Глава 10. Побег.

      Радость о живом Зверобое была недолгой. Йога своей необузданной похотью разрушал все надежды. Он крепко прижал Татьяну к стене, буквально вдалбливаясь в неё. Неровности на стене ранили спину. Терпеть было невозможно. Таня упёрлась руками в грудь Йоге, пытаясь его оттолкнуть. Он перехватил её руки и прижал к стене Над головой. Она попыталась сделать шаг в сторону, чтобы свести ноги. Йога плотнее её прижал к стене и одна из выпуклостей до крови разодрала девушке кожу на спине. Таня тихо вскрикнула от боли. Мужчина воспринял это за экстаз и ускорил движение.       - Мне больно! Остановись! - взмолилась она.       Йога был глух к её мольбам и останавливаться не собирался. Рана на спине расширялась, причиняя много боли. Таня снова попыталась вырвать свои руки из хватки мужчины, но тщетно. Йога впился, словно вампир, губами в её шею. По спине из раны потекла. Выпуклости врезались в тело, Таня терпела из последних сил. Вырваться не удаётся. Ситуация грозит исполосовать её спину до мяса, если не до костей. Острая выпуклость прошлась между лопаток, оставив глубокую рану. Таня вскрикнула. И снова Йога воспринял это как экстаз и стал двигаться неистово. Таня громко ныла от боли:       - Хватит! Умоляю! Ты убиваешь меня!       Йога будто не слышал. Или же он так наказывает её за ненависть и презрение?       - Больно! Больно! - выла она, истекая кровью и обливаясь горькими слезами.       В проходе она увидела знакомый силуэт. Это Кочерга. И он видит всё, что делает с ней Йога. Таня отвернула лицо, не в силах видеть такое унижение. Если сейчас Кочерга позовёт остальных посмотреть такое зрелище, то она сойдёт с ума от позора. Но Кочерга не стал смотреть. Он прошёл в противоположную комнату. Йога издал длинный громкий стон и кончил. Пьяный и обессиленный, он свалился на пол, с трудом натянув на себя джинсы. Таня, униженная и опозоренная, медленно опустилась рядом с ящиками, где лежала старая одежда. Всхлипывая и скуля, она достала рваную, но чистую рубашку, и ею вытерла следы изнасилования. Йога действительно страшный человек. Сексуально ненасытный демон! Суккуб! Сталкеры очень недооценили жестокость этого человека. Она лично в этом убедилась.       Таня посмотрела на окно. Снова возникла мысль сброситься, чтобы больше не страдать. Но после смерти страдания продолжатся и уже никогда не прекратятся. Раз Зверобой жив, значит, он придёт за ней. Он обещал. Только время идёт и оно не в её пользу. Хныкая, Таня побрела отсюда, сгорбившись и громко шаркая дрожащими ногами. Спустившись на один уровень, она увидела, что несколько бандитов стоят и смотрят на неё. Её сильнее затрясло. Не смотря ни на кого, девушка прошмыгнула мимо них. Рваные раны на спине щипали и кровоточили. Кто-то из бандитов сказал:       - Она на приведение похожа.       Таня остановилась и медленно оглянулась, не переставая дрожать.       - А я и не чувствую себя живой! Я умерла! - простонала она. - Я в аду!       Бандиты в Зоне славились разбоем и грабежом, но даже для них подобная картина казалась жуткой. Сгорбленная, словно старуха, девушка; волосы растрёпаны, лицо бледное как у мертвеца, заплаканные глаза полны боли и страха, одежда порвана, а вся спина разодрана до крови. Таня действительно больше походила на призрака, чем на живого человека. Некоторые бандиты, много повидавшие в своей жизни жестокости, смотрели на неё с ноткой сострадания. Только ей от этого ни тепло, ни холодно. Ведь Зверобой жив, но до сих пор не пришёл её спасти. Таня побрела дальше, постоянно спотыкаясь.       Холодно! Как же холодно! Она шла, сама не зная, куда. Её трясло и от холода, и от боли, и от обиды. Из комнаты вышел молодой парень и вскрикнул от страха, когда она проходила мимо. Девушка смотрела перед собой, ничего не замечая вокруг себя. Следом вышло ещё двое. Увидев её, один тихо нецензурно выразился, а второй что-то пробурчал про палёную водку.       Ноги привели её к медпункт, хоть она и не знала, где он находится. Прошмыгав ещё немного, она свалилась на колени возле кушетки у стены. На руках появились синяки от крепкой хватки обидчика, кожа на запястье в ссадинах и царапинах. Кровотечение на спине немного ослабло, но не прекратилось. Раздалось эхо шагов. Таня взвыла, решив, что Йога не закончил и пришёл продолжить пытку. Она побоялась поднять голову, чтобы увидеть его. Он настолько страшен, что смотреть на него стало невыносимо. Как только мужчина подошёл, Таня закричала и забилась под кровать.       - Эй, тише, тише! Это я, - протянул ей руку Кочерга.       Но Таня плотнее прижалась к стене, не переставая ныть. Кочерга отодвинул в сторону кровать и Таня прижала голову руками к полу.       - Господи! - с ужасом воскликнул Кочерга. - Что он с тобой сделал!       Мужчина достал бинт и пузырёк мирамистина. Обмакнув кусок бинта, он аккуратно касался ран на спине девушки. Таня тихо хныкала.       - Мне очень жаль, что до этого дошло, - с сочувствием произнёс он.       Она не поверила ни одному его слову. Кочерга такой же потенциальный мучитель, как и его друг. Почему? Потому что мужчина!       - Мне надо обвязать твои раны, - сказал он.       - Убей меня лучше! - простонала она. - Я больше этого не вынесу!       Кочерга рыкнул:       - Послушай, я понимаю, какого тебе сейчас...       - Ничего ты не понимаешь! - промычала Лепра. - Ты не на моём месте. Ты женоненавистник. Так наслаждайся моей болью!       - Прекрати! - прикрикнул Кочерга.       Таня вскрикнула и снова сжалась.       - Блин! Извини, что рявкнул! Говорю тебе, я не ненавижу тебя. Мне правда очень жаль, что с тобой произошло. Но я прошу тебя подождать ещё немного.       - Я больше не отличаю день от ночи!       - Что произошло? Почему Йога сорвался?       - Я сказала ему правду.       - Какую?       - Что ненавижу его и презираю.       - Вот оно что! Но послушай, со дня на день сюда приведут девчонок и он переключится на них.       - Я не переживу, если этот суккуб снова коснётся меня.       - Он и не посмеет. Ты сейчас больше на призрака похожа.       - Ты ведь всё видел! Видел, что он со мной делает! Почему ты не помог мне? Почему не заступился?       Это поставило Кочергу в тупик.       - Я не мог. Ведь он мой друг, - виновато ответил он.       - Тогда всё понятно, - прохрипела Татьяна.       Она с трудом смогла встать на ноги.       - Мне всё понятно, - повторила она и легла лицом к стене на другую кушетку.       - Послушай..., - подошёл он к ней.       - Оставь меня! - прослезилась она.       - Тебя надо перевязать...       - Уйди, пожалуйста!       Кочерга глубоко вздохнул и вышел. Снова одна наедине со своей болью. Ей описывали ужасы Зоны. Но настоящим ужасом оказался человек. Мужчина. Терпению пришёл конец. Она на грани безумия. Надо срочно бежать. Зверобой жив, но на помощь не спешит. Значит, надо спасаться самой. Только эта мысль помогала ей сохранить рассудок. Это встряхнуло и помогло вспомнить ещё одну цель - нейтрализовать Йогу. Здесь, в медпункте, должно быть что-то, что поможет ей в осуществлении плана.       Таня заставила себя встать с кровати и осмотреться. Здесь никого, кроме неё, нет. У ветхого письменного стола стояло два больших шкафа, наполненные всякими медикаментами. Пока никто сюда не пришёл, Таня быстро стала искать снотворное или слабительное. Удалось найти Донормил. Рецептурный препарат. И зачем он бандитам? Но это не важно. Если есть, значит кто-то им пользуется.       Упаковка была грязной и потрёпанной, но сам пузырёк нетронутый. Таня хотела забрать его, но побоялась, что пропажу быстро обнаружат и подозревать будут её. Она взяла три таблетки, завернула в кусок бинта и спрятала в своём бюстгальтере. Поставив снотворное на место, она вернулась на кровать.

***

      Кочерга тащил на себе пьяного Йогу, не в состоянии дойти до кровати самому. Пахан что-то мычал себе под нос. В комнате он вдруг прорычал:       - Зато я люблю тебя!       Кочерга усмехнулся. Он уложил друга на диван и вернулся в медпункт. Татьяна лежала, продолжая содрогаться от каждого звука и болевого импульса. Она услышала быстрые и уверенные шаги. По темпу она поняла, что это кто-то из бандитов. До утра Йога её оставит в покое. Таня часто прокручивала в мыслях то, что произошло с ней. Говорят, что любую боль со временем можно забыть. Но нет. То, что она переживала изо дня в день, никогда не забыть. Мужчины стали для неё воплощением зла. Увы, женщина в физическом плане всегда будет слабее. Из покон веков мужчины могли безнаказанно издеваться над женщиной. Её могли продать за золото или прекрасного коня. Могли избивать ради извращённого удовольствия, похищать ради рождения детей. Но чтобы любить и уважать, ставить себе как равную! Нет! И это продолжается в некоторых странах. Мужчины называют злом женщин, не замечая за собой зла. Только женщина всегда будет страдать больше. В жизни Татьяны мужчины только и делали, что причиняли ей боль. Никто из них никогда не заступался за неё, не любил и не уважал. Собственный отец бросил её с матерью в трудную минуту. Зверобой не спешит ей на помощь, Гонта с друзьями бросил на произвол, и Волку тоже безразлично. Конечно, лучше пусть она одна страдает, чем другие пострадают из-за неё. Таня их не винила, но надежда найти друзей у неё погасла. Она одна. Совсем одна!       Кочерга вернулся и подошёл к Лепре. Раны на спине больше не кровоточили и немного подсохли.       - Ты спишь? - тихо спросил он.       Она дёрнулась.       - Тебя надо перевязать.       - Я не хочу, чтобы меня опять трогали, - сжалась она в позу эмбриона.       - Но твои раны могут загноиться.       - Ну и пусть! Тогда этот демон меня не тронет!       - А ты к матери вернуться хочешь? Я верну тебя к ней, только дай поухаживать за тобой. Обещаю, что ничего плохого я тебе не сделаю.       - Я больше не верю слову мужчины. Мой отец много, что обещал, а в результате предал.       - Мне ты можешь верить.       Таня села, посмотрела на него с упрёком и фыркнула:       - Я тебе уже однажды поверила! Напомнить, что ты сделал?       - Я тебя тогда ненавидел...       - Откуда мне знать, что ты не лицемер? Что-то быстро ты сменил гнев на милость по отношению ко мне!       - Если бы я был лицемером, то не пришёл бы сюда обработать твои раны! - рявкнул он от обиды.       Таня прижалась к стене и закрыла руками глаза. Любой резкий тон стал для неё угрозой. Кочерга взял её за запястье и заставил встать.       - Я терпеливый! Но моё терпение не безгранично! - прошипел он.       Таня стояла, закрыв лицо руками. Кочерга забинтовал её раны. Он пожалел, что рявкнул. Он провёл рукой по её голове, чтобы успокоить. Она тут же отпрянула от него, как от удара, и отступила на несколько шагов назад. Когда Кочерга сделал шаг в её сторону, она быстро забралась под кровать и захныкала. Он цыкнул и ушёл. "Довёл Йога её!" - подумал бандит.       Девушка вылезла. Спать на кровати стало страшно. Йога, когда она засыпала раньше его, приходил и ложился рядом. Если он сейчас очнётся и придёт сюда, то ей не убежать. Таня взяла покрывало и, укутавшись, снова легла под кровать. Здесь её не видно. Хоть на какое-то время её оставят в покое. Лёжа на полу, она дрожала от боли, обиды и холода. За ночь можно заболеть. Йога не трогал её, когда она болела. Значит, болезнь - избавление от насильника. Удалось заснуть только под утро. Никто больше не приходил в медпункт, что было только на руку

***

      Йога проснулся с адской головной болью. Громко матерясь на похмелье, он достал из шкафа начатую бутылку водки и сделал два больших глотка.       - Ооооох, голова!!! Нах эту пьянку! Сдохнуть так могу! - причитал мужчина.       На автомате он вышел из комнаты и прошёл в туалет. Бандиты, при виде его, сразу разошлись кто куда. Вернувшись, Йога первым делом искал глазами Татьяну. Не обнаружив её, он прошёл на кухню. Зуб вместе с Кочергой и Окурком завтракали. Татьяны среди них нет.       - Где она? - воскликнул Йога.       Кочерга с обидой смотрел на своего друга, с аппетитом поглощая бутерброд с колбасой. Йога вопросительно посмотрел на него.       - Она в медпункте, если конечно за ночь копыта не откинула! - равнодушно ему ответил Кочерга и сделал глоток чая.       - Что??? - заголосил пахан и сразу ухватился за голову, громко кроя матом вчерашнюю попойку.       Кочерга любил Йогу, как брата, но сейчас он смотрел на него с осуждением. Матерясь, Йога поплёлся в медпункт. Кочерга грубо поставил кружку на стол, расплескав чай, сунул последний кусок бутерброда в рот и пошёл за ним. Сейчас начнётся зрелище не для слабонервных!       Громкие шаги и нецензурная брань вырвали страдалицу из спасительного сна. Лёжа на холодном полу, девушка замёрзла. Её трясло, тело ломило, а в лёгких будто вшили тяжёлые, холодные камни. Она заболела. Но услышав шаркающие шаги и голос мучителя, Таня под кроватью прижалась спиной к холодной стене.       - Оленёнок! - вошёл Йога.       Татьяна притаилась. Следом за ним пришёл Кочерга. Он посмотрел на кровать, под которой пряталась девушка, и кивнул. Да, она прячется там. И говорить Йоге об этом он не собирается.       - Оленёнок! - занервничал пахан. Он повернулся к Кочерге и прорычал: - Где она?       В горле запершило. Таня прикрыла рот рукой, чтобы подавить кашель. Першение усиливалось и сдерживаться становилось труднее. Ещё в носу неприятное щекочущее ощущение. Она чуть пошевелилась и мелкий камушек больно врезался ей в кожу.       - Ай! - простонала она, выдав себя тем самым.       Кочерга тихо прорычал, когда услышал её стон. Он тоже не хотел, чтобы Йога нашёл несчастную мученицу. Пахан быстро подошёл к кровати, под которой пряталась девушка, и отодвинул в сторону. Таня с головой укрылась покрывалом и сжалась. Этот страшный человек нашёл её и снова будет мучить.       - Оленёнок! - склонился Йога над ней.       Как только он прикоснулся к Татьяне, она заскулила и быстро отползла.       - Оленёнок! - не понял Йога и снова подошёл.       Девушка опять отстранилась, как от удара. Тело до сих пор ломило от вчерашней пытки и долгого лежания на полу. Каждое движение отражалось болью. Но ещё большей му́кой была мысль, что этот демон в человеческом облике снова хочет сношения. Она не вынесет этого. Таня зажалась в угол, укрывшись с головой одеялом. Головная боль у мужчины немного ослабла. Он подошёл к Татьяне и прикоснулся к её плечу. Девушка вскрикнула, словно его прикосновение ранило её.       - Брат, лучше оставь, - предложил Кочерга. - Вчера ты слишком перегнул палку! Ты и в первый раз натворил дел, грубо порвав ей целку, а вчера вообще перешёл границу!       Йога хорошо помнит, что было вчера. Он был зол и обижен на Татьяну. Её слова больно ранили его. Ему и раньше доводилось слышать, что думают о нём другие. Но ему было плевать, так как о других он вообще не думал. Когда же любимая девушка сказала ему, как сильно ненавидит и презирает его, это ранило больнее пули. Он опьянел от тех слов, что она сказала. Желая заглушить боль, он выпил много вина, добавив ещё и водки. Впервые за столько лет он плакал. И она видела его слёзы. Но даже в своей ненависти Татьяна была так желанная и любима, что он оказался не в состоянии удержать своё вожделение. Он взял её грубо, даже силой. Она умоляла прекратить, говорила, что ей больно. Но он не мог и не хотел. Наказывал ли он её тем самым? Возможно. Но его наказание оказалось слишком суровым. Изнасиловав её в первый раз, она заболела, не в силах справиться с таким потрясением. И вот он снова изнасиловал.       Кочерга стянул с неё покрывало. Вчера он обмотал раны девушки прямо поверх разодранной одежды.       - Смотри, что ты сделал с ней! - упрекнул он Йогу. - Она на ожившего мертвеца похожа.       - Оленёнок! - пожалел пахан о содеянном.       - Лучше не трогай её. Уйди. Я о ней позабочусь.       Йога резко встал и прорычал:       - Что? С чего это ты вдруг так захотел? Ты же сексист хренов!       - Да! Но не до такой степени.       - Нет уж, Кочерга! Она моя! Я сам о ней позабочусь!       - Ты её до смерти затрахаешь! - огрызнулся бандит.       - Кочерга, не зли меня!!! - озлобился Йога. - И я не посмотрю, что ты мне как брат! Твоё желание с ней нянчиться подозрительно!       - Твоя ревность не уместна! Она умрёт, и что ты тогда будешь делать? За ней на тот свет отправишься?       - Да, если это случится! - решительно ответил Йога.       Кочерга странно посмотрел на друга, не веря в серьёзность его слов.       - Ты не сможешь ей помочь! Она тебя к себе не подпустит! Ты не видел, в каком она была состоянии! И её раны ты не видел! - спокойнее сказал Кочерга.       - А ты? Разве ты можешь??? Ты её ненавидишь!!!       - Не до такой степени! Если ты её любишь, как говоришь, то дай вылечить! Не будешь же ты снова ловить Зверобоя, чтобы он за ней ухаживал! Ему самому сейчас нужна помощь после того выстрела!       Йога выпрямился. Он смотрел испепеляющим взглядом на друга и на девушку, думая, какое принять решение. Таня дрожит и хнычет. Любой его жест или слово могут усугубить её положение. Он это понял и уступил:       - Ладно! Но в моей "квартире"!       - Добро!       Кочерга взял девушку под руку и попытался поднять на ноги. Она с трудом поднялась, скрывая лицо руками.       - Пойдём! - приговаривал он.       Йога подошёл, чтобы помочь, но девушка снова отстранилась от него.       - Брат, не надо! - выпалил Кочерга. - Возьми чистые бинты, вату и перекись водорода. Надо перевязать её.       Снова она вынуждена возвращаться в своё заточение. Это становилось как хождение по кругу, по одним и тем же мытарствам. Кочерга говорил ждать. Но она больше не может. Уже столько дней прошло, она сбилась со счёта. Нет больше сил ждать спасения в этом аду, терпя изо дня в день жестокое поругание.       Им навстречу вышли Окурок и Зуб.       - Хавчик готовьте! Чай или кофе! Нужно что-то горячее! - велел им Йога.       Окурок присвистнул, увидев Татьяну в столь ужасном состоянии. Йога рыкнул на него и тот сразу ушёл. Кочерга усадил страдалицу на диван и потрогал её лоб:       - Она вся горит. У неё высокая температура. Нужен парацетамол.       Йога свистнул Окурку:       - Принеси жаропонижающее. И градусник.       - Угу, - промычал бандит и сразу ушёл.       - Надо лёгкие ей послушать, - осматривая её, сказал Кочерга.       Он задрал ей одежду и хотел уже приложить ухо к грудной клетке, как его крепко за плечо схватил Йога.       - А ну не тронь!!! - зашипел он.       - Я же сказал, что надо проверить лёгкие. Есть есть, чем слушать, то давай. А так только ухо прикладывать, - возразил Кочерга.       Йоге снова пришлось уступить. Татьяну одолел кашель. Как только она прекратила, Кочерга сказал ей:       - Я не заигрываю с тобой. Просто хочу проверить.       Но она ничего не ответила. Он задрал ей одежду и на секунду замер, увидев её большую грудь, изящно подчёркнутую кружевным бюстгальтером. Закусив губу, Кочерга приложил ухо прямо между её грудями, заткнув пальцем другое ухо.       - Дыши глубоко, - заволновался он, упираясь носом ей в грудь.       Она послушно сделала несколько глубоких вдохов. Йога побелел от злости, наблюдая за такой картиной. Кочерга немного увлёкся и не торопился убирать голову со столь мягкого и привлекательного места. Когда Йога угрожающе хрустнул пальцами, Кочерга отпрянул и велел Татьяне повернуться к нему спиной. Он еще раз приложил ухо, внимательно слушая дыхание.       - Есть хрипы, - сказал он невозмутимо. - Не знаю, воспаление ли это лёгких, либо просто простуда.       Пришёл Окурок и принёс всё необходимое. Кочерга взял у него градусник, встряхнул несколько раз и сунул девушке подмышку:       - Не удивлюсь, если у неё жар.       Кочерга взял нож и срезал бинты на её спине. Йога увидел результат своей вчерашней озлобленности и страсти. Он достал сигареты и закурил. Пока Кочерга хлопотал с перевязкой, Йога нервно ходил по комнате. Зуб принёс горячий чай и овсянку "Быстров".       - Готово! - закончил Кочерга и взял градусник. - Тридцать девять и четыре.       - Свободен! - рыкнул Йога.       - И что ты собираешься делать? - с подозрением тот его спросил.       - С ней буду!       - Брат, ты же...!       - Я и без тебя знаю! Сгинь уже! - расплющил Йога сигарету в самодельной пепельнице.       Татьяна с отчаянием посмотрела на Кочергу. Она поняла, что пока он рядом, Йога её не тронет. Но Кочерга ушёл и закрыл за собой дверь, оставив несчастную девушку наедине с мучителем. Как только щёлкнул замок, Таня зажалась в угол, ожидая новую порцию боли. Но Йога к ней не подходил. На столе было не убрано после вчерашнего "романтического" ужина. Мужчина был напряжён и дышал часто. Таня хорошо видела его, зажавшись в угол. В таком состоянии ей уже доводилось его видеть. Он рассержен. На неё. Спина всё ещё болела и детородный орган болезненно пульсировал, не привыкший к жёсткости. Если Йога снова решит её наказать долгим соитием, то потом её мёртвое тело вынесут отсюда вперёд ногами. Но он не подходит. Так и стоит у стола.       Йога всю нетронутую еду унёс на кухню.       - Оленёнок! - подошёл он к Лепре.       Таня укрыла голову руками. Сейчас начнётся!       - Оленёнок! - опустился он перед ней на колени.       Девушка заплакала и сжалась так сильно, что раны на спине защипали. Мужчина положил руку поверх её рук и несколько раз погладил. Таня сразу их отдёрнула. Он провёл рукой по её голове. Она дёрнулась, будто от удара. Йога подвинулся к ней поближе, положил руки на плечи и хотел прижать к своей груди, чтобы утешить. Таню снова затрясло от боли и... от ненависти, которую она испытывала к этому человеку. Как только его рука легла ей на плечо, она вцепилась в неё зубами. Йога рыкнул и отдёрнул руку. Таня смотрела на него взглядом затравленного зверя. "Изверг!!! Изранил меня, а теперь приголубить вздумал!!! Мразь!!!" - оскалилась она, словно волчица.       Укусила Татьяна до крови. Йога встал, зажав рану рукой. Да, плохая была идея помириться с ней после того, что он вчера сделал. Обмотав укус носовым платком, Йога оставил вторую попытку наладить отношения с любимой на потом. Её пробрал тяжёлый, сухой кашель.       - Поешь, оленёнок, - поставил мужчина перед ней на полу чай и кашу.       Таня не взглянула на еду и отвернулась. Йога злился всё сильнее. Каждый раз, когда что-то шло не так, он приходил в ярость. Но срывать злость на своих людях, тем более на хрупкой девушке, не собирался. Он знал свою вину и злиться мог только на себя.       - Оленёнок, прошу, поешь! - как можно мягче произнёс бандитский лидер.       Он подошёл и протянул ей парацетамол со стаканом воды:       - Хотя бы лекарство выпей.       Нет! Стараясь держать себя в руках, Йога оставил парацетамол и стакан с водой рядом с едой. Ни в какую она его не хочет слушать. Ни уговоры, ни угрозы не помогут. Снова прибегать к силе? Нет, это только усугубит её страх и презрение. Вчера она сказала, как сильно ненавидит его за то, что он сделал. Это стало откровением, которое Йога хотел и не хотел знать. Он был с ней жесток, заставлял делать то, что ему хочется, не считаясь с её мнением. Кто бы мог подумать, что ей хватит смелости сказать ему прямо, что она о нём думает!       Йога сидел на диване напротив телевизора, глядя перед собой. Таня не притронулась ни к еде, ни к лекарствам. Но долго так сидеть не пришлось. Кочерга вернулся, принеся с собой Мукалтин и Колдакт.       - Как дела? - спросил он, войдя.       Йога кивнул на комнату, где неподвижно сидела Татьяна. Кочерга цыкнул и заворчал:       - Ох, уж эта бабская обидчивость! "Это я не буду..., отстань..., нет аппетита..., без тебя обойдусь!" Ни хрена вы, бабы, без мужиков не можете!       Его присутствие подействовало успокаивающе на Лепру, хотя непонятно, почему.       - Братело, ты бы сходил к пацанам и проверил, - предложил Кочерга.       - Что я у них там не видал? - обиженно отозвался его друг       - А ты пойди и проверь!       Йога встал. Он посмотрел на Татьяну, потёр укус, которым она его наградила и собрался уже выйти, как остановился и пригрозил Кочерге:       - Только попробуй что-то сделать не то с ней, и ты мне больше не друг!       - Можешь быть спокоен, - заверил бандит.       Йога вышел, но дверь закрывать не стал, оставив открытой. Кочерга снова цыкнул языком, глядя на Татьяну:       - Ты дразнишь раненого скорпиона, который ещё может ужалить в ответ!       Таня промолчала.       - Почему не ешь? А жаропонижающее почему не выпила? - продолжал он упрекать.       - Пока он рядом, я не буду ни лечиться, ни есть, - прохрипела она.       - Бунтуешь? Йога это не потерпит. Лучше будь паинькой и делай то, что он говорит.       - Я и так в его власти. Что ещё ему нужно?       - Честно говоря, я сам не знаю. Но мне бы не хотелось, чтобы он снова тебя насиловал.       - Тогда почему вы его не накажете за это, как принято в тюрьме?       - Ты знаешь, как поступают с насильниками в тюрьме? Здесь не тюрьма. Здесь пахан диктует свои правила. Давай лучше ты поешь, а потом примешь лекарство, - подвинул он к ней поближе тарелку с едой.       - Но я не хочу есть, - отказалась она. - Меня колотит. Тело ломает. Аппетита совсем нет.       - Если не хочешь есть, тогда пей больше жидкости. Тебе бы цитрус какой-нибудь. Постараюсь раздобыть, - потрогал он её лоб и встряхнул градусник. - Сейчас надо померить температуру. Каждые два-три часа надо мерить.       Она сунула градусник подмышку. Кочерга глянул на дверь. Никого нет.       - У меня для тебя новость, - подвинулся он к ней поближе. - Девчонок приведут через два дня. Йога тогда о тебе забудет и ты станешь моей.       Таня измученно улыбнулась, хотя перспектива перейти от одного бандита к другому совсем не радовала. Кочерга был в вязаной маске, но она по его глазам заметила, что он доволен. Он ещё раз глянул на дверь. Никого.       - Как хоть зовут тебя? - спросил он.       - Таня Лепра.       - Лепра? Странная фамилия.       - Это сталкерское прозвище.       - Тебе Волк его дал?       - Нет, сама такое выбрала.       - Почему именно Лепра?       - Чтобы любопытных отпугнуть.       Кочерга рассмеялся:       - Понял. Очень оригинальный способ избежать ненужного внимания.       Она достала градусник и протянула ему.       - Тридцать девять и шесть, - проверил он. - А было тридцать девять и четыре. Температура поднимается. Давай, выпей парацетамол.       Таня послушалась. Кочерга был доволен.       - Меня Дима зовут, кстати, - представился он.       - Приятно познакомиться, - грустно она улыбнулась.       - Прежде, чем я уйду, хочу предупредить: при Йоге я буду вести себя с тобой так, как раньше. То есть с ноткой отвращения, чтобы он ничего не заподозрил. Не обижайся, если что.       Она кивнула.       - Таня, - тихо произнёс он.       - Что?       Кочерга в третий раз глянул на дверь и, обхватив Татьяну за голову, крепко поцеловал в губы. Девушка опешила от такого. Она давно забыла о нежности, и этот поцелуй подействовал на неё, как ведро ледяной воды. Он был недолгим. Кочерга его резко прервал:       - Прости меня за это. Никому не говори, иначе ничего хорошего ждать не придётся. Я должен идти. Вечером загляну проверить. И постарайся всё-таки поесть. Если что, то зови.       Он быстро встал и покинул комнату. Таня и думать забыла о своей боли. Кочерга её поцеловал. Немыслимо и странно. Она прикоснулась к своим губам. Йога неоднократно пытался поцеловать её, но она каждый раз сопротивлялась. Кочерга поступил иначе - просто схватил и поцеловал, воспользовавшись удобным моментом. Таня успела осознать это. Всё произошло быстро. Лишь сейчас она смогла прийти в себя. Обычно, поцелуй с милым человеком приятен. Кочерга вполне симпатичный парень. Только ей он не был мил. Вряд ли маргинал будет симпатичен порядочной, благовоспитанной девушке. В этом аду Таня старалась держаться, чтобы не потерять рассудок и человечность. Даже если Кочерга и настроен к ней доброжелательно, и Йога отдаст её ему, она не сможет полюбить его. Он сказал, что скоро сюда приведут девушек и Йога переключится на них. Возможно. Только вот ей быть переходящей из рук в руки вещью не хотелось. Если Йога согласится её отдать, она всё равно от своего не отступится - сбежит.       Мучитель вернулся через десять минут, застав Татьяну там же. Тарелка с кашей и кружка с чаем были пусты. Она всё-таки поела. Йога был доволен. Он сел за стол и опрокинулся на спинку стула. Татьяна снова прятала от него своё лицо. Йога угрюмо посмотрел на неё. Она и раньше не очень была с ним общительна. Теперь будет вообще молчать. Про то, чтобы приласкать её и речи быть не может. Она не дастся. Вспомнились мольбы. Она умоляла его остановиться, говорила, что ей больно, что он её убивает. Почему он не остановился? Ему самому это кажется странным. Вернуть всё, как было, уже не получится. Но попытаться стоит. "Человек ко всему со временем привыкает!" - вспомнились ему слова Хана. Да, только вот не ко всем это относится. Йога не привыкнет. Он не из тех, кто так просто сдаётся. У него наперёд всё заранее продумано. Может, неделю Таня будет ещё шипеть на него, словно рысь, и кусаться; потом она успокоится и смирится. Для неё он - демон. Жестокий и беспощадный. Надо показать, что это не так. Всё будет плавно и постепенно.

***

      Но что бы там Йога не замышлял, Таня сторонилась его. Кочерга часто заходил, чтобы проверить её здоровье. Она добросовестно принимала лекарства и заставляла себя есть. Первые две ночи девушка спала одна. Йога спал плохо. Он часто ворочался, пытаясь уснуть. Рядом с ним ведь не было любимой, которая невольно согревала его своим телом. Она в соседней комнате сладко спит. Попытки заговорить с ней ни к чему не приводили. Девушка сторонилась его каждый раз, когда он подходил. К еде, которую он приносил, она не притрагивалась. Только когда приходил Кочерга, а Йога уходил, она спокойно ела. Кочерга больше не пытался её поцеловать и вёл себя так, будто ничего такого между ними и не было. Пахан находился неподалёку, и рядом Окурок ошивался.       Сегодня Йога снова не мог уснуть. Он просто сидел и смотрел свой любимый фильм "Кровавый спорт". Звук был тихим и почти невозможно расслышать, что говорят актёры. Но ему это и не нужно. Он столько раз видел этот фильм, что знал все диалоги наизусть. Досматривать не стал и выключил. Таня сладко спала. Она быстро шла на поправку. Йога встал и снял с себя пальто, свитер и футболку. Снова ему сегодня не уснуть. У двери висело небольшое, запачканное зеркало. Мужчина внимательно посмотрел на своё отражение. Недельная щетина на лице. На большой земле женщинам такое нравится, а его раздражает. Из-за плохого сна, спартанских условий и отсутствия нормального питания кожа побледнела, белки глаз стали мутными. Девушки на него, пока он не пришёл в Зону, любили вешаться. Но ему они по большей части были безразличны. Он мог выбрать несколько девушек и по очереди их отыметь без всякой прелюдии и нежности. Единственная девушка, которой он хотел дарить нежность и заботу, лежит в соседней комнате. Йога тихо подошёл к дверному проёму и посмотрел. При свете свечи, что горела на столе, лицо Татьяны выглядело безмятежным, словно и не было того кошмара, что она пережила. Но Йога снова жалел, что сделал. Он снова сорвался и не рассчитал свои силы. Именно рядом с ней он чувствовал давно забытое чувство - совесть. Когда началась его жизнь на улице, совесть медленно теряла свой голос. С каждым аморальным поступком он всё меньше и меньше слышал свою совесть. С появлением Татьяны совесть стала громче.       Йога подошёл к спящей девушке. Такая любимая и желанная! Йога посмотрел на укус, которым она его наградила. Шрам остался. Потом заживёт. Во сне она чуть разомкнула губы. Йога облизнулся. Он никогда не целовался, хоть и менял женщин, как перчатки. Для него поцелуй было нечто сакральное. Только ту девушку, которую сильно любишь, захочется поцеловать. Другие женщины сразу перестанут его привлекать. Йога мечтал поцеловать её как только увидел со Зверобоем и его людьми. С тех пор, как она оказалась в его власти, он только и думал, как ощутить вкус её губ. Но нет. Она сказала, как ненавидит его и хочет, чтобы он страдал. И он страдает. Мучается он от того, что в его жизни нет любви. Он желанный, но не любимый. Но даже ненависть и презрение возлюбленной было для него словно горький мёд. Каждый раз, когда он видит её, его непреодолимо тянет к ней, словно она сильный магнит. Вот и сейчас он не пытается себя удержать.       Йога подошёл к спящей Татьяне. Снова хочется попытаться её поцеловать. Её бледные губы так и манят. Он склоняется к ней и тянется. Она во сне машинально почесала нос и повернулась на другой бок, оголив шею и плечо. Йога снова почувствовал сильное желание припасть губами к коже любимой девушки. Его сердце так бешено стучит от нахлынувших, словно цунами, чувств! Ни одна девушка не вызывала у него столько эмоций. Он хочет её, но опасается спугнуть. Пока держится. Стараясь не разбудить возлюбленную, Йога медленно садится рядом, а потом тихо ложится. Она ничего не почувствовала, продолжая крепко спать. Он накрылся покрывалом и прикоснулся рукой к её обнажённому плечу. Спит и не шелохнётся. Тёплая. Спина всё ещё в бинтах и из-за этого она спит только на боку или на животе. Его рука несколько раз скользнула по её коже. Тянет поцеловать. И он поддаётся соблазну.       Таня глубоко вздохнула во сне. Как жаль, что она лежит к нему спиной! Его рука скользнула к шее. Он поцеловал её пульсирующую вену. Аромат волос действовал как феромон. Воздержание было недолгим, но одно присутствие любимой и звучание её голоса будило в нём вожделение. Ему хотелось её постоянно. Такого не было у него с другими девушками. Он опустил руку ниже к талии, потом скользнул на поясницу, и ещё ниже. Какая аппетитная! Пальцы чесались коснуться запретного места. Он вспомнил, как ему удалось её сломить и она отдалась на его волю. Обнажённая и поверженная. Если бы она его любила и желала, то он бы стал самым счастливым и сильным человеком в Зоне. Но отчуждённость Татьяны ранила его. Отдавая ему своё тело, душою она была далека.       - Оленёнок! Я люблю тебя! - скользнула его рука под одежду и нащупала грудь.       Но сон был крепкий и Татьяна ничего не почувствовала. Страсть в мужском теле разгоралась. Хотелось дать волю похоти. Но тогда она проснётся. Йога расстроился. Он вынул руку из-под одежды и закрыл глаза. Утром, возможно, она поднимет шум, что он лёг к ней в постель.

***

      Йога встал раньше. Он сидел за столом и смазывал своё оружие маслом. Татьяна проснулась и сразу померила температуру. Тридцать семь и пять.       - Доброе утро, оленёнок! - услышал её Йога.       Он громко свистнул и через минуту Зуб принёс завтрак.       - Ешь, любимая, - уступил он ей место, а сам сел на диван.       Таня ела и принимала лекарства только в присутствии Кочерги, но сегодня, если вспомнить его слова, должны прийти девушки. Он именно этим сейчас и занят, как ей казалось. Есть расхотелось. Но когда Йога заметил, что она стоит на месте и не шелохнётся, то сразу села за стол и приступила к завтраку. По правде, ей было не по себе, что сюда приведут девушек. Сколько Кочерга говорил их будет? Десять или двенадцать? Неважно. И Тане стало их жалко. Из-за неё должны страдать другие? Это неправильно. Зверобой уже пострадал. Но что она могла сделать? Её мнение никто здесь не спрашивает. Никого не волнует, что она думает по этому поводу.       Завтрак прошёл в тишине. Закончив трапезу, Таня всё отнесла на кухню. Самое время для водных процедур. Но только она закончила умываться и чистить зубы, как среди бандитов началось заметное оживление. Они улюлюкали и присвистывали. Из своей комнаты вышел их лидер, потревоженный подозрительным шумом:       - Вы, что, шлемазные, совсем страх перед Йогой потеряли? Что раскудахтались, как петухи?       Он прикусил язык, когда увидел незнакомые лица среди бандитов. Таня вышла следом, но не могла ничего толком разглядеть. Когда среди мужских голосов послышались женские голоса, стало понятно, почему такое оживление. Таня бросила быстрый взгляд на своего "мужа". Тот выглядит очень удивлённым. Видимо, он не ожидал, что сюда приведут девушек. К нему подошёл довольный Кочерга с большой дорожной сумкой на плечах и что-то сказал. Он передал сумку пахану и позвал девушек. В зале снова поднялся шум. Бандиты стали роптать:       - А нам девочек?       - Э, пахан, у тебя харя не треснет?       - Велено делиться!       Девушек было двенадцать. Пахан кивнул им, чтобы они следовали за ним. Таня с интересом наблюдала, как они все направились за Йогой в его комнату. Не похоже, что они напуганы. Однако по их виду стало понятно, почему они так спокойны. Эти девушки не выглядели порядочными. Одеты развязно и нахально, они на большой земле натворили много мелких уголовных дел. Четверо из них оказались одеты, как на панель. Одним словом, эти дамы - тоже маргиналы. Йога забрал в свою комнату их всех. Помня его сексуальный аппетит, Таня не удивилась такому поступку. Она ничуть не ревновала, наоборот, была рада. Йога оставит её, наконец, в покое. Бандиты не переставали роптать. Конечно, им было обидно. Им всем хотелось женского тепла и нежности.       За всё время своего заточения Таня не смогла привыкнуть к местной обстановке. Нецензурные выражения и отвратительные манеры бандитов гнали её куда подальше. Она поднялась на свой этаж. Раз уж для Йоги привели столько девушек, значит сегодня ночью надо попытаться сбежать. Он будет занят сношением, а если ему и сообщат о побеге, то это станет уже не важно. Оставаться, чтобы стать игрушкой другого бандита? Нет, довольно.       Таня стояла у окна на своём этаже. Она шла на поправку, но всё ещё неважно себя чувствовала.       - Эй, Танюха! - вбежал Кочерга.       - Что? - равнодушно она спросила.       - Йога их всех забрал. Он закрылся с ними в комнате.       - Ну, желаю ему повеселиться до отвала, - холодно ответила она.       Кочерга огляделся и, подойдя к Татьяне, обнял её со спины.       - Что ты делаешь? - немного испугалась Таня и попыталась освободиться от объятий. - Нас могут заметить!       Он развернул её к себе лицом и страстно поцеловал в губы. Таня его оттолкнула:       - Прекрати!       - Ты почему меня отвергаешь? Мы же с тобой всё решили! - обиделся Кочерга.       - Мы ничего ещё не решили. Ты не говорил обо мне с Йогой, - возразила она.       - Но он там с девками...       - Сначала поговори с ним, а потом всё остальное.       Кочерга не торопился. Он подошёл и снова хотел поцеловать Лепру.       - Не надо. Сюда могут прийти, - не далась она.       Со стороны лестницы раздались шаги.       - Кочерга, - пришёл Окурок. - Тебя Йога зовёт.       Таня осталась одна. Она вытерла губы после поцелуя. Мерзкий и неприятный! Кочерга был не на много лучше своего друга. Но пока она отдаёт предпочтение ему, чем его другу Йоге. Если с побегом ничего не получится, то придётся согласиться на его условия.

***

      Дверь в комнату Йоги была открыта. Все девушки до единой были выставлены. Кочерга задумчиво почесал голову. Сам же Йога сидел за своим столом и нервно постукивал пальцами.       - Звал? - спросил Кочерга.       - Звал, - твёрдо произнёс Йога. - Ты траходром решил устроить?       - Не понял.       - Ты нахрена этих тёлок сюда притащил? - вспылил пахан.       - Тебя хотел порадовать, - прямо ответил его друг.       - Мне они на хрена? У меня уже есть женщина! - недовольно отреагировал Йога.       - У тебя за речкой была уйма тёлок. Эти чем хуже? Тебе всегда одной было мало! Ты трахаться можешь и днём, и ночью.       - Я же сказал, что у меня уже есть женщина!       Кочерга почесал лоб, переминаясь с ноги на ногу:       - Вот и приплыли!       - Не надо из меня баклана делать, - более спокойно сказал Йога. - Ты вообще какой-то не такой стал. Подобрел к моей жене. В чем дело?       - Короче, этих девок я привёл, чтобы ты мне свою бабу отдал! - признался Кочерга. - Хочу её!       - Тааааак!!! - сердито выдохнул Йога, вставая со своего места. - Всегда ненавидел баб, а тут тебе мою жену захотелось?       - Я сказал честно. Эти девки в разы лучше её! Они во все дыхательные и пихательные дают. Хоть всех их забери! Ты мечтал об оргии.       - Что за дичь ты несёшь??? - стукнул Йога кулаком. - Ничего подобного!!! Менять свою жену на этих самок ни за что не стану!!! Я тебе говорил, что люблю её! А раз ты привёл этих шалав сюда, то сам ими распоряжайся! Пусть пацаны развлекуться! Они будут только рады! Но содержать этих самок я не буду. Сами им платите!

***

      Таня услышала разговор двух друзей на повышенных тонах. Увы, но Кочерга обломался. Радоваться ли ей или плакать от досады? Кочерга вышел из комнаты, закуривая на ходу. Тихо бухтя матерные ругательства, он кинул на девушку беглый, сердитый взгляд.       - Девки, свободны! - обратился он к ним.       Девушки загалдели:       - И что нам делать?       - Вы нам бабла обещали!       - Пацаны, хотите перепихона? Девки у вас на содержании! - обратился Кочерга к парням.       Бандиты обрадовались, что не скажешь о девушках. Таня посмотрела на них. Все красивые и миловидные, но взгляд и манеры бандитские. Они ничуть не были напуганы и, казалось, чувствовали себя комфортно и даже раскованно. Эти дамочки тоже наворотили на большой земле серьезных дел и теперь тут скрываются. Они увидели Татьяну и переглянулись, обсуждая её с насмешкой:       - Кто это?       - Она на призрак похожа.       - Скорее на мертвеца!       Один из бандитов на них прикрикнул:       - Только попробуйте что-то ляпнуть ещё и Йога с вас за неё семь шкур спустит!!!       Они начали прекословить, не переставая насмехаться над Татьяной. Ей самой было невыносимо от своего вида, а тут ещё и насмешки.       - Что за базар тут устроили?! - вышел рассерженный Йога.       Все разом замолчали. Он увидел Татьяну рядом с прачечной и подошёл к ней. Она не рискнула при всех отшатнуться от него. Раз Кочерга не смог её отбить, то придётся прибегнуть к другому плану. Таблетки Донормила надёжно спрятаны в кусок бинта под диваном. Йога обнял Лепру за талию, поцеловал в щёчку и посмотрел на своих людей.       - Ну, пацаны. Девки пришли. Гандоны при них, гель для смазки тоже. Мини-праздник для вас. Веселитесь! - с воодушевлением обратился к ним бандитский лидер.       Бандиты весьма обрадовались такой щедрости. Они окружили девушек со всех сторон. Зазвенели бутылки с пивом и водкой, заиграли блатные песенки и зал наполнился смехом и нецензурными выражениями. Девушек было в разы меньше и на каждую приходилось по три бандита. Но никого это не смущало. Таня наблюдала за происходящим с абсолютным равнодушием, терпя объятия ненавистного "муженька". Йога ластился лицом об щёку девушки, вызывая своей щетиной раздражение на коже. Его губы коснулись её шеи и ключицы. Снова этот ненасытный самец жаждет сношения. Немыслимо представить, что из двенадцати девушек ему ни одна не понравилась. Только Таня мила его сердцу. Её одну он любит и хочет.       После нескольких порций водки группа веселящихся стала вести себя более развязно. Девушки, будучи трезвыми, чувствовали себя вольготно среди бандитов, а опьянев, потеряли последние крупицы совести и приличия. Мужчины нахально лапали их за грудь, бёдра и другие части тела. Постепенно всё перешло во всеобщее лобзание. Сексуальная оргия началась, когда один из бандитов сунул руку в трусы одной из девушек. И дальше пошла цепная реакция. Пьяные и возбуждённые, участники оргии позабыли про приличие и стыд. Видеть групповой секс для Татьяны было невыносимо. Она отвернулась и заткнула руками уши, чтобы не слышать мерзость, творящуюся на первом этаже. Йога притянул её к себе и прошептал сладко:       - Рад, что ты успокоилась! Но, похоже, подобное зрелище тебя не возбуждает.       - Как такое бесстыдство может мне нравиться!? - с вызовом отреагировала она. - Только тебе оно может нравится, так как ничего человеческого в твоём сердце не осталось!       Это было грубо и очень дерзко. Любой бандит за такое мог и ударить. Йога крепче обнял Лепру и возразил:       - Ничего человеческого во мне не осталось? Я люблю тебя! И мне не нужна другая женщина, кроме тебя!       Он повёл Татьяну в комнату. Уходя, она заметила, что Кочерга тоже не приветствует подобные сексуальные развлечения. Понаблюдав за происходящим несколько минут, он пнул ногой пустую бутылку водки на полу и быстро покинул зал. "Бедняга! Из всех этих девок ему ни одна не приглянулась. Он хотел меня!" - стало ей жаль его.       Йога закрыл дверь. С хитрой улыбкой он медленно приближался к Татьяне, на ходу снимая пальто:       - Я так соскучился по тебе за эти дни!       Он стянул с себя свитер и футболку, представ перед ней топлес. И снова Таня, не смотря свой страх и ненависть, заметила, насколько Йога красив. Он дерзко прижал её к столу, обняв за ягодицы. Девушка не могла унять дрожь после недавнего жестокого изнасилования. Она не подпускала к себе своего обидчика, но сегодня самое время сбежать отсюда. Ещё немного нужно потерпеть. Таня не оттолкнула Йогу от себя, когда он уткнулся лицом в её шею. Она увидела в шкафу у стены начатую бутылку водки. Надо добавить туда снотворное и сделать так, чтобы Йога выпил.       - По какому поводу праздник? - холодно спросила она у него.       - Для веселухи не нужен повод, - прошептал он и сунул руку ей под одежду.       - Твои люди празднуют, а ты не разделяешь их радость, - терпела она отвратительную нежность.       - Я её разделю с тобой. Ты так хороша, оленёнок! - провёл кончиком языка по её шее до уха. - Я люблю тебя! Хочу только тебя!       - Можно мне что-нибудь попить? - скромно спросила она.       - А что ты хочешь? - отвлёкся он.       - Всё равно.       - Хорошо. Мои пацаны веселятся. Давай это отметим.       Он достал бутылку водки из шкафа и налил в кружку.       - Я же не пью водку, - напомнила Лепра.       - Один момент! - вышел он из комнаты.       Таня быстро достала из-под дивана снотворное. Она заранее его измельчила до порошкового состояния. В кружке с водкой оно быстро растворилось. Проснётся ли Йога после такого или нет, её не волновало. Сейчас главное - сбежать. Йога вернулся с банкой энергетика.       - Ну, за нас! - предложил он тост.       - Угу! - промычала она, принимая напиток.       Она поднесла энергетик к губам и замерла, наблюдая, как Йога выпил порцию водки до дна.       - Какой странный вкус! - откашлялся он. - Палёная, что ли?       Мужчина закусил шоколадной конфетой. Таня сделала пару глотков энергетика и оставила банку в сторону. Йога сел на диван и посадил Татьяну себе на колени.       - Оседлай меня, любимая! - страстно прошипел он.       Пока снотворное не подействовало, Таня, преодолевая отвращение, решилась подчиниться. Йога стянул с неё верхнюю одежду и уткнулся лицом между её грудями. Он вдыхал аромат женского тела, мял груди и покусывал их губами. Таня, стиснув зубы, терпела. Прошло уже несколько минут. Скрипнула дверь.       - Ррррр..., дверь забыл запереть! - прорычал он и встал, чтобы закрыть.       Как только щёлкнул замок, ему показалось, что комната перед его глазами пошла в пляс. Пространство вокруг поплыло, а веки резко отяжелели.       - Ох-хо-хо, всё-таки водка палёная оказалась! - промычал он. - Мне надо немного полежать.       Йога прилёг на диван.       - Блин, спать хочу! - встряхнул он головой. - Что за водка такая! Ой, вей! Всё! Вырубает!       Таня наблюдала, как снотворное быстро уносит мучителя в царство Морфея. Что-то быстро он заснул. Но это неважно. Йога нейтрализован и ещё долго не проснётся. Таня быстро сложила в рюкзак свой разряженный ПДА, мобильный телефон, косметичку, паспорт и фонарик. Нужно достать какое-нибудь оружие. Увы, но оно хранится в сейфе, а код от него ей неизвестен. Таня обыскала Йогу. При нём был только заряженный пистолет "Степной орёл" и охотничий нож. Сойдёт. Надо теперь дождаться, когда стемнеет.       Веселье на первом этаже ещё долго не закончится. Но Таня терпеливо ждала. От спасения её отделяют считанные часы. Йога громко храпел. До утра он не должен проснуться. Скоро стемнеет. Таня достала из кармана "мужа" ключи от двери. Она увидела обручальное кольцо на своём пальце. Про него девушка забыла, но сейчас оно о себе напомнило. Не без труда она сняла его и сунула Йоге в карман. "Не жена!" - тихо прорычала девушка.       Снаружи вечеринка была в самом разгаре. Две девушки бесстыдно раздевались перед всеми, стоя на столе. Про то, что творилось у других, было стыдно смотреть. Такой откровенный разврат творился, что никто не заметил Татьяну с рюкзаком. Это было только на руку беглянке. Она прошла на свой этаж. На улице достаточно темно, чтобы никто её не заметил. Из надёжного укрытия Таня достала остальной необходимый для побега инвентарь. Оптический прицел с системой ночного видения она сунула в карман. Связанную из одежды верёвку она опустила из окна. Таня посмотрела вниз. Высоко и страшно. Но другого выхода нет. На всякий случай она осмотрела окрестности из оптического прицела. Видно плохо, но никакой живности поблизости не наблюдается. Итак, с Богом!       Таня перекрестилась три раза и вылезла в окно. Несколько раз она дёрнула самодельную верёвку. Дул холодный ветер, из одежды на ней только джинсы да изодранный балахон. Холод быстро пробрал до мурашек. Ухватившись за связанную одежду, Таня медленно спускалась вниз. Холодный, пронизывающий ветер сейчас меньше всего её волновал. Под ней несколько метров высоты. Если самодельная верёвка оборвётся, то переломы костей ей гарантированы. Это в лучшем случае. Спускаться оказалось непросто. Уже через минут руки замёрзли. От плохого питания и болезни побег давался трудно. Опустившись на один этаж ниже, она случайно в маленькую щёлку в забитом досками окне увидела постыдное зрелище: двое бандитов окружили одну девушку с двух сторон и тёрлись об неё. Стоны, всхлипы и матерные ругательства! Таня продолжила спуск. Далее была относительная тишина, нарушаемая громкой музыкой и диким хохотом бандитов.       Наконец, под ногами почувствовалась твёрдая почва. Здесь, за домом, бандиты практически не ходят. Таня осмотрелась с помощью оптики. На вышке сидели снайперы и смотрели вдаль. У одного из них есть ПНВ. Тут придётся действовать очень осторожно и быстро. Самый ближайший сталкерский пункт отсюда - АТП на Кордоне. Но дорога туда под тщательным наблюдением. Нужно ещё как-то перебраться через бетонный забор. Рядом нет ни ящиков, ни бочек, чтобы можно было на них встать. Таня немного заволновалась. Она искала поблизости любой другой способ перебраться на другую сторону. В стене она увидела небольшое углубление, но оно немного высоковато, чтобы поставить туда ногу. Ещё и джинсы стесняют движения. Но другого ничего нет. Придётся попробовать. Кое-как она смогла поставить туда ногу. Тело было ослаблено из-за болезни и требовалось много сил. Таню охватило воодушевление от чувства свободы, что ожидала по ту сторону забора. Она выбросила из головы и болезнь, и слабость, и страх. Вложив все силы, она упёрлась ногой в углубление и, подпрыгнув, сразу смогла ухватиться за края забора. Перекинув ногу, она тихо спрыгнула и оказалась на другой стороне перед аномальным полем. Теперь нужно попытаться миновать это опасное место. Сюда снайперы особо не смотрят. "Только дураки осмелятся напасть на нашу базу ночью, идя по аномальному полю", - обмолвился как-то один пьяный бандит. Ну, и дурак он! Таня набрала много маленьких камней, что лежали под ногами. По аномальному полю придётся немного пройти, чтобы снайперы не заметили, а потом свернуть на Свалку. Память сейчас её единственная карта. Таня ещё раз перекрестилась и кинула вперёд один камушек.