Гугл! Аллен судорожно переключил вкладку на ноутбуке. — «Датский юбилей». Он застучал пальцами по клавиатуре, затем замер, дожидаясь подгрузки и короткой подсказки от поисковика. — Ювелирное яйцо? — он перевел взгляд на шкатулку в руках Шелл. — Тут написано, что местоположение неизвестно. — Они, блять, правы. Теперь,  новая вкладка - «Херувим и колесница». Аллен снова послушно запечатал по клавишам. Через несколько мгновений, когда на экране появилось изображение, он перевел взгляд на Шелл. — Это яйцо тоже потерянно. Местоположение неизвестно. Девушка молча открыла шкатулку перед носом Аллена. — Черт возьми! Откуда у вас?.. Вы украли их? Он снова вернулся к ноутбуку, дописав в запросе «стоимость». — Господи! Пятьдесят миллионов?! — Да тише ты. Это не точная стоимость, оно же утеряно. — Оно у Вас в руках! Шелл кашлянула и хлопнула шкатулкой. — Это сейчас не важно. «Датский юбилей» тоже должен быть моим, но недавно его забрали из моей ячейки. — Как это возможно? Это же Фаберже! Откуда они у Вас? — Насколько известно - у человека на руках были документы, дающие официальное право пользоваться моей ячейкой. Я запросила записи с камер от банка, а пока нужно найти «Датский юбилей» на аукционе. — Думаете, его будут продавать открыто? — Где-то то объявят об этом. На аукционе это яйцо уйдет дороже. — Что будете делать, если мы найдем его? Как вы подтвердите кражу? Никто не поверит, что такие вещи хранятся в банковских ячейках. — Именно поэтому они там и хранятся, Ал. Все мои последние проблемы могут быть из-за этих яиц! А какая-то тварь еще и ворует их из банка! Знаешь сколько стоит эта ячейка в год? —  Я понял. — Номер менеджера из банка пришлю тебе. Вытряси с него все. Шелл, в несколько расстроенных чувствах, ушла в свою спальню, чтобы перепрятать Херувима. В спальне никто не будет искать утраченное яйцо Фаберже. Шкатулка была спрятана под кроватью, а Ласкано начало ужасно клонить в сон. Раздражающий стук в дверь, тихое рычание. — Нил, у меня нет сил на тебя. — Я лишь хотел спросить как ты. Сегодня Шелл была не в силах выдавать положительные эмоции для Готти младшего. Он снова раздражал ее. Нилу не нужно было искать ворованные реликвии, потому что у него никто ничего не украдет. Его единственная проблема - всемогущий папочка и тарелки для ресторана. Не хотелось даже поиздеваться и подколоть Готти. Все это время он был лишь проекций, она пыталась хоть как-то сберечь его желание уйти из этого мира, лелея это как собственную мечту. Нил все еще стоял у двери. — Не заходи в мою спальню без разрешения. Нил с несколько секунд постоял у двери, затем закрыл ее, оставляя ощетиневщегося  Стефана наедине с хозяйкой. Наверное он тоже почувствовал, как доброжелательность Шелл рассеялась.