Часть 2

Теперь я мог только смириться с новой реальностью. Первые три года своей новой жизни прошли спокойно, если не считать моих скрытых тренировок. Дом Кентов был уютным, семья – доброй и заботливой. Больше всего времени я проводил с братом, которого звали Кларк Кент. Меня же называли Кей Кент. В голове мелькала шутка: "Ну хоть не Хуан какой-нибудь, а то в некоторых фанфиках китайцы любят вставлять это имя куда ни попадя." С самого начала я понимал, что время нельзя тратить зря. Энель, чьи силы я унаследовал, обладал мощной атакой, но страдал недостатком выносливости. Это была моя главная задача – развить её самостоятельно. Втайне от всех я экспериментировал с электрическими разрядами. Заряжал батареи, подогревал чайник, пытался вызывать искры между пальцами. Это помогало мне лучше понимать свою силу и учиться её контролировать. Помимо этого, я принялся развивать волю наблюдения. Это оказался самый доступный для меня навык. Я завязывал глаза и ходил по дому, стараясь ориентироваться на чувства и интуицию. Со временем в эту игру я вовлёк Кларка. Он кидал в меня игрушки, а я уворачивался, используя только свои ощущения. Конечно, наша мать, Марта, сперва беспокоилась, думая, что братья конфликтуют. Но со временем она успокоилась, решив, что это лишь наши детские забавы. Кларк же с самого детства демонстрировал невероятные способности. Он ползал быстрее, чем я бегал, и часто удивлял меня своей силой. Родители, Джонатан и Марта, нередко испытывали стресс, стараясь скрыть его необычности от окружающих. Их страхи были понятны: никто не хотел бы, чтобы их ребёнка изучали в лаборатории. Нас с Кларком познакомили с соседями – родителями Ланы Лэнг. Маленькая Лана оказалась милой девочкой, которая любила играть в куклы. Но Кларку почему-то становилось плохо, когда он находился рядом с ней. Позже выяснилось, что в их доме хранился кусок криптонита – на тот момент мы этого не знали. В результате Кларка быстро увели домой, а я стал проводить с Ланой больше времени, чем он. Длительное воздействие криптонита, похоже, сказалось на самой Лане. Со временем её внешний вид стал более здоровым, движения – уверенными. Её лицо словно светилось. Я предположил, что её организм каким-то образом адаптировался к воздействию минерала. Между тем я продолжал тренировки. Марта и Джонатан смотрели на мои эксперименты с завязанными глазами с умилением. Всё шло гладко, пока я не начал демонстрировать явные навыки, уворачиваясь от предметов с невероятной точностью. Это насторожило родителей, и они решили проконсультироваться с психологом. Однако тот ничего необычного во мне не выявил. Вдохновлённый моими играми, Кларк тоже стал тренироваться, ходя с завязанными глазами. Его особый слух позволял ему быстро сориентироваться, но вскоре ему это надоело. Я же продолжал упорно развивать волю наблюдения. Я попросил отца установить в амбаре шарики на верёвках. Они качались хаотично, и я, используя волю наблюдения, перемещался между ними, избегая столкновений. Это стало одной из самых эффективных тренировок, помогавших мне совершенствовать навык и двигаться к новым вершинам. Марта и Джонатан очень нас любили и старались поддерживать во всём, что касалось нашего детства. Они потакали нашим маленьким желаниям, но я не злоупотреблял этим. Брал только то, что действительно нужно и что можно было достать обычным способом. С самых ранних лет Марта начала учить нас читать и писать. Она уделяла много времени тому, чтобы мы могли выразить свои мысли на бумаге. Для Кларка это было настоящим приключением – он с удовольствием слушал сказки, которые мама нам читала. Он задавал множество вопросов, фантазировал, представлял себя героями этих историй. Для меня же всё было иначе. Эти сказки я читал скорее из практической необходимости, чем ради удовольствия. Система, которую я получил в момент своего перерождения, предоставила мне только голосовой модуль английского языка. Так что письменную часть мне пришлось осваивать с нуля. Каждую вечернюю сказку я воспринимал как урок. Марта читала нам, а я незаметно повторял слова, старался запомнить их написание, мысленно воспроизводил услышанное. Иногда я перехватывал у неё книгу и сам начинал читать вслух, чтобы лучше чувствовать язык и тренировать письменный английский. Кларк, конечно, удивлялся, почему я вдруг так увлёкся книгами. Но для него я находил простые объяснения вроде "хочу быть умным, как папа". В те годы я всё больше понимал, насколько важна грамотность, и старался догнать местных детей в этом вопросе. Марта, видя моё рвение, часто хвалила меня за старания, хотя порой замечала, что я куда быстрее схватываю материал, чем можно было бы ожидать от ребёнка моего возраста. "Ты у меня маленький умник", – говорила она с тёплой улыбкой. Так я постепенно обретал базу знаний, необходимую для выживания в новом мире, и укреплял связь с семьёй, которая стала для меня настоящей опорой в новой жизни. Марта, заметив мою тягу к знаниям и очевидную гениальность, начала приносить из библиотеки более серьёзные книги. Вместо сказок или детских рассказов на столе появились учебники по математике, физике, геометрии и другим наукам. Она хотела дать мне всё лучшее, что могла, и, казалось, была уверена: если я начну изучать эти дисциплины с ранних лет, то смогу добиться невероятных высот. В теле ребёнка, где развлечений было немного, я жадно поглощал всю эту информацию. Страницы учебников становились всё более замусоленными, а углы книг – всё более загнутыми. Я читал их до дыр, впитывая знания, словно губка. Постепенно я перешёл на ещё более сложную литературу, и однажды меня застали за чтением книги по высшей математике. Джонатан и Марта не могли скрыть своей гордости. Они часто обсуждали между собой, насколько я "особенный" и как мне повезло быть таким одарённым. "Он у нас настоящий маленький учёный," – говорил Джонатан с улыбкой, поглядывая, как я, нахмурившись, решаю задачи, которые даже он сам понимал с трудом. Кларк, глядя на мои успехи, тоже пытался увлечься книгами. Однако ему, как и любому ребёнку, не хватало усидчивости. Он быстро отвлекался, особенно когда за окном ярко светило солнце и хотелось побегать на улице. Его природные способности позволяли ему учиться быстрее, чем обычным людям, ведь его мозг действительно работал как суперкомпьютер. Но даже этот дар не мог победить детскую лень. Порой Кларк с завистью говорил: "Кей, как ты это всё читаешь? Это же скучно!" На что я отвечал: "Скучно – это не знать ничего, когда вокруг столько интересного." В те моменты я чувствовал себя не только старшим братом, но и примером для Кларка. Я знал, что когда-нибудь он осознает свои способности и силу и тоже начнёт использовать свой потенциал. А пока я просто учился и набирался знаний, готовясь к тому, что однажды они мне пригодятся. К четырём годам я уже всерьёз начал работать над своей выносливостью. Ежедневные пробежки вокруг фермы стали привычным делом. Марта и Джонатан, конечно, не пускали меня слишком далеко, но этого было достаточно, чтобы укрепить тело и развить дыхание. В результате таких тренировок я вскоре смог частично элементаризироваться, превращая конечности в молнию. Это было началом настоящего прогресса, и я понимал, что надо двигаться дальше. Для улучшения состояния организма я пошёл на довольно рискованный эксперимент. Изучив свойства криптонита, я решил использовать его в тренировках. Я мелко перетирал минерал и добавлял его в овощные коктейли, которые пил перед тренировками. Это, конечно, звучало как сумасшествие, но эффект оказался удивительным. Мои молнии начали приобретать зеленоватый оттенок, а сам организм постепенно улучшался. Тело из мира "Ван Пис" оказалось весьма подходящим для таких экспериментов. Оно реагировало на криптонит не разрушительно, как тело криптонцев, а скорее как на стимулятор. Это давало мне возможность направленно мутировать, постепенно совершенствуя физические параметры и усиливая свои способности. Каждый день я чувствовал, как становлюсь сильнее, быстрее и выносливее. Это был непростой путь, но результаты стоили всех усилий. Впереди меня ждало ещё больше испытаний, и я был готов встречать их лицом к лицу. Мои тренировки становились всё интенсивнее, и с каждым днём я чувствовал, как мой контроль над способностями Энеля становится всё лучше. Это проявлялось в мелочах: удары становились точнее, молнии мощнее, а скорость реакции росла. Я осознавал, что процент ассимиляции с силой Энеля постепенно увеличивается. Моё тело и энергия начали работать в гармонии, словно они всегда были частью меня. Однако с ростом моей активности родители не могли не заметить, что я слишком много времени уделяю физическим нагрузкам. Однажды за ужином Джонатан посмотрел на меня с лёгкой улыбкой и спросил:— Кей, зачем тебе так упорно тренироваться? Ты ведь ещё ребёнок, куда тебе столько сил? Я на мгновение задумался, подбирая ответ. Потом, подняв на него серьёзный взгляд, сказал:— Чтобы помогать вам на ферме, папа. Ведь работа у нас нелёгкая. А ещё... чтобы защитить тех, кто мне дорог. Джонатан и Марта переглянулись, их глаза наполнились теплотой. Они не стали задавать больше вопросов, но я видел, что мои слова их тронули. Марта погладила меня по голове и сказала:— Ты наш маленький герой, Кей. Но не забывай, что ты всё ещё ребёнок. Не перегружай себя, ладно? Я кивнул, стараясь успокоить их. На самом деле я знал, что мои тренировки — это не просто способ помочь семье. Это подготовка к тому, что неизбежно. Я чувствовал: мир не всегда будет таким спокойным, как сейчас. Рано или поздно наступит момент, когда мои силы понадобятся, чтобы защитить не только близких, но и этот мир. С годами моя мускулатура становилась всё более рельефной и мощной, что, конечно, радовало. Однако у этого была и обратная сторона: мне приходилось съедать едва ли не больше, чем всей семье Кентов вместе взятой. Если Кларк черпал свои силы из солнечной энергии, то мои способности напрямую зависели от криптонита и тела из мира "Ван Пис". А это тело требовало огромного количества строительного материала для постоянного укрепления и развития. Чтобы как-то справляться с этой проблемой, я вместе с братом Кларком начал активно помогать Джонатану Кенту на ферме. Нам приходилось работать усердно, чтобы обеспечивать хотя бы себя пропитанием. У Кларка работа спорилась благодаря его сверхспособностям, но я не отставал, применяя свою растущую силу и выносливость. Работа на ферме с отцом стала для меня не только полезным опытом, но и возможностью научиться чему-то новому. Джонатан любил делиться своими знаниями, и я внимательно впитывал каждое слово. Мы вместе проходились по полям, и он подробно объяснял, как правильно использовать удобрения, инсектициды и другие средства защиты растений. — Видишь, Кей, вот это — сорняки. Они мешают урожаю расти. А тут вредители, — говорил он, указывая на мелких насекомых, прячущихся на листьях растений. — Если их не контролировать, весь наш труд может пойти насмарку. Я кивал и старался запомнить всё до мелочей. Джонатан даже показывал мне, как правильно рассчитывать дозировки и где лучше всего применять те или иные вещества, чтобы минимизировать вред для земли. Это была тонкая наука, которая требовала терпения и аккуратности. Иногда, чтобы сделать моё участие ещё интереснее, он позволял мне покататься на тракторе. Это была моя любимая часть работы. Правда, возникала одна небольшая проблема — мой рост. Сидя за рулём трактора, я едва доставал до педалей. Джонатан с улыбкой решил эту задачу, подкладывая мне подушки и деревянные блоки под ноги. — Теперь ты настоящий фермер, Кей! — смеялся он, глядя, как я управляю трактором с гордостью в глазах. Первое время мне приходилось быть осторожным, но со временем я освоился и чувствовал себя уверенно за рулём. Работа на ферме помогала мне не только укрепить тело, но и понять, насколько труд родителей важен и насколько каждый процесс на ферме влияет на конечный результат. Эти моменты, проведённые вместе с отцом, сближали нас. Джонатан всегда находил способ превратить даже тяжёлый труд в увлекательный урок, и я был благодарен за эти минуты, когда он делился со мной своей жизненной мудростью. Выращивать что-то своими руками оказалось не просто полезным, но и невероятно увлекательным занятием. Это напоминало мне времена из прошлой жизни, когда я с бабушкой часами возился в парнике, ухаживая за помидорами. В детстве это были одни из самых тёплых воспоминаний, и теперь, работая на ферме вместе с отцом, я снова чувствовал это особое удовольствие от наблюдения за тем, как растёт что-то, во что ты вложил свой труд. В этом году благодаря нашим усилиям выдался отличный урожай. Мы тщательно ухаживали за каждым участком земли, следили за вредителями и удобрениями, и, когда пришло время собирать плоды, даже Джонатан был приятно удивлён результатами. Однако, помимо обычной заботы о земле, я предпринял ещё одну необычную меру. По всему полю я закопал небольшие куски криптонита. Пусть это звучало странно, но радиация, исходящая от минерала, заметно улучшала рост растений. Листья становились гуще, а плоды — крупнее. Конечно, о моём маленьком эксперименте никто не знал. Кларк, как и следовало ожидать, почувствовал на себе влияние криптонита. Он быстро начал жаловаться на плохое самочувствие, когда подходил близко к полю. Но проблема решилась сама собой: работа на ферме ему была скучна, так что он даже не стремился туда заходить. Родители особо не настаивали, ведь Кларк находил другие способы быть полезным и проводил время с матерью или помогал с домашними делами. Я же продолжал наблюдать за своим экспериментом. Каждый день, прогуливаясь по полю, я смотрел, как растения растут быстрее, чем обычно. Конечно, криптонит был не идеальным решением, но я не мог упустить шанс проверить, насколько его энергия может быть полезной в мирных целях.