Глава 8. Неожиданное признание.

      Кислород таял в воздухе и становилось тяжелее дышать. Веки закрывали глаза и все, что она видела перед собой была тянущаяся темнота.       Эльза не помнила, когда успела набрать ванную и раздеться, но приняла этот факт как должное. При малейшем ее шевелении вода расходилась волнами по просторной ванне и та часть тела, что оказывалась на воздухе, неприятно мерзла на фоне витающей духоты.       Становилось еще жарче, а мокрые концы волос, выбивающиеся из развалившегося на голове пучка неприятно липли к шее, кололи. По лицу прокатывались капельки пота, попадали на губы и язык, чувствовалась соленоватость.       Слышит посторонний шум за дверью, словно перешептываются двое мужчин, но как бы она не задерживала дыхание и не вслушивалась — было невозможно разобрать слов. Словно происходящее за дверью было потусторонним ненастоящим шумом.       И внезапно жара пропадает и на тело обрушивается леденящий холод. Она кожей почувствовала как набранная в ванне вода стала вместо горячей противно теплой и густой. В голову закрались первые мысли, что что-то не так.       Поежилась и чувство, что находится в жидком киселе только закрепилось. Проглотив скопившуюся слюну, Эльза медленно открывает глаза.       Кричит самым громким горловым криком, от которого по ощущениям рвутся голосовые связки, когда видит вместо воды темно-вишневую жидкость. Кровь.       Опирается окровавленными ладонями за белые края ванны и пытается встать оперевшись на них, собственная кожа проскальзывает и она погружается в ванну с головой. Выбравшись на воздух пытается отдышаться и принимает еще одну попытку встать. На этот раз получается, но стоит мокрой ноге коснуться кафеля, поскальзывается и ухватившись за край ванны спасается от удара головой.       Встает в рост и подходит к зеркалу. Включает воду в кране и успокоившись, что оттуда идет чистая вода набирает ее в сведенные ладони и омывает лицо, контролируя процесс в зеркало. Спустя несколько секунд такого действия снова раздается крик, когда видит алую жидкость в своих ладонях. Хватает белое полотенце и пытается вытереть непонятную субстанцию хотя бы с лица, а сама уже идет к выходу из ванной. Напоследок обернувшись, она еще раз проверяет все глазами и поскользнувшись окровавленной ногой падает на кафельный пол.       Эльза проснулась от собственного крика и бешеного трепета сердца, что отбивался от мизинца на ноге и до кончиков волос на голове.       Осматривается вокруг: ванна в которую напором продолжает литься горячая вода и вот-вот польется за края. Едва успев ее выключить, Эльза откидывается на спину и кусает себя за руку, проверяя окружение на реальность. На руке остается красный след от зубов и она выдыхает. Тревога понемногу спадает, уступая место апатии.       — Ты кричала? — Дверь выносится с порога и отлетает в стену. Сломанная ручка повисает боком и медленно качается на двери, а в проеме стоит Фернандес, в спортивных штанах и без майки, но с пистолетом в руках.       — Все хорошо. Мне просто… — Эльза качуется с выбором правдоподобного вранья. Глаза бегают по сторонам, голос дрожит. — Показалось, что паук в ванной. — Как на зло, пены в воде критически мало и Эльза руками пытается собрать к себе побольше, прикрыть интимные места от внимательно изучающих каждый угол глаз Фернандеса.       — И куда же он подевался? — Джерар смотрит на Эльзу и вгоняет ее в еще больший ступор.       — Кто? — Скарлет тушуется. Мозг отказывается соображать, оставляя языку одному отдуваться.       — Паук, Эльза! — Скарлет смотрит на Джерара, но взгляд ее цепляется, за висящий на его шее жетончик какие бывают у военных. — Ты же видела паука?       — А, паук. Д-да. — Отводит глаза в сторону, когда понимает, что взгляд слишком долго на нем задержался. — Он уполз, наверное. — Говорит тихо и неуверенно, продолжает руками нагребать к себе еще пены, но та таяла едва ее касались руки Скарлет.              — Ладно. — Джерар уходит, прикрыв за собой дверь. Сломанная ручка продолжила качаться как маятник и вскоре упала громко ударившись о кафельный пол.       Желание лежать в ванне уходит вместе с неприятным сном и Эльза встает, хватая белое полотенце. Рука одернулась, когда в голове всплыл момент из сна с перепачканным кровью полотенцем, но осмотрев его со всех сторон, Скарлет выдохнула и завернулась в него, покидая ванную.       Холодная пустота комнаты отрезвляет задурманенный сном разум. Скинув полотенце она падает в чистую постель и каждым сантиметром обнаженной кожи чувствует прикосновение хлопка. Руки тянутся к подушке и охапкой обнимают ее.       Плачет. Почему — слишком много причин, чтобы выбрать какую-то одну. Одиночество, страх, грех убийства. Все сливается в единый флакон, создавая ее личный индивидуальный яд, которым она травит себя.

***

      Утром не найдя ни одной причины, чтобы пропустить пробежку, Эльза надевает спортивный костюм и выходит. Солнце уже во всю печет, но пробежав первую половину километра, становится легче. Это ее последний оплот нормальности — привычки.       — Слышал как ты кричала ночью. — Вернувшись на территорию виллы, встречается с Крисом, который уже успел съездить в город и вернуться с покупками.       — Да, паука видела, кажется. — Садится на ступени перед дверью, переводя дыхание.       — У нас тут водятся ядовитые пауки, — Крис приложил ладонь к затылку, задумываясь. — Ну, надеюсь, это был безобидный маленький дружок. — Подходит ближе к Эльзе и протягивает ей бутылку с водой из пакета. Скарлет удивляется безалкогольной жидкости, но открывает и пьет. — Купил по пути, да вот даже не притронулся. — Объяснился Крис.       — А где Нацу и Джерар? — На улицу выходит Фуллбастер и как только на лицо его падают прямые солнечные лучи — неприятно жмурится, прикрывая глаза рукой, создавая для себя небольшую тень. В хорошем освещении Эльза видит, что отек с лица спал, но цветные гематомы все еще блели на его лице.       — Может Нацу с Люси? — Эльза предположила у себя в голове, чем этим двое могут заниматься находясь в любом месте и времени.              — Это вряд-ли. — Грей показывает в сторону пляжа, где по узкой тропинке идет, шатаясь из стороны в сторону, Хартфелия, держа под боком складной шезлонг, а в другой свободной руке ведерко с пивом. Двигалась она в сторону виллы.       — Доброе утро, Люси. — Эльза была единственная, кто смог с ней поздороваться, потому что в последующие несколько минут стало невозможным вставить и словечко в нескончаемый поток звуков (в основном ругательных) без конца тараторящей блондинки.       Если изложить кратко, то Люси была порядком огорчена отсутствием (да еще и без предупреждения) Драгнила, который обычно без лишних уговоров помогал ей с переноской пляжных атрибутов.       — Катера тоже нет! Они куда-то угнали и никого об этом не предупредили! — После потока недовольства, это были первые слова Хартфелии, которые воспринимаются другими.       — А вам не кажется, что Джерар и Нацу ведут себя в последнее время странно? — Крис садится рядом с Эльзой и ей моментально становится некомфортно.       — О чем ты? — Скарлет чувствует слишком плотное касание плеча и отодвигается, пытается сделать это невзначай, но Крис замечает и приближается снова.       — Джерар попросил меня найти информацию по недавно ввезенному наркотику. Еще и вам просил не говорить.       — То есть Джер попросил тебя молчать, но ты все равно решил нам это рассказать? — Фуллбастер спустился вниз, вставая так, чтобы лицо сидящего мужчины было прямо перед ним. — Ты дал ему слово и нарушил, так ведь? — Фуллбастер наклонился вперед и на лбу Криса сразу же образовалась испарина. Стало очевидным, что не такую реакцию он ожидал заводя этот разговор.       — Джерар попросил не говорить вам, но мне кажется дело опасное и поэтому решил рассказать. — Волнение Криса чувствовала даже сидящая рядом Эльза. Ей было противно смотреть на то, как он пытается выкрутиться из ситуации, в которую сам себя вогнал.       — Ты хотел заставить нас сомневаться в честности Джерара к нам? — Грей продолжал напирать. — Но вот что я тебе скажу, пока ты сидишь тут и нажимаешь свои кнопки на мышке и одновременно дрочишь, Джерар спускает курок. — Руки Фуллбастера потянулись к воротнику гавайской рубашки Криса и потянули того на себя. Очень скоро Крис почувствовал как его лоб упирается в голову Грея. — Поэтому, когда ты в следующий раз захочешь обсудить дела Джерара без его присутствия, советую тебе вытащить голову из задницы и подумать еще раз. — Грей отпускает Криса и тот резко приземляется на лестницу, поправляя рубашку. Дыхание немного сбилось, а загорелые щеки слегка подруменились.       — Заставил тебя Грей понервничать, да? — Люси смеясь положила руку на его плечо. — Так куда говоришь поехал Нацу? — Хартфелия тонкой рукой сжала плечо мужчины, а голос ее с веселого стал пугающим.       — Я не знаю куда они уплыли. Они мне не докладывают. — Крис скинул руку Люси и прошел наверх. Эльза облегченно выдохнула, когда стоящий рядом Грей и Люси расслабились.       — Вы его недолюбливаете? — Скарлет первая нарушила молчание внимательно следя за ребятами.       — Он крыса каких еще поискать надо. — Ответил Грей. — Не знаю почему Джерар так за него печется.       — Но куда они уплыли? — Хартфелия начинала нервничать за Нацу. Сама не замечала как дергала то рукой, то ногой, всматриваясь в линию горизонта.       — Кстати, а что это за постройка? — Скарлет уводит тему в другое русло. Показывает рукой на небольшую кирпичную коробку приставленную к забору.       — Наш склад с оружием. — Грей ухмыльнувшись подмигнул. — Хочешь экскурсию?       — Не сегодня.

***

      Эльза вернулась в свою комнату и раздевшись падает на кровать. Мысли роялись в голове, а собственная моральная изможденность тянула руку к спиртному, от чего Эльза решительно ее одергивала, говоря себе «Не сегодня, Эльза».       Солнечные лучи наполняли комнату животрепещущим светом и Скарлет встала, задернула плотно шторы и снова вернулась в свою кровать, накрываясь с головой пледом.       В последнее время, ее стали еще больше интересовать личности каждого из новых знакомых и если про Хартфелию ей было известно хоть что-то, то все остальные были загадкой с семью печатями.       Решив воплотить давно вынашиваемую мысль Скарлет вводит в поисковой строке первое имя: Грей Фуллбастер, где сразу натыкается на новостную статью десятилетней давности.       «Шестнадцатилетний Грей Фуллбастер обвиняется в смерти своей приемной матери и сводного брата.»       Эльза потратила пару минут на размышление. Чувство, что она вот-вот откроет ворота в Ад опустилось на голову. Набравшись смелости она переходит по ссылке внимательно вчитываясь в каждое слово:       «Грей Фуллбастер жил со своим отцом и матерью в городе Ном штата Аляска. Родители были исследователями в области температурных изменений и прибыли туда еще, когда Грею только должно было исполниться десять лет. За проведенные там годы, Сильверу и Мике Фуллбастер так приглянулась отрешенность от остального мира, что они приняли решение остаться вместе с маленьким ребенком.       Эльза блокирует телефон, когда слышит шаги за дверью, но стоит им стать тише, снова открывает сайт:       Одиноким холодным вечером соседка Фуллбастеров — Бенни Гилдтон зашла в гости. Ее начало тревожить, что по вечерам, на протяжении недели в небольшом доме Фуллбастеров не включался свет, а из камина не шел дым.       Открыв дверь — первое, на что она обратила внимание — температура в доме была точно такая же как на улице. Она сделала пару шагов внутрь, отметив про себя открытые на первом этаже окна. Еще тогда в ее голову начали прокрадываться сомнительные мысли, но решив их окончательно развеять, она зашла на кухню, где и нашла тела родителей.       Их давно закоченелые трупы были покрыты инеем, словно пролежали в морозилке целую вечность. Сына в доме не оказалось.       Тогда у полиции не было оснований подозревать тринадцатилетнего подростка в убийства родителей и его попросту объявили без вести пропавшим. Связаться с родственниками не удалось и все просто забыли про это дело пока не случилось следующее:       Спустя три года после исчезновения Грея с Аляски, нашему журналисту, занимавшимся загадочным убийством, повезло случайно попасть в Россию, где он встретил мальчишку с фотографии. Он было подумал, что обознался, мальчик свободно общался на русском языке, но когда наш коллега крикнул в толпу его настоящее имя, видел как дрогнула его голова и он в страхе обернулся.       Наш журналист не выдал себя и решил просто проследить за ним. Сделав несколько серий фотографий, нам удалось вновь связаться с Бенни. Когда она увидела эти снимки решительно сказала: «Это точно Грей! Я уверена!»       Тогда мы первый раз задумались о том, что возможно этот мальчик и есть убийца своих родителей, сбежавший в Россию.

«Грея искупали в любви и что заставило его совершить то злодеяние — до сих пор загадка».

      Бенни Гилдтон.

      Мы не оставили расследование, но решили пойти на контакт. Предположив в какое время мальчик отсутствует, мы пришли в их дом и познакомились с Ур Милкович, коренной американкой, мигрировавшей в Россию после загадочного похищения собственной дочери. Она встретилась с Греем на вокзале, где мальчик не понимал ни слова по-русски и выглядел потерянным.

      «Я искала свою дочь, но нашла Грея и решила взять его к себе также, как и взяла Леона»

Ур Милкович

      Решив, что стоит встретиться с самим Греем, наш корреспондент назначил дату встречи с Ур и Греем. Признаться, время тянулось неимоверно. Каждый день мы обдумывали как стоит строить диалог с подростком, возможно те воспоминания для него болезненны и своими вопросами мы всковырнем рану, заставим ее кровоточить, но я чувствую, что мы обязаны пролить свет на загадочное убийство Мики и Сильвера Фуллбастер.       Наш корреспондент пришел в назначенный день, но дверь никто не открыл. Он стучался настойчивее, тарабанил, но все, чего он смог добиться — это гневные крики соседей. Собираясь уйти с ничем, он опускает дверную ручку и та, на удивление, поддается. На пороге его никто не встретил, но зайдя в глубину квартиры, он обнаружил два холодеющих тела. Ур Милкович и Леон Бастия лежали на полу, образовав под собой единую лужу крови. Темно-вишневая жидкость впиталась в песочный палас.       У нас не осталось сомнений! Грей Фуллбастер убил своих родителей, приемную мать и сводного брата!       Закончив с чтением, она откинула телефон подальше, словно он был воротами в Ад.       Эльза вылезла из-под одеяла и легла на спину взглядом сверля потолок. В голове никак не укладывалось, что Грей способен убить собственных родителей.       — Ты здесь, Эльза? — Раздался стук по двери и по голосу она сразу узнала Хартфелию.       — Проходи. — Скарлет вылезла и под пледа, оставаясь в одном нижнем белье. Хоть шторы и были плотно задернуты, жаркое филиппинское солнце все равно просачивалось сквозь ткань, наполняя комнату серым светом.       — Рада, что ты носишь белье, которое я тебе дала. — Люси падает рядом с Эльзой, обнимая ее за живот.       — Другого у меня все равно нет. — Оправдывается Скарлет. — Что-то случилось?       — Нет. — Хартфелия закрывает глаза, зарываясь лицом в волосы Эльзы. — Да. — Выглядит потерянно. — Не знаю. — Видит смятение блондинки. — Немного волнуюсь за Нацу, раньше он никогда так не делал.       — Он же с Джераром, а судя по тому, как к нему относится Грей, на него можно положиться. — Вспомнив про Фернандеса, в голове тут же вспышкой всплывает его образ с висящем на шее жетончиком. Интерес к его прошлому рос с каждой минутой и сегодня, кажется, достиг апогея. Скарлет видит нестабильное настроение Хартфелии и старательно пытается ее успокоить, но все собственные мысли заняты желанием поскорее вбить в поисковую строку его имя.       — Ты права, Эльза. — Люси ложится на спину, отпуская Скарлет. — Что-то в сон клонит. — Хартфелия сворачивается в позу эмбриона и стремительно проваливается в сон. Эльза поправляет на ней плед и отодвинувшись подальше, берет в руки телефон выкручивая яркость на минимум.       Пока сон Люси креп, Эльза вводит в поисковую строку имя Джерара и пролистывает ссылки. Старый математик из Франции — единственный, кто выпал по запросу. Опечалившись, что ничего нет, Эльза бросает телефон, напоследок случайно задев его сгибом ладони и открыв в интернете вкладку с картинками.       Глаза сразу пропускает мимо старого профессора с учебной доской и цепляются за армейскую фотографию. На ней было изображено четверо мужчин, держащих впереди себя автоматы. Все они были похожи друг на друга, но двое выделялись сильнее, потому что уже были знакомы Эльзе. «Так ты был знаком с Симоном?» — Скарлет закрывает рот рукой, чтобы ненароком не сказать это вслух. Джерар выглядел моложе и не было татуировки на лице, но это был он.       Нажав на картинку, Эльза переходит на источник и на глаза ей попадается скудная статья.       Целый батальон был за сутки уничтожен взрывом, помимо перечня пострадавших и погибших не было ничего.       Решив, что все это глупое совпадение, Скарлет блокирует телефон и ложится рядом с Люси, закрывая глаза. Спать совершенно не хотелось, в голове сумбурно летали мысли, словно их швыряла из стороны в сторону истеричная женщина внутри.       

***

      Нацу и Джерар вернулись под вечер, когда персиковый закат уже выстилался над Южно-Китайским морем.       Их приход был замечен Хартфелией, которая едва завидев их на горизонте, принялась истошно отчитывать. Первая попытка Нацу заткнуть ее провались громкой пощечиной и еще большим криком, который и привлек всех остальных.       Эльза тоже спустилась на шум, встречаясь взглядом с уставшим Фернандесом. Заметив на себе ее взгляд, Джерар изменился в лице и даже попытался улыбнуться, но Скарлет, смутившись, увела взор в сторону.       Люси и Грей еще до возвращения ребят договорились утроить допрос и если для выкачивания информации из Драгнила было достаточно только Хартфелии, то с Джераром дела обстояли сложнее. Впрочем, им не пришлось долго об этом переживать, ведь стоило Люси пару раз стукнуть каблуком, Нацу тут же все вывалил.       — Прости, Джер. — Было последнее, что сказал Драгнил, пока Хартфелия держала Нацу своим взглядом не предвещающим ничего хорошего.       — Они имеют право знать. — Ответил Джерар, проходя сразу сквозь толпу на второй этаж, по пути еще раз встречаясь взглядом с Эльзой.       «Он пахнет порохом» — подумала она, когда Джерар прошел мимо нее.

***

      Когда море перестало сверкать от солнца, поблескивая лунными лучами, Эльза вышла к нему. Песок, что днем был раскален до предела к ночи остыл и можно было спокойно шагать босиком, подходя ближе к морю, где пенные волны касались стоп.       Скинув с себя короткий сарафан, заимствованный у Хартфелии, Скарлет осталась в одном белье. Вода встретила ее бодряще, но она быстро к ней привыкла.       Чем глубже Эльза заходила в воду, тем сильнее нарушалось ее чувство гравитации. Тело становилось легким и потрясывалось от волн, стремящихся к берегу. Скарлет делала маленькие шаги и, когда наконец достигла нужной глубины, нырнула под воду. Ночью под водой не видно ничего, ощущение, что ты ныряешь в тьму собственного сознания, где нет ни правой, ни левой стороны. Нет ничего, но есть бесконечность.       Эльзa вынырнула и пошла в сторону берега. Стоило ей ступить на песочный пляж, она снова встретилась с ним.       Он стоял в белой льняной рубашке с небольшим разрезом на груди и шнуровкой. Его волосы выглядели чистыми и свежими, совсем не так, как в их первую встречу сегодняшним вечером.       — Принес тебе полотенце. — Джерар хорошо видел все достоинства фигуры Эльзы, но стоило им поравняться, его взгляд принадлежал только ее глазам.       — Ты следил за мной? — Эльза берет из рук Джерара белое полотенце и заворачивается в него. Ветер распушил его волосы и на голове стоял привычный беспорядок.       — Скорее, решил сопроводить. — Фернандес опускает взгляд вниз и смотрит на босые стопы девушки.       — Мне кажется, я предупреждал тебя о скорпионах.       — А еще, ты сказал, что опаснее их — люди. — Скарлет вспоминает тот короткий диалог между ними.       — Да, я точно мог такое сказать. — Фернандес смеется и Эльза удивляется тому как расслабленно он может выглядеть.       — Ты рискуешь, когда ходишь под пулями, а я вот гуляю по ночному пляжу босиком. — Эльза улыбается и ее улыбка пробивает Джерара насквозь.        — Может и мне тогда сейчас рискнуть? — Фернандес стягивает с себя рубашку, оставаясь в одних шортах. Эльза снова цепляется взглядом за жетончик, а после, спустившись ниже, видит хорошо слаженное мужское тело и едва подавляет в себе плотское желание. Она плотнее прижимает полотенце, но вскоре оно падает, а сама Эльза оказывается на плече Джерара, несущегося в сторону моря.       Первое, что она успевает ощутить — это брызги моря, взбитые его ногами. Это чувство проходит, когда Скарлет не ощущая под собой дна, падает с головой в воду, прижатая к телу Фернандеса.       Погружение быстро проходит и Эльза оказывается на воздухе тяжело дыша. Джерар крепко держал ее за талию, а ее собственные руки касались его лица, по которому каплями стекала соленая вода.       Ее будоражит это чувство. Пронизывает с головы и до пят, словно внутри ее тела одновременно загорелись тысячи лампочек.       — Ты боишься меня? — Джерар сильнее прижимает к себе Скарлет, а та в ответ отрицательно качает головой. В эту минуту и в эту секунду, Эльза отчетливо чувствет как сгорает где-то внутри одиночество, наполняя тело другим чувством. Влюбленностью.       Джерар смахивает с пышных ресниц морскую воду и Эльза закрывает глаза. Чувствует макушкой его дыхание и накрывший легкий поцелуй в голову, от которого по телу разливается пламенное тепло.       — Можешь считать меня психом. Но я хотел это сделать с того самого момента, как увидел тебя в кабинете Леванстера. Ты была вся в крови, перепачканная и перепуганна, но черт возьми, как же ты была прекрасна.