Часть 2

Глаза незнакомки медленно поднялись на Виэль, которая внезапно появилась перед её столиком. Она смотрелась так странно в этом шумном зале, словно шагнула сюда из какого-то другого времени — белое платье, аккуратный крест на груди и такая учтивая нерешительность во взгляде. Девушка перед ней была не такой уж навязчивой, как те, кто сует в руки брошюры на остановках. В её взгляде было что-то другое — немного отчаянное, но живое. А глаза... зелёные и ясные, будто видят этот мир иначе. Ано улыбнулась — легко, как-то по-своему. Поставила вилку на край тарелки и чуть наклонила голову, чепчик на её волосах сместился на миллиметр, отчего она выглядела ещё более кукольной. — Садись, конечно, — сказала она просто, а потом, скользнув взглядом по скромному нарядуВиэль, добавила с лёгкой насмешкой: — Только я надеюсь, ты не за благотворительностью сюда пришла. Виэль почувствовала, как кровь прилила к щекам — не от стыда, а от какого-то злого раздражения. Церковь? Серьёзно? Как будто на лбу у неё крест выжжен. Да, платье было скромным, но что теперь, всех в богомольные записывать? Она фыркнула про себя, заставляя уголки губ едва заметно дрогнуть в усмешке. — Ну уж нет, — бросила она, опускаясь на стул напротив Ано с таким видом, будто занимает трон, а не деревянное кресло в шумной столовой. — Я сюда не за проповедью пришла, расслабься. Она скрестила ноги и театрально провела ладонью по белой ткани юбки, словно разглаживая невидимые складки. На самом деле, просто чтобы занять руки — иначе они выдадут, насколько она на самом деле волнуется. Теперь, когда она сидела напротив, Ано выглядела ещё более невозможной: кукольное лицо, синие, почти колдовские глаза, и это её платье — словно кто-то переместил порцелановую лолиту прямиком из прошлого века в середину студенческого хаоса. Вот это самоуверенность, — промелькнуло в голове Виэль. На её фоне она чувствовала себя инородной монетой в коллекции древних артефактов. — Интересная ты, — сказала Виэль наконец, чуть наклонив голову и ухмыльнувшись. — Неужели у тебя это по расписанию? Сидеть, пугать народ и выглядеть, как живая кукла? В её голосе сквозила лёгкая ирония, но глаза блестели азартом — таким, каким они горели всегда, когда она решалась делать что-то не по сценарию. Она не пришла сюда, чтобы оправдываться, и уж точно не собиралась уходить первой. — Я Виэль, — добавила она, вытягивая руку с нарочито изящным жестом, будто это дуэль на шпаге, а не знакомство за столом. — Не уверена, что ты меня запомнишь, но поверь, мне пока достаточно того, что я тебя не забуду. Она усмехнулась чуть шире, будто сама над собой, и бросила взгляд на её чепчик: — Кстати, неплохо ты это придумала. Полный антураж, ни дать ни взять. Столовая ведьмочек закрыта? Решила заглянуть сюда? — Виэль сама удивилась, насколько легко ей давались эти слова. Всё внутри кипело, ирония была щитом — но и смелостью, той, которую она, кажется, вдруг нашла. Ано оторвалась от своей тарелки и выпрямилась, словно кукла, которую аккуратно посадили на витрину. Она оглядела Виэль с головы до ног — медленно, почти изучающе, — будто решала, стоит ли продолжать игру или закрыть занавес прямо сейчас. — Ведьмочек? — переспросила она, наклоняя голову чуть вбок, отчего завитые локоны красиво легли на плечи. — Не знаю, кто из нас больше похож на ведьму, но если я решу кого-то заколдовать, уверяю, ты будешь первой в списке. — На её лице появилась тонкая улыбка — не совсем добрая, но и не злая. Скорее, игривая, как у кота, который только что нашёл себе забаву. — Живая кукла, значит, — продолжила Ано, поправляя кружево на перчатке. — Это уже интереснее, чем "странная" или "жуткая", как обычно говорят. Хотя… — она пронзила Виэль взглядом своих синих глаз, сверкающих, как острое лезвие, — что-то мне подсказывает, ты и сама не из тех, кто вписывается в рамки. Она облокотилась на стол и склонилась чуть ближе, будто открывая маленький секрет: — Я Ано. И, поверь, если бы я пугала народ по расписанию, ты бы уже в обморок упала. Ано снова откинулась на спинку стула и, как ни в чём не бывало, взяла в руки вилку. — Так что, Виэль, — она нарочито смаковала её имя, будто пробуя его на вкус, — скажешь, ты здесь потому, что я "интересная"? Или тебе просто не с кем поиграть в драму на этом жалком студенческом банкете? — Она подцепила кусочек еды и, с улыбкой, в которой было больше вызова, чем приветливости, добавила: — Не стесняйся, я люблю зрителей. — А насчёт драмы… — Виэль подняла бровь, и в голосе появилась нарочито театральная нотка. — Ну, прости, дорогая, не все могут выглядеть так, будто их выпустили с маскарада прошлого века. Некоторым из нас приходится работать с тем, что есть. Её зелёные глаза на мгновение задержались на перчатках Ано, на кружеве, идеальном до последнего стежка. Виэль почувствовала укол зависти — не к стилю, нет, а к уверенности, с которой Ано его несла. Как будто ей плевать на весь этот мир. Это злило, но и завораживало одновременно. —Ано, — повторила она её имя медленно, будто пробуя его на язык, точно так же, как Ано сделала до этого. — Я здесь потому, что скука убивает быстрее, чем твоё колдовство. Так что не обольщайся. Она усмехнулась и на секунду взглянула в её глаза — нагло, по-настоящему, будто пыталась понять, что скрывается за этим фарфоровым фасадом. —Но если ты решила взять на себя роль злодейки в этой жалкой комедии студенческой жизни, предупреждаю: мне не нравятся второстепенные роли. Виэль откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди, уголки губ всё ещё подрагивали от едва сдерживаемой усмешки. — Так что, будем сидеть, обмениваясь остроумиями, или расскажешь, где ты на самом деле прячешь свою метлу?