Свидание первое: игра вслепую

🎶 Bryce Savage — Easy to love

Эва

Я медленно зашла в номер. Стук каблуков о паркет отражался от стен и тонул во мраке, царившем внутри. Запах чистого белья и новой мебели перебивало чем-то сладким. Я всматривалась в темноту, бесшумно вдыхая через нос, глубоко и ровно, будто меня совсем не настораживает то, что задумал Аш. Мы давно обозначили границы друг для друга, и я никак не ожидала, что он способен придумать что-то эдакое. Неужели уловил моё настроение во время съёмок и решил добавить огонька? Или это последняя попытка воскресить моё либидо? Едва ли что-то поможет. Я собиралась предупредить бессмысленные игры, когда ощутила, как мужские пальцы касаются моих. В следующее мгновение дыхание обожгло ухо — свежее, с лёгкими нотками дорогого табака, кожи и вишни. Влажный, горячий язык коснулся мочки уха. Дрожь пробежала по позвоночнику, вызывая выброс адреналина в кровь, и отразилась приятной тяжестью внизу живота. Пальцы скользили по моей коже от кистей к запястьям, затем к предплечьям, плечам и ключицам. Я закрыла глаза, прислушиваясь к собственным ощущениям. Это не Аш. Рассудок хватался за ниточки, ведущие к той части мозга, которая отвечает за панику. Кричал: уходи, разворачивайся и беги прочь, но отчего-то желание ощутить прикосновения на своей коже было сильнее, чем увидеть лицо человека, стоящего позади. Пальцы незнакомца медленно ползли выше по телу, к ключице, аккуратным движением очерчивая выступающую кость. Большая ладонь мягко обхватила мою шею, побуждая откинуть голову назад. Я не сопротивлялась, сама не зная почему, покорно отдавалась во власть таинственного мужчины, одним своим присутствием сводящего с ума. Влажные губы коснулись шеи, он прильнул к ней всего на мгновение, и застыл, будто ему всё ещё требовалось дозволение на то, чтобы продолжить. Он дал мне выбор, но я и не думала отказываться. Казалось, что веки стали тяжелее, а тело — наоборот, невесомым и мягким, как пластилин. Дрожащей рукой я нашла голову незнакомца, запустила пальцы в мягкие волосы и притянула к себе, шепча на выдохе: — Продолжай. Он отстранился, а затем я почувствовала, как широкая полоска ткани накрыла мои глаза. Оставалось помолиться, чтобы эта лента не стала моей удавкой, завязанной на шее. Хотя я не против асфиксии во время секса… Он зафиксировал ткань узлом на затылке и стал целовать мою шею, причмокивая. Развязно, грязно, интригующе, это дико возбуждало и заставляло желать большего, но не одну меня. Я поясницей ощущала, насколько незнакомцу нравится его же игра. Раньше казалось, что моё либидо навсегда погрузилось в беспробудный сон, но сейчас оно тарабанило по заколоченному гробу изнутри, желая выбраться наружу. Одна его рука оставалась на шее, а другая блуждала по изгибам моего тела, вызывая табуны мурашек. Незнакомец подцепил тонкую бретель и медленно спустил с плеча, ткань платья скользнула вниз, оголяя одну грудь. Он разместил ладонь под полушарием, очертил пальцем форму, слегка сдавливая с обеих сторон. Кожа на груди горела. Я возбудилась, шарики внутри придавали пикантности вдобавок к тем ощущениям, которые я уже испытывала. Стенки влагалища растягивались, пульсировали внутри. Если шарики выпадут? Выпадут и сдадут меня с потрохами… Я свела колени вместе, как будто это могло помочь. Незнакомец провёл дорожку от груди по центру живота к пупку, продолжая целовать каждый сантиметр на моей шее. Хотелось поцеловать его в ответ, но боюсь, тогда я просто забуду, как дышать. В каждом движении сосредоточились похоть и азарт, в каждом жадном вздохе ощущалось необузданное желание, в воздухе пахло сексом, а в моих тихих вздохах отчётливо были слышны мольбы о том, чего желали оба. Ангел здравомыслия на правом плече разрывался в стенаниях: — Уходи, дура, пока он не достал тесак и не порубил тебя к чертям собачьим. Демон похоти на левом насмехался, приговаривая: — Лепи из неё всё, что угодно, дядя. Только не останавливайся. Я не успела подумать, кого смахнуть с плеча, а к кому прислушаться, незнакомец подцепил мой подбородок, будто прочёл мысли, и вовлёк в поцелуй. Сначала нежный, аккуратный. Его мягкие губы медленно покрывали мои короткими чмоками, подогревая интерес. Затем он стал настойчивее, оттягивал и кусал кожу, проникая языком внутрь. Его руки легли на мои бёдра и предупредительно сжали в том месте, где находилась резинка белья. Нащупав её, он стал собирать ткань платья в руках, перебирая пальцами и приподнимая юбку всё выше и выше, пока не оголил ягодицы. Жар его тела ощущался даже через одежду, но раз моя задница осталась без защиты, я решила сравнять счёт и потянулась к его брюкам. Коснулась члена, и брови мои взметнулись вверх от удивления. Чёрт бы его побрал, что за Пизанская башня там спрятана? Я замешкалась, отпрянув от незнакомца, но его руки тут же вернули меня в прежнее положение. Он толкнулся в меня всей своей мощью, шумно делая вдох через нос. Молча вручив подол платья мне в руки, он опустился на колени и сжал мои ягодицы, припадая к ним губами, стал кусать кожу и зализывать места, где завтра останется след от его зубов. Я прогибалась в спине, двигаясь навстречу его ласкам, из-за повязки на глазах ощущения были острее, ярче, ещё желаннее. Уловив моё желание, мужчина развернул меня лицом к себе, поддел пальцами резинку белья и потянул вниз, обезоруживая. Его лицо было примерно на уровне лобка, я не видела его эмоций, не видела реакции, не видела ни-чер-та, эта мысль смутила меня, и рука сама потянулась, чтобы прикрыть наготу. Что с того, что я снимаюсь в порно? Это другое… Он остановил мою руку своей, но не оставил без внимания жест, выражающий беспокойство. Стал целовать кончики пальцев, успокаивая, и медленно подбирался к заветному месту. Боже. Мужчина слегка надавил на внутреннюю часть бедра, расставляя мои ноги пошире, пальцами раздвинул складки. Я зажмурилась, невольно искажая линию губ. Как сказать, что я не люблю куни? Сказать? Или промолчать? Почему я вообще думаю об этом? Меня действительно волнует, задену я незнакомого мне человека или нет? — Бо-о-же правый!.. — изумлённый возглас вырвался изо рта, когда он медленно провёл влажным языком по клитору. Так широко и так хорошо, что я ухватилась за его плечи, чтобы не упасть. В дурной голове всё смешалось, когда умелый язык стал ласкать меня. Незнакомец не спешил, будто сам упивался тем, что вытворяет со мной. Сначала движения были нежными, аккуратными, он прощупывал каждый миллиметр, но затем стал напористее, доставляя мне немыслимое удовольствие круговыми движениями и объёмными мазками языка. Одной рукой я держалась за его плечо, а другую запустила в волосы, сжимая их у корней всякий раз, когда подбиралась к пику наслаждения. Незнакомец не спешил доводить меня до оргазма, иногда отстраняясь, лаская меня медленнее или менее интенсивно. Он нащупал петлю вагинальных шариков, слегка потянул на себя, а затем заменил их пальцами, стимулируя нервные окончания, пока его язык кружил вокруг клитора. Чтоб он у меня отсох, если когда-нибудь скажу, что эти манипуляции — не лучшее, что случалось со мной когда-либо. А случалось многое.

Амен

🎶Taylan Ayaz — love is a bitch

Меня сводил с ума образ Эвтиды с того момента, как я увидел её, но бедняжку так помотали прежние ухажёры, что ей пришлось забраться в шкуру стервы и защищаться от таких, как я. Но я не собирался её использовать, а напротив, хотел показать, как хорошо ей может быть, если заменит своего красноволосого приятеля. Я понял, что подступиться к такой не так просто, как может показаться на первый взгляд, и тогда у меня созрел план. Переступив порог своего офиса, я связался с ассистентом, и тот быстро нашёл приглашение для Эвтиды на порнофестиваль, который теперь и я собирался посетить. Получив коробку с приглашением, я решил, что пульт от игрушки ей ни к чему, и оставил его себе — это стало лучшим решением. Не видел никого забавнее, чем Эва и её удивлённая мордашка, когда я нажимал на кнопку включения вагинальных шариков, чтобы проверить, как она вообще относится к секс-игрушкам. Положительно, раз они оказались внутри неё. Дальше дело оставалось за малым, я отправил официанта с запиской к ней и оставил охрану у лифта, чтобы Эвтиду довели до нужной двери. Сомнений не было, что придёт. Ей нужно ещё дорасти до того, чтобы чувство самосохранения преобладало над любопытством. И вот она здесь, едва держится на ногах, а я расположился между ними, чтобы разогреть её как следует. Я вылизывал маленькую стервозную актрису под тихие всхлипы и жадные вздохи. Не было криков и многозначительных охов, как во время съёмок, и это было самым искренним доказательством того, насколько ей хорошо. Но ещё недостаточно. Эвтида должна запомнить эту ночь. Продолжая манипуляции языком, я избавил её от игрушки, откинул в сторону и мазнул пальцами по входу, смачивая в обильной смазке. Эва была так возбуждена, что два пальца без труда скользнули во влагалище, настолько влажное и упругое, что я с трудом подавил желание обхватить её аппетитную задницу и усадить на себя сверху. Дубовый член настойчиво подрагивал в штанах, ещё больше лишая самообладания. Я зарылся носом в промежность, двигал языком и пальцами внутри Эвтиды, хотел заставить кончить её немедленно, чтобы самому утолить любопытство и посмотреть, как она распластается на кровати после очередного оргазма. Меня будоражило то, насколько эластичные и чувствительные стенки, как она тихо стонет сквозь сомкнутые губы, как зарывается в мои волосы и тянет, а потом ласково проводит по макушке, приглаживая взъерошенные пряди. Закончив игры, я закинул одну ногу Эвтиды на своё плечо, придерживая за ягодицы, и ускорил движения пальцами, задевая нужную точку, ещё несколько раз мазнул языком по клитору. Она сжалась, явно сдерживая себя, задрожала и запрокинула голову назад. Я отстранился, наблюдая за тем, как Эвтида кусает губы и хмурится, сопротивляется незнакомым ощущениям. Разговоры сегодня не входили в мои планы, но я всё равно прошептал, чтобы развязать узелок стеснения: — Кончай, детка. Эвтида послушала, и в следующую секунду бесцветная жидкость неконтролируемой струёй просочилась наружу. Она сдавленно простонала, отпустила подол платья, хватаясь обеими руками за меня. Стенки влагалища ритмично сокращались, пока по моим пальцам стекала жидкость. Судя по тому, как Эвтида себя сдерживала, такое с ней случилось впервые. Но я не удивился, вспоминая, как на ней дрыгался красноволосый. Это напоминало предсмертные конвульсии, а не фрикции. Я опустил ногу с плеча и поднялся с колен, перехватывая тонкое запястье, когда рука Эвтиды попыталась стянуть повязку с глаз. Кто бы мог подумать, она может быть послушной? Умница, девочка, но я ещё не закончил. Притянув актрису к себе, я снова стал целовать её губы, проникая языком в рот. Она с энтузиазмом отвечала мне, уже без стеснения изучая руками мои габариты: шею, плечи и торс, ловко расстёгивая пуговицы на рубашке, пока я бродил по уже изведанным тропам. Было сложно сосредоточиться на одном участке тела — я хотел её всю. Стоило опустить руки на бёдра, Эвтида тут же уловила моё намерение, подпрыгнула и обхватила торс ногами, теснее прижимаясь своим сексапильным телом к моему. Был бы я без штанов — она оказалась бы уже на члене. Смышлёная. Я сделал несколько шагов к кровати и положил её, снял с себя ненужную одежду и навис сверху. Стянул вторую бретель, полностью оголяя небольшую упругую грудь. Отстранился, чтобы ещё раз посмотреть на неё. Эвтида раскинула руки по обе стороны от себя ладонями кверху. Уже сдаётся? Юбка задралась, еле прикрывая промежность, блестящая ткань осталась лишь на небольшом участке тела между пупком и тазобедренными косточками. Платье красивое, но пора бы его снять. Нащупав сбоку замок, я лишь наполовину расстегнул его, ткань зажевало. — Да что такое? Дай мне! Эвтида принялась помогать мне, но терпения больше не было, я стал разрывать платье прямо на ней. Блестяшки врезались в пальцы от того, как сильно я хватался за ткань. — Стой! Стой, неуравновешенный! Я люблю это платье! Швы трещали — Эвтида ругалась. Я не мешкая продолжил рвать платье по шву. Стянул его с ног и отшвырнул в сторону, рывком переворачивая актрису на живот, шлёпая по упругой заднице. Раздвинув ноги Эвтиды чуть шире, я разместил колени так, чтобы она не смогла их свести. Актриса снова потянулась к повязке, не доверяя мне, но я перехватил её руку, взял другую и перекрестил их за спиной. Так намного лучше. Удерживая её одной рукой, другой я провёл по половым губам, касаясь входа пальцем. Такая влажная, отзывчивая к ласкам девушка. Смочив пальцы в её смазке, я обхватил член у головки и провёл до основания. Яйца пухли от возбуждения, требовали разрядки с тех самых пор, как Эвтида назвала меня каким-то «хреном». Какой-то хрен тебя сейчас так оттрахает, милая, голова пойдёт кругом. Я достал презерватив и натянул на член. Направив себя рукой, я медленно вошёл в неё наполовину, отпуская тонкие запястья. Эвтида нашла опору в локтях, приподняла таз навстречу и сама стала двигать им, но не опускалась до конца, тогда я сжал ягодицы, слегка приподнимая их, и вогнал член до основания. Она издала блаженный стон, прогибаясь в спине, тогда я толкнулся в неё ещё раз, одной рукой сжимая упругое полушарие и притягивая к себе, другой надавил на лопатки, вдавливая в матрас. Сначала задвигался медленно, всматриваясь в скрытую мраком подтянутую спину, красивые изгибы талии и широко расставленных бёдер. Этот вид сводил с ума, подгоняя меня. Я стал двигаться быстрее, сжимая крепкое тело в своих руках, пока Эвтида мычала что-то, хватаясь за простынь. В воздухе всё смешалось: её тихие стоны, громкое, сбитое дыхание, влажные звуки смешения наших тел и то, с каким удовольствием мне отдаётся актриса. Без оглушающего крика, без томных взглядов, без всей этой мишуры, с которой встречаются её зрители. Я навис сверху, перехватил Эву за талию и, не выходя из неё, перевернулся на спину, располагая её сверху. Она раскинула ноги и упёрлась в матрас, таз оставался на мне, но лопатками Эвтида съехала вниз. Сформировав мостик, она нащупала моё лицо и притянула к себе, чтобы поцеловать. Наши языки сплелись, актриса принялась скакать на мне, с жадностью отбирая кислород. Ненасытная. Одной рукой я сжал упругую грудь, другой накрыл клитор, стимулируя его круговыми движениями. Ягодицы бились о мои бёдра, я двигался ей навстречу, кружа пальцами вокруг скопления нервных окончаний. Ей было хорошо снаружи так же, как хорошо внутри. Эвтида оторвалась от моих губ, простонала и откинула голову, рука вцепилась в мою, останавливая интенсивные движения пальцев. Так я украл у неё очередной оргазм, но всё ещё был голоден и хотел получить свой. Перевернув Эвтиду, я расположил её лицом к себе и наклонил ближе. Целовал грудь, водил языком вокруг соска и обхватывал губами, слегка оттягивая. Я кайфовал от того, с какой самоотдачей она двигалась сидя на мне, как постанывала и втягивала воздух сквозь сомкнутые губы, как доверилась, позволяя вертеть её, как мне захочется. Эвтида удивила меня, когда с идеальной осанкой уселась на член до конца и, плотно прижимаясь ко мне, задвигалась вперёд-назад. Её ритмично скачущая грудь, влажная от моих ласк, её подтянутый живот, пухлые губы… Я неотрывно смотрел на Эвтиду сквозь пелену на глазах, понимая, что уже на пределе. Ещё несколько скользящих движений, она вымученно простонала, и я обхватил её талию, притягивая к себе поближе. Содрогнулся, обильно извергаясь внутрь. *** Она упала на мой торс, стянула с глаз ленту, небрежным движением откидывая куда-то в сторону. Я вернулся к тому, с чего начал, и принялся водить кончиками пальцев по её плечу, лопаткам, шее. Везде идеальная, где не коснись. — Как ты это сделал? Эвтида нарушила тишину, отвлекая меня вопросом. Глупенькая, ты даже не представляешь, что ещё я могу тебе показать. Оставив её вопрос без ответа, я оставил на лбу актрисы поцелуй, встал и пошёл в душ, уже не переживая о том, как она будет пищать, когда увидит меня. Пищать, потому что на крик у неё попросту не осталось сил. Смыв с тела пот и остатки её помады, я вернулся в комнату и склонил голову набок, любуясь. Вымотанная Эвтида уже спала с блаженной улыбкой на лице, натянув одеяло до груди, так и не узнав, кто её ублажал этой ночью.

Эва

🎶Selena Gomez — bad liar

Меня вытащил из сладкого сна настойчивый стук в дверь. Приоткрыв один глаз, я посмотрела в сторону выхода и перевернулась на другой бок. Ещё слишком рано… Тук-тук-тук — Да кто там ещё? Время видели? — прикрикнула я, приподнимаясь на локтях. — Мисс, прошу прощения, но… уже обед. Обед? Что она несёт? Я огляделась: номер в отеле, зашторенные окна, кровать, на которой меня… о, боже… не сон! Не сон-не сон-не сон. Я медленно перевела взгляд вниз, оттягивая одеяло. Голая! Чёрт подери… Спрыгнув с кровати и обернувшись одеялом, я сделала несколько шагов к двери, но запуталась и плашмя завалилась на пол, выставляя руки перед собой. — Мисс, всё хорошо? — Да, да! Сейчас… Как это… чёрт, дайте мне секунду. Собрав себя в кучу, я накинула на плечи одеяло, как плащ, и открыла дверь, выглядывая из-за неё. Девушка застыла в недоумении, сжав ручку перекатного столика, видимо, с моим «завтраком». Я хотела объяснить ей, что ничего не заказывала, но она молча прошла в номер, поставила поднос со стола на прикроватную тумбу и принялась расставлять еду. Закончив, девушка повернулась ко мне, просунула руку в передник и достала карточку. Протянув её мне, она забрала перекатной стол, быстро возвращаясь к двери. — Позвоните на ресепшен, мисс, если Вам что-то понадобится. Я посмотрела на свой завтрак, затем на карточку в руке. Плотный картон пах так же, как незнакомец, с которым я провела ночь. Это был не сон и не плод моей больной фантазии… знать бы ещё, как информацию об этом уложить в своей голове. Покрутив в руках карточку, я прочла написанное на развороте: «Я восхищён и надеюсь, что наше впечатление друг о друге взаимно. P.s.: поешь хорошенько, восстанови силы для следующего свидания». Обрывки ночи тут же пронеслись табуном мурашек по позвоночнику. Я забралась на кровать, прижала колени к груди и посмотрела на поднос с едой. Какая еда, чёрт возьми, когда у меня во рту до сих пор привкус его парфюма? Больная, больная на голову… я даже не знаю, кто это был, но мне бы хотелось познакомиться с человеком, которому удалось не просто воскресить моё либидо, но из довести до оргазма. ТРИЖДЫ! Да я в жизни столько удовольствия не получала! Теперь он обязан на мне жениться… Даже если у этого человека лицо как у жабы — плевать, я готова ходить с завязанными глазами всю жизнь, ухватившись за его Пизанскую башню. Нет, у любовника с таким телом и достоинством просто не может быть некрасивое лицо, правда же? В любом случае, он обходительный, заботливый и вкусно пахнет, этого достаточно, чтобы меня привлечь. Я тяжело вздохнула, сползая с мягкой постели, умылась и воспользовалась гигиеническим набором, чтобы таксист не задохнулся, пока будет везти меня до дома. Запихивая в рот круассан с сёмгой, я стала искать бельё и платье с туфлями. Вещи были разбросаны по углам, прямо как у меня дома. С глупой улыбкой на лице я натянула трусы и подняла с пола платье, порванное чётко по шву. Чёрт. Совсем забыла, что этот бешеный не справился с замком… поиграть в темноте захотел он, а как потасканная проститутка буду выглядеть я. Хотя… кем мне себя ещё назвать после того, что со мной вытворяли ночью? Ни капли не жалею. Незнакомец был превосходен во всех смыслах этого слова, и я повторю грехопадение снова, самостоятельно завязав себе глаза. Но платье жалко. Я надела его и поняла, что в таком виде ехать невозможно. Сбоку зияла дыра, на коже остались алые отметины после незнакомца. И как он меня не сожрал? Надеюсь, я тоже ему что-нибудь оставила. Отыскав сумку, я взяла телефон и набрала Дию. Гудок, второй, третий, почему она не отвечает, когда так нужна мне? Бросив гаджет обратно, я подошла к стационарному телефону и позвонила на ресепшен, требуя в номер ту же девушку, что принесла мне завтрак. Она быстро прибежала ко мне, выпучив глаза. Я смерила её оценивающим взглядом, хитро улыбаясь. — Мне нужно твоё платье, — сказала я, поднося стакан с апельсиновым соком ко рту, — Чего встала, лапусь? Верну я, честно верну, до дома только доеду…

***

Я вышла из такси и быстро забежала в дом, надеясь, что никому из соседей не попадусь на глаза. Старая Нэнси выбежала из своего закутка, как только я попала в её поле зрения, и короткими перебежками направилась в мою сторону, держа коробку в руках. — Мисс Мур! Мисс Мур, Вам снова посылка! — залепетала она, растягивая свои морщинистые губки в улыбке. Нэн протянула мне плоскую прямоугольную коробку внушительных размеров. И снова не Amazon. Я кивнула Нэнси в знак благодарности и поспешила к лифту, пока она не закидала меня вопросами о внешнем виде и отправителе посылки. В этот раз я уже догадывалась, от кого она. Добравшись до квартиры, я ловко перепрыгнула обувь, о которую споткнулась в прошлый раз, и забежала в кухню, чтобы распаковать коробку. Крышка полетела в сторону, наверху лежал благоухающий конверт бордового цвета. Я раскрыла его, пробежалась глазами по строчкам, написанным от руки: «Знаю, ты злишься из-за платья. Прими это в качестве моих извинений» Я отложила записку в сторону и потянулась к своему подарку. В коробке лежало красивое шёлковое платье изумрудного цвета. Я побежала к зеркалу в спальне и приложила платье к телу, разглядывая себя. Мой незнакомец явно знает толк в извинениях и на следующее свидание наверняка захочет, чтобы я надела это платье. Красуясь у зеркала, я с улыбкой на губах подметила, что теперь являюсь счастливой обладательницей не только физиологического оргазма, но и эстетического. Приняв душ, я распласталась на кровати, закрыв глаза. Водила кончиками пальцев в тех местах, где касался меня незнакомец, представляла его руки на месте своих, но мои попытки не увенчались успехом. Не то, не там, не так, как делал он. Раздосадованная, я оделась и поехала в салон к Дие, чтобы рассказать обо всём, что со мной произошло. Подружка охала и вздыхала, хихикала, краснела, два раза наливала себе кофе и три раза получала по рукам от меня, когда пыталась погрызть ногти. Закончив с рассказом, я откинулась на спинку кресла и всплеснула руками, терзаясь сомнениями: — И как теперь дожить до этого «свидания»? Дия, мне жизненно необходим его ч… — Эву-у-ся, ты выглядишь такой счастливой, я понимаю тебя, но давай заменим слово «член» на какое-нибудь другое? — Дия усмехнулась, снова покраснев. — Ок, Пизанская башня устроит? — От тебя даже эта фраза звучит развратно, — Дия снова хихикнула, — и что же, мы теперь всегда будем обсуждать твою башню? — До тех пор, пока ты сама не поймешь, насколько хорошо получать оргазм, а не имитировать его. Подружка поджала губы, делая очередной глоток остывшего кофе, а я с понимающей улыбкой погладила её по плечу. Дия очень стеснительная, она не говорила открыто о своей интимной жизни, но давала понять, что ей не всегда удаётся получить приятные ощущения от близости со своим парнем. Я как могла наставляла подружку, даже объясняла, как самостоятельно ублажить себя и направить партнёра в нужное русло, хотя сама была не лучше. Раньше удовольствие с мужчиной казалось мне чем-то призрачным, непостижимым, но стоило попробовать с другим партнёром, и я поняла: моё тело не бракованное, просто ему не подходил член Аша.

***

Разобрав хлам на балконе вечером выходного дня, я решила пойти в зал. Закинув в спортивную сумку леггинсы, топ и сменную обувь, я собрала волосы в высокий хвост и с улыбкой на лице вышла из квартиры. Старая Нэн сказала, что последнее время я выгляжу счастливой, наверняка желая выведать подробности личной жизни, которой у неё не было. Но меня действительно грело какое-то чувство влюблённости изнутри, странное и неописуемое, ведь нельзя влюбиться в того, кого даже не видела. Нельзя же, да?  В зале было много людей, и я пожалела, что не взяла наушники. Стараясь не обращать внимание на то, как пыхтят вокруг потные мужики, я накинула на штангу пару блинов к рабочему весу и встала в стойку, чтобы отработать ноги. Мой незнакомец скоро объявится, и я должна быть в форме к нашему второму свиданию.  — А если не объявится, то пошёл к чёрту. — сказала я, делая очередной подход.   — Прям так категорично?  Откуда ни возьмись в отражении зеркальной стены появился Амен Хардстоун. Судя по большим гантелям в его руках, он куда-то направлялся, но не смог пройти мимо без своей лепты. Его торс облепила белая безрукавка с О-образным вырезом, на предплечьях вздулись вены, на серых трико отчётливо выделялся внушительный бугор, отвлекающий меня от упражнения.  Какой стыд!   Не отрываясь от приседа, я скривила губы и закатила глаза, уверенная на сто процентов, что Хардстоун заметит мой пренебрежительный жест и уйдёт, но он встал как вкопанный, и принялся качать свои и без того раздутые руки в паре метров от меня.  — Заюш, глаза не вытекут от такого вида?  — От вида того, как Вы пыхтите, глядя на себя? Ничуть. В зале Вы работаете усерднее, чем на съёмочной площадке.  Он ухмыльнулся, и лишь тогда я заметила, что смотрит не на мою задницу, а чётко в глаза. Щёки налились краской, он дважды ставит меня в неловкое положение. Видел бог, я хотела промолчать, ведь Аш с Тизианом очень надеялись, что нас не выпрут из офиса. Но импульс раздражения уже ринулся по телу, заставляя отвлечься от упражнения. Я вернула штангу на место и подошла к Амену, бесцеремонно вклиниваясь в его личное пространство. Мне пришлось запрокинуть голову, чтобы выглядеть убедительнее, но он не шелохнулся, с непроницаемым взглядом ожидая выпада.  — Чего пристал-то ко мне? В зал за мной увязался. Не в моём ты вкусе, не-в-мо-ём, ясно? И хватит на меня так смотреть своими колючками!  Глаза Амена потемнели, он смотрел на меня с прищуром, уголок губ дрогнул и медленно потянулся вверх, формируясь в самодовольную усмешку. Он наклонился к моему уху, низким голосом дробя барабанную перепонку:  — Вы ещё не пробовали меня на вкус, мисс Мур. А зал этот мой, поэтому я здесь, — отстранившись, добавил, — и буду смотреть туда, куда пожелаю.  Я опешила от такого ответа и за малым не проглотила собственный язык. Мотнув головой, я хлестанула Хардстоуна хвостом по груди и ушла в другой конец помещения, чтобы скрыться из его поля зрения. Снова выставила себя идиоткой, а он… он… просто нахал!  Никогда не думала, что встречу человека, способного заткнуть меня. 

***

Следующие два дня мысли о незнакомце не покидали меня. В голове была мешанина, как и в квартире, поэтому я решила разобрать шкаф и обувь в прихожей, чтобы хоть где-то воцарился порядок. Еда казалась пресной, одежда некрасивой, а туфли — неудобными. Я не могла сосредоточиться на съёмках, рейтинги падали, но одна радость всё же была. Наш арендодатель не появлялся в офисе, не пялился исподтишка на мой зад своими колючками и не делал вид, будто ему безразлично происходящее по ту сторону объектива. Познакомиться он не хотел, зал видите ли его, пф-ф. Напыщенный болван.  Настроение было ни к чёрту, выходной тянулся медленно, и к вечеру я распласталась на кровати от безделья, прокручивая в руках записку от незнакомца. Куда он делся? Решив отвлечься, поднялась на ноги, надела первые попавшиеся джинсы, кофту, и вышла из квартиры, собираясь скрасить вечер бутылкой вина.  Проходя мимо Нэнси, я с досадой подметила, что та не спешит ко мне с очередной коробкой. И пусть. Я почти забыла о нём — убеждала саму себя, уверенным пружинистым шагом направляясь к выходу, но у двери меня окликнула Нэн, торопливо перебирая ногами с конвертом в руке.  Свершилось!  Я забрала из её рук долгожданный конверт и раскрыла его, с жадностью вчитываясь в написанные от руки строчки:  «Завтра в семь за тобой приедет мой водитель. Улыбнись, если согласна.»