Часть 6 «Наказание от Снейпа»

Было десять утра, когда Гарри открыл глаза. Комната утопала в мягком свете, пробивающемся сквозь шторы. Нога, которая ещё вчера причиняла мучительную боль, теперь была совершенно здорова. Он бы с радостью оценил это облегчение в любой другой день, но не сегодня. Страх перед встречей со Снейпом сковывал его мысли. Что он собирается со мной сделать? — Гарри попытался успокоиться, но тревожные мысли продолжали кружить в голове. Снейп — это Снейп. Может, он просто выскажет мне всё как обычно. А может, проклянёт. Нет, я не дамся! Я буду защищаться. Хотя… непростительное заклинание он, наверное, кинет без раздумий. Ладно, посмотрим по ситуации. Его размышления внезапно прервал громкий хлопок. Гарри резко сел на кровати, сердце колотилось в груди. Перед ним появилась домовиха, низко поклонившись. — Мистер Снейп велел вам одеться, умыться и спуститься к нему на кухню, — коротко сообщила она. — Хорошо, — ответил Гарри, стараясь скрыть охватившую его тревогу. Домовиха исчезла так же внезапно, как и появилась, оставив Гарри одного в комнате. Он встал с кровати, лениво потянулся и отправился умываться. Холодная вода слегка привела его в чувство, но тревога никуда не исчезла. Он оделся — серый свитер, старые джинсы и привычные уже стоптанные кроссовки. Ну, по крайней мере, выгляжу обычно, как всегда, — подумал он, стараясь не зацикливаться на том, что ждёт его впереди. Когда Гарри вошёл на кухню, первое, что бросилось ему в глаза, — это мрачная фигура Снейпа. Тот сидел за столом, сверкая глазами из-под своих жирных чёрных волос, словно настоящая летучая мышь. — Доброе утро, мистер Поттер, — произнёс он холодным, как ледяной дождь, голосом. — Садитесь. Ешьте. Потом поговорим. От этих слов у Гарри пересохло в горле. Он медленно сел за стол, избегая смотреть в глаза профессору. На столе стояла тарелка с овсянкой и небольшой кусок хлеба. Какое утро… как будто я пришёл на последний завтрак перед казнью. *** Гарри доел завтрак, чувствуя, как с каждой минутой растёт напряжение. Домовиха молча забрала тарелку и исчезла с громким хлопком, оставив его наедине со Снейпом. Профессор молча стоял в углу кухни, его темные глаза сверлили мальчика, словно сканируя каждую мысль. — Поттер, за мной, — бросил Снейп коротко, резко, как удар хлыста. Гарри не сдвинулся с места, лишь сильнее сжал кулаки, чувствуя, как страх и гнев смешиваются внутри него.   Я сказал, за мной, — голос Северуса стал ниже, опаснее, будто ветер, предвещающий бурю.   Идите один, — буркнул Гарри, не поднимая глаз. Лицо Снейпа напряглось, челюсть сжалась, но он не стал ничего говорить. Вместо этого он подошёл ближе и, прежде чем Гарри успел среагировать, крепко схватил его за запястье.   Отпустите! — выкрикнул Гарри, дергаясь.   Замолчи, Поттер! - отрезал Снейп, потянув его за собой в гостиную. Гарри отчаянно пытался вырваться, но силы были неравны. Северус, в отличие от мальчика, был спокоен и бескомпромиссен. Они вошли в гостиную, освещённую мягким светом утреннего солнца. Массивные полки с книгами и старинная мебель казались чуждыми и враждебными, как и сам хозяин дома. Снейп небрежно усадил Гарри на диван, а сам встал напротив, скрестив руки на груди.  - Ты хоть понимаешь, что натворил?  его голос был тихим, но в нём слышался металл.   Я ничего не сделал! — огрызнулся Гарри, отводя взгляд. - Ничего? — в голосе Снейпа зазвучала опасная издёвка.   Встань, Поттер, — его голос был холоден и бесстрастен, но глаза выдавали бурю эмоций.   Нет, — упрямо бросил Гарри, хотя внутри всё сжималось от страха. Не сказав больше ни слова, Снейп резко подтянул Гарри ближе, перегнул его через своё колено и крепко удержал. Гарри замер, его тело напряглось, а в голове метались мысли, одна страшнее другой.   Что вы делаете?! — выкрикнул он, отчаянно дёргаясь. — Отпустите меня!   Я наказываю тебя, Поттер, — холодно ответил Снейп, одной рукой удерживая мальчишку за талию, другой - замахнувшись. Первый шлепок опустился на ягодицы Гарри, и он дёрнулся от неожиданной боли.   Ай! — выкрикнул он, оборачиваясь. -Ты не понимаешь, насколько глуп был твой поступок! - резко сказал Снейп, его голос стал громче. — Ты сбежал в  лес один!                           С каждым словом удары становились сильнее, вызывая у Гарри всплеск боли и унижения.  Отпустите! — кричал он, изо всех сил дёргаясь, но Снейп держал его слишком крепко.  - Ты вообще подумал о том, что могло случиться? - продолжал Северус, выделяя каждое слово шлепком. — Там водятся твари, которые не оставили бы от тебя и следа! Гарри заскрипел зубами, стараясь сдержать слёзы, но с каждым ударом боль становилась сильнее.   Простите! - выкрикнул он, задыхаясь от эмоций. - Ты не думал о том, что кто-то будет тебя искать? Что кто-то может за тебя волноваться?! — Северус говорил всё громче, а удары становились сильнее. - Ты хоть раз задумался о своей безопасности?   - - Ай! Хватит! Прошу вас! — закричал Гарри, больше не в силах терпеть.    - Хватит? — переспросил Снейп, останавливаясь на мгновение. Его голос звучал сухо и угрожающе. —Хватит будет тогда, когда ты поймёшь, что поступил безответственно. Северус добавил ещё три сильных шлепка, после которых Гарри не выдержал и разрыдался вслух. Его тело содрогалось, а дыхание сбилось от рыданий. — Ты - глупый, упрямый мальчишка, Поттер, - резко сказал Снейп, убирая руку. — Ещё раз повторится такое, наказание будет хуже. Северус отпустил его, и Гарри упал на пол, сжавшись в комок. Он обхватил себя руками и всхлипывал, не в силах успокоиться. Снейп тяжело вздохнул, наблюдая за ним. Наказание, конечно, было необходимо, но теперь он ощущал странную тяжесть. Это был не просто гнев — это была забота, замаскированная под холодную строгость. - Поднимайся, Поттер, — негромко сказал он, присев на диван. Гарри не ответил, продолжая плакать. Северус, хоть и не хотел этого делать, осторожно поднял мальчика и притянул к себе. Гарри замер, но потом, к собственному удивлению, не стал вырываться. — Всё прошло, — тихо сказал Снейп, его голос стал неожиданно мягким. — Тише. Постепенно Гарри начал успокаива-ться, всхлипы становились реже, а напряжённое тело расслабилось. Он не знал, что сказать, и просто позволил себе остаться в этих странных, но почему-то таких нужных объятиях.