Глава 5.

      У Лилиан исчезло всё приподнятое настроение.       Находясь в автомобиле, она пыталась успокоить себя. Своё сердце. Но внутренний жучок в голове так навязчиво твердил: Ты умница, ты молодец. Правильно сделала. Ты же знаешь, что быть одной твоё призвание. Ты не предназначена для общения с другими. Быстрее. Уничтожь всё своё окружение. Оно тебе не нужно. Ты всё сделаешь сама. Ты всегда была одинока, зачем что-то менять сейчас? Верно…Ни к чему.       Приподняв взгляд и бросив его в зеркало заднего вида, Лилиан вздрогнула.       - Опять. – прошептала она одними губами.       На неё смотрела точная её копия. Вроде ничего удивительного это ведь зеркало. Оно предназначено показывать твоё отражение. Вот только…в случае Лилиан всё по-другому. Иногда появляется совсем другой человек. Не она. Не та девочка, которая хочет общаться, хочет быть любимой, а та, что ненавидела всех. Себя. Родных. Друзей.       И она уничтожала ту, наивную, девчонку. Подавляла её своим презрением, могуществом. И Лилиан казалось, что пройдёт не так много времени, когда она вырвется наружу и полностью уничтожит ту часть её.       Вот, как и сейчас. Отражение зловеще смотрело на неё, сверкая синевой глаз. На губах играл оскал.       - Молодец. Ты всё правильно сделала.       - Замолчи, - прошептала Лилиан. Всё тело пробило ознобом, заставляя поёжиться.       - Зачем?– отражение наклонило голову, - Ты же хотела, чтобы я появилась. Вот я – здесь.       - Уйди.       - Зачем?– та Лилиан хмыкнула, - Мы одно целое. Я не могу покинуть тебя. Нам нельзя разделяться. Но почему-то ты не хочешь принять меня. – в зеркале что-то треснуло. От правого угла пошла слабая трещина. – Давай. Позволь мне выйти. И тогда мы будем счастливы. Как ты того и хотела.       Зажмурившись, беловолосая мотнула головой, стараясь отогнать от себя наваждение. Снова открыв глаза, в зеркале она уже увидела только себя - замученную, уставшую и потерянную.       Её кто-то легко потряс за плечо. Вздрогнув, Лилиан повернулась к Арису. Мужчина ободряюще улыбнулся, с теплотой в глазах посмотрев на неё. Девушка хотела ответить тем-же, но получилось выдавить лишь слабую полуулыбку. Водитель что-то стал показывать на языке жестов и Лилиан успокоилась, поняв, что именно.       Он говорил: Всё будет хорошо.       - Спасибо, - благодарно кивнув, Лилиан глянула перед собой. Взгляд зацепился за высокое, изящное и резное ограждение белокаменного особняка. Вздохнув, девушка вышла. Они приехали. Глянув на часы, вздрогнула. Время показывало 20.10. Отец уже дома.       Сглотнув, она двинулась к дому. Не успела она подойти к дверям, как её уже встречал недовольный Геральд.       - Добрый вечер…       - Добрый, юная леди, - перебил её мужчина. – Ваш отец ожидает вас в своём кабинете.       Лилиан вздохнула, понимая, что была права. Отец ждёт её.       С огромным грузом обречённости на плечах, она поднималась наверх. Глаза ничего перед собой не видели. Мозг шёл на автомате по давно заученной дорожке. Дворецкий шёл позади. Он молчал, но хотел многое сказать. Но молчал, ведь за одно случайно произнесённое слово ему могут сделать выговор с принесением телесных повреждений.       Оказавшись напротив резной, сделанной из красного дерева, двери, Лилиан втянула в лёгкие воздух и глубоко выдохнула, настраиваясь на дальнейший разговор. Геральд постучал костяшками пальцев о дерево.       - Господин, прибыла юная леди.       - Пусть заходит, - голос, которым были произнесены эти слова, Лилиан насторожил. Тон был настолько уставшим, что лишний раз беспокоить человека не хотелось. Но раз он сам желает её видеть, значит так надо.       Открыв дверь, дворецкий пропустил вперёд девушку, закрывая за ней путь к отступлению. Повернувшись лицо к отцу, Лилиан не успела ничего сказать, как прямо в паре сантиметров от её головы пролетел стакан, разбившись вдребезги о дерево. Пара осколков, отлетев, зацепили её левую щёку, оставляя на ней два продолговатых пореза, которые сразу начали кровоточить.       Почувствовав, как по лицо стекает горячая кровь, сказываясь по шее и впитываясь в воротник рубашки, Лилиан скривилась. Раны жгло. На глаза хотели навернуться слёзы, но нельзя. Она знала, что если прямо сейчас покажет насколько ей больно, то это продолжится. В неё будет лететь всё, что лежит на рабочем столе. И уже точно прямо в неё.       Подняв взгляд на отца, девушка осмотрела его. Сидит в своём красном костюме на «троне» за столом. С утра переоделся в цвет дня. Это же его фишка на работе. Голова опущена на ладонь руки, согнутой в локте, расположенной на подлокотнике. Из-за это его глаз не видно совсем. Другая рука лежит на столе, сжимая в пальцах второй стакан с горючей жидкостью.       Пробежавшись настороженным взглядом по поверхности стола, Лилиан обнаружила серебристую бутылку, огранённую с одной стороны мелкими шипами. Это любимый коньяк отца - Henri IV Dudognon. Если удалось его приобрести, когда он был в командировке в Дубае пару лет назад. С того момента эта бутылка не открывалась. Он её хранил. Трепетно берёг. Но почему-то решил открыть именно сейчас.       - Привет, отец, - рискнула сказать Лилиан. Ей необходимо было уже идти и заниматься уроками. Она не намерена стоять здесь всю ночь.       Мужчина зашевелился. Оторвал лицо от ладони, приподнимая голову так, чтобы часть его волос скрывала глаза. Сел, откинувшись на спинку. Дочь стояла напротив него, но всё так же около двери. Мозг Лилиан понимал, что она выбраться отсюда не сможет, как бы этого не хотела. Геральд, с указания её отца, закрыл дверь на ключ. Она отчётливо слышала щелчок. Но чем дольше они находят в тишине, тем быстрее уходит время.       Виконт вскинул своё синий взгляд на дочь. Та вздрогнула, различив в нём гнев.       - Вот скажи мне, - начал мужчина, приподнимаясь. – Ты всю мою жизнь будешь так отвратительно себя вести. – Он обошёл стол, слегка покачиваясь направился к ней. Лилиан внутри сжалась, но не отступила. – Почему я должен тебе каждый раз напоминать, как себя положено вести юной леди. – Ему оставалось сделать всего пару шагов, когда беловолосая на подсознательном уровне, опасаясь хищника, отступила, хлопнувшись спиной о дверь. На губах Виконта заиграла нездоровая ухмылка. Вот сейчас Лилиан стало по-настоящему страшно. – Правильно. Бойся. Ведь только через страх ты учишься себя правильно вести. – процедил он, замахиваясь.       Зажмурившись, Лилиан приготовилась к удару. И он последовал. Её правую щеку, где недавно появились порезы, обожгло вдвойне, заставляя голову дёрнуться в противоположную сторону. Ярко-алая кровь потекла с новой силой.       Виконт глянул на свою ладонь, которая держала на себе кровь дочери, затуманенным взглядом. Ему было всё равно на неё. Хмыкнув, он развернулся, двинувшись обратно к своему столу.       - Геральд! – крикнул. Щелчок и дверь открывается.       - Да, господин, - услужливо поклонившись, сказал дворецкий.       - Проведи Лилиан в комнату и закрой дверь. Ближайшие дня два она никуда не выйдет. Передай, пожалуйста, повару и служанкам, чтобы не смели даже приближаться к её комнате. Если узнаю или замечу – уволю. Ты понял?       Мужчина в возрасте кивнул.       - Да, господин. Всё будет сделано. – он повернулся к девушке, что стояла, не поднимая головы. – Пошли. – он собирался схватить ту за плечо, но был остановлен яростным взглядом голуба-ледяных глаз.       - Только тронь меня, оторву руку, - прошипела, словно змея Лилиан. Что-то внутри неё треснуло. Она вскинула голову и глянула на отца. Виконт смотрел точно на её лицо, внутренне восхищаясь тому, как выглядела его дочь. Правая щека вся в крови, шея и воротник рубашки окрасились в багровый цвет. На бледном лице это сочетание смотрелось замечательно. А яростный взгляд, только добавлял желания сломать.       - Ёсикава Виконт, - выплюнула Лилиан, заставляя отца нахмуриться. – Если вы посмеете ещё раз тронуть эту девушку, я раздроблю вам череп. Усекли? – зловеще произнесла беловолосая и не дожидаясь ответа, вышла из кабинета. Спустилась вниз, прошла к двери, и не реагируя на злобные крики отца, хлопнула деревом о косяк, оказываясь снаружи.       Улица встретила её прохладным ветром, заставляя поёжиться. Но ей было всё равно. Она кинулась прочь от этого места. Всё её существо кричало – не смей здесь оставаться! Та, тёмная сторона, которая только что руководила всеми её движениями, говорила: Иди! Беги! Не возвращайся! Тебя там не ждут!       - А где…ждут? – на глаза наворачивались слёзы. Лицо невыносимо жгло. Кровь из ран капала крупными каплями. Но Лилиан бежала. Она не понимала, за что с ней так поступают? Что она сделала не так? С утра пытались отравить, затем решили избить, унизив домашним арестом. Ни за что. Хватит. Ей это всё надоело.       Ноги несли девушку к тому самому месту. Туда где, она хотела сделать шаг вчера, но так и не решилась.

***

      Наконец прибежав в нужное место, Лилиан сбросила свою сумку и в одно мгновение перемахнула через ограждение, становясь лицом к океану. Было темно. Только пара фонарей освещало этот участок.       Она стояла и вглядывалась в тёмную пучину вод. Они так призывно бились о камни, будто говорили: Иди к нам. Мы тебя ждём. Здесь спокойно. Это то, чего ты так хочешь.       Закрыв глаза, беловолосая наклонилась вперёд. Голова опустилась вниз. Ей нужно только отпустить ограждение. И всё. Она больше не вернётся в этот мир. К Этому человеку.       Выбор сделан.       - СТОЙ!       Под грудью скрестились руки, резкий рывок назад и ощущение невесомости с последующим болезненным приземлением на бок.       Лилиан хлопала ресницами, находясь в тёплых объятиях Ойкавы, что учащённо дышал, крепче сжимая руки на груди девушки.       - Блять, - задыхаясь от длительного бега, парень пытался привести дыхание в порядок, - Ёсикава! По кой чёрт ты опять здесь? Я же шутил по поводу самоубийства сегодня! Дура! Еле успел.       Тоору опустил взгляд на молчаливую девушку. Карий взгляд уцепился за кровавые разводы на её правой щеке.       - Лили-тян. – настороженно и очень аккуратно позвал он её. Та не отреагировала. Парень почувствовал, как задрожали её плечи в его руках. – Ох. – развернув девушку к себя лицом, он прижал ту к груди. – Плачь.       И это было последней каплей для травмированного сознания Лилиан. Она взорвалась громкими рыданиями. Тоненькие пальчики сжимали в кулаках его ветровку, оставляя складки. Но парню было всё равно. Он прижимал к себе одноклассницу, поглаживая ту по пепельным волосам, нашептывая слова утешения.       Так они просидели достаточно долго. Стрелка на часах уже перевели за девять часов. Лилиан в его объятиях недавно успокоилась, подрагивая плечами. Тоору заметил, что девушка холодная. Аккуратно сняв с себя ветровку, он накинул её на хрупкие плечи.       - Лили-тян, пора подниматься, - прошептал он, чувствуя, как начинает неметь его пятая точка. – Ты мне всё отдавила. – в его грудь прилетел слабый удар кулачка, заставляя усмехнуться.       Поднимая, он удели особое внимание состоянию девушки, сильнее укутывая её в одежду.       - Пошли на скамейку присядем. – предложил он, получая в ответ лишь слабый кивок. Подобрав по пути её сумку, они подошли к самой далёкой от ограждения скамье. Ойкава сделал это намерено, чтобы предотвратить ещё случаи суицида со стороны Лилиан.       Аккуратно опустив её, он сел рядом. Теперь под светом фонарей он мог полностью её рассмотреть. Опущенная голова, растрёпанные волосы, часть шеи перепачкана багровой жидкостью, как и рубашка. Пара локонов пепельных волос тоже окрасились в розоватый цвет. Она сидела перед ним в той же одежде, в которой убегала от него пару минут назад.       Тоору никак не мог подумать, что, возвращаясь после тренировки, предотвратит попытку к самоубийству. Качнув головой, он ещё раз посмотрел на девушку. На сидела неподвижно. Только лишь плечи подрагивали от холода. Парень решил, что она вряд ли ему сейчас что-либо скажет, а раны на щеке обработать надо. Да и морозить девушку тоже не хотелось. Вытянув из штанов телефон, он полистал список звонков, натыкаясь на один нужный, среду остальных никчёмных.       - Надо бы почистить, - прошептал он, окидывая взглядом девушку. Лилиан никак не отреагировала. Сидела и смотрела в одну точку перед собой. После долгих гудков на том конце провода наконец ответили.       - Да, Тоору. Что такое? – сонный голос в трубке заставил немного засомневаться в правильности решения, но делать уже нечего.       - Вечерочка, Онээ-чан, - поприветствовал старшую сестру Ойкава, - Я приеду к тебе?       - Сейчас? – удивилась женщина. – Ты время видел? – глянув на часы, спросила она.       - Да, видел.       - И?       - Я приеду? Дело срочное.       - Почему не домой к матери?       - Ты же её знаешь, - скривился Тоору. – Она не пустит меня, если я явлюсь с проблемой на порог.       - Что за проблема? – спросила Ойкава-старшая и парень услышал, как зашуршало постельное бельё. Сестра поднимается с кровати.       - Очень милая и дрожащая от холода проблема. – Тоору глянул на Лилиан. Та едва вздрогнула, повернувшись к нему лицом. И теперь Ойкава убедился полностью в своей теории над которой размышлял весь остаток дня. Над девушкой издеваются дома.       - Ты что, опять котёнка хочешь притащить в дом?       - Ха-хах, - рассмеялся шатен. – Разве, что очень строптивую кошечку.       На такое замечание на том конце провода вздохнули и сказали, чтобы тот приезжал. Отключившись, Ойкава окинул взглядом тело Лилиан, оценивая состояние её организма.       Сможет ли она идти, или придётся заказывать такси. Остановившись на втором варианте, он позвонил и вызвал машину.       - Такси приедет через пару минут.       - Куда ты меня повезёшь? – услышал Ойкава слабый, охрипший голос девушки.       - Домой к старшей сестре. – ответил Тоору, слабо улыбаясь.       - Я не поеду.       - Поедешь.       - Нет.       - Да.       - Не поеду. – жёстче сказала Лилиан.       - Поедешь. – так же ответил Ойкава. Карий взгляд слегка потемнел. – Я не оставлю тебя здесь мёрзнуть. К тому же, ночь на улице, если ты не заметила.       - Я заметила, - фыркнула девушка, сильнее укутываясь в мужскую ветровку. Нос уловил приятный запах свежести моря и слабые нотки цитруса. Она запомнила этот запах ещё с того момента на крыше. Он отрезвил, заставив понять, что происходящее сейчас – реально.       - Вот, - потянулся Ойкава, - тогда должна меня понять. Мне совесть не позволит оставить тебя здесь одну.       Лилиан хмыкнула, отворачиваясь от него.       - А она у тебя есть? – пробубнила под нос, надеясь, что её не услышат. Но Тоору услышал. Только комментировать не стал. Ведь прекрасно понимал какую репутацию создал сам себе среди остальных.       Подъехала машина. Обычный KiaRio синего цвета. Водитель учтиво приоткрыл дверь в салон, заметив состояние девушки. Ойкава благодарно кивнул. Они сели и автомобиль двинулся. Лилиан молчала всю дорогу, никак не комментирую руку шатена на своём плече, что прижимал её к своему боку. Его ладонь медленно поглаживала её озябшее плечо, что придавало чувство защищённости. И она бы никогда не подумала, что будет чувствовать это в объятиях Ойкавы Тоору. Ведь она многое слышала о нём.       Самолюбивый, эгоцентричный, любит подтрунивать, умеет читать людей, используя их слабости простив них же самих. А ещё – айдол у которого большая фан-группа в школе Аобаджосай. Но не только девчонки их школы приходят посмотреть на него, но и соседний. Он имеет слишком слащавую внешность, которая кажется всем привлекательной.       Подняв взгляд на лицо Тоору, что всё время смотрел вперёд, Лилиан отметила, что частично согласилась бы с тем, что он красивый. Тонкие черты лица, прямой нос, с такого ракурса просматриваются скулы, гладко выбритое лицо. Она более чем уверена, что Ойкава тщательно следит за своей внешностью.       Неожиданно парень опустил взгляд, встречаясь карими глазами с голубыми.       - Засмотрелась? – ухмыльнулся он, вглядываясь в душу девушки. Та, сморщив нос, отвернулась.       - Ещё чего, - услышал Тоору. И это заставило его усмехнуться.       - Лили-тян, тебе не кажется, что за один день слишком много происшествий? – Ойкава наклонил голову, опрокидывая её на беловолосую макушку девушки. Та недовольно заёрзала, но ответила:       - Согласна. Слишком много.       - Видимо, это судьба, - хмыкнул парень. Лилиан хмуро кинула на него взгляд.       - Судьба? Ойкава ты совсем рехнулся? Не думала, что ты веришь во всю эту чушь. Мы знакомы с тобой от силы два дня.       - Ага, два дня, - прошептал Тоору. Он не будет говорить, что заинтересовался ей ещё в прошлом году. Как иногда замечал её хрупкий силуэт в толпе и был необычайно удивлён, не увидев среди девчонок своего фан-клуба. Что узнал класс, в котором она обучалась на втором году обучения. Что старался как можно чаще проходить там для привлечения её внимания. Но все его попытки оказались тщетными. Лилиан даже взора не обратила на него. А ещё, он заметил, что та всегда была одна. На всех переменах сидела в стороне от остальных и постоянно смотрела в окно.       И вот, увидев её вчера в том месте, его сердце сжалось. Ойкава хотел сам разбить её маску отчуждённости. Но то, что ему показала девушка, волейболиста не устроило. Он ещё не успел насладиться этой игрой сполна. Поэтому, парень возьмёт своё, чего-бы ему это не стоило. Даже если придётся постоянно спасать Лилиан от самоубийства.       Автомобиль остановился напротив небольшого домика, украшенного резными фигурами. Сестра Ойкавы питала слабость к таким статуэткам. А её муж не горел желанием потакать её прихотям, поэтому та быстро с ним распрощалась. Сейчас жила она с сыном – Такеру.       Вся семья Ойкав такая. Если им что-то не нравится, они от этого избавляются. Всё легко и просто.       Вытащив девушку из салона, Тоору заметил вышедшую встретить их Онээ-чан. Женщина стояла в тёплом халате, прислонившись к косяку двери. Зевнув, та махнула рукой парню, но заметив Лилиан, встрепенулась.       - Ты про эту кошечку говорил? – усмехнулась Рики-сан, поприветствовав девушку, когда парочка подошла ближе. Однако, заметив кровавые разводы на бледном лице, быстро поменяла настрой. – Живо в дом.       - Есть, - сказал Тоору, подталкивая безвольную белобрысую войти в дом. Сняв верхнюю одежду, а именно ветровку Ойкавы, Лилиан оглянулась. В доме было достаточно уютно. Много побрякушек, которые наводили на мысли об очень бережливом человеке.       Женщина пригласила ребят на кухню, сразу ставя на плиту чайник и параллельно приготавливая аптечку. Лилиан села на стул рядом с Ойкавой, что польстило второму. Ойкава Старшая двинулась в сторону девушки с коробкой в руках. Та дёрнулась, рефлекторно хватаясь за рукав водолазки Тоору.       - Онээ-сан, давай я, - ласково улыбнулся парень, протягивая руку, заметив это действие со стороны Лилиан.       - Да ради Бога, - фыркнула женщина, отдавая аптечку брату. Тот не стал медлить. Сразу вытянул из неё перекись, пару пластырей, вату.       - Лили-тян, давай-ка обработаем твои ранки на прекрасном бледной личике, - пропел Ойкава, но быстро поумерил пыл, встречаясь с недовольным взглядом беловолосой.       Но когда та, обречённо вздохнув, подставила ему свою пострадавшую щёку, с ещё большим воодушевлением начал латать раны. Рики-сан смотрела на парочку и делала для себя какие-то выводы.       Чайник вскипел, жидкость разлита по чашкам, в руках зашуршали конфеты.       - Ну, рассказывайте, что произошло? – спросила старшая Ойкава, внимательно рассматривая школьников. На лице Лилиан красовалось два длинных пластыря, которые закрывали царапины, и багровел синяк, как от сильного удара.       - Я сам не знаю, - развёл руками Тоору, кинув выжидающий взгляд на одноклассницу, надеясь, что та что-нибудь пояснит, но она молчала.       - Может позвонить твоим родителям? – вздохнула Рики, попивая чай. Глянув на часы, она увидела – 22.10. – Время позднее. Они тебя, наверное, обыскались.       - Нет! – слишком резко вырвалось из её уст. – Не надо родителям. – позже тише добавила девушка, встретившись с недоумевающими взглядами двух пар карих глаз.       - Хааа, - женщина откинулась на спинку стула, раздумывая над чем-то. – Что ж, оставайтесь здесь, раз такое дело. Гостевая комната в вашем расположении. Поднявшись, она унесла чашку в мойку и кинув, что уходит спать, сбросила всё стальное на Тоору. Тот глянул на девушку, что сидела с опущенной головой.       - Пойдём спать? Если не хочешь рассказывать, что случилось – твоё право, но думаю, что теперь я имею право знать правду.       - Ты специально притащил меня сюда, чтобы сыграть на моей совести? – Лилиан возмущённым взглядом уставилась на парня, сжимая в ладонях чашку. Шатен дёрнулся.       - Не сказать, что это было запланировано, но мысли такие проскальзывали. – неуверенно ответил он.       Одноклассница фыркнула, вздыхая. Слезла со стула. Тоору смотрел на неё во все глаза и думал: неужели больше ничего не последует? Заметив заминку парня, Лилиан устало сказала:       - Пошли уже. Я очень сильно устала и хочу спать. Отмерев, Ойкава двинулся к ней, не забыв по пути отправить их чашки в раковину.       - Только ты спишь на полу, - предостерегающе сказала Лилиан, когда они поднимались по лестнице наверх.       - Да, конечно, как скажешь, - пропел Ойкава, понимая, что будет в точности да наоборот.       Отворив дверь в гостевую комнату, беловолосая отметила довольно приятный интерьер. Молочные стены, большая часть которых покрыта полками с разнообразными книжками. Большая кровать по центру, по бокам от которой расположились маленькие тумбочки. Шкаф рядом с окном.       Ойкава прошёл к кровати, намереваясь её расстелить. Лилиан замерла в дверях. Парень, заметив заминку девушки, вопросительно выгнул брови. И какого же было его удивление, когда на бледном лице выскочил едва видимый румянец.       - Во что, - забегав глаза по помещению, произнесла девушка, - я могу переодеться? И, если есть возможность, то где?       Тоору задумался, подошёл к шкафчику, отворил его и сразу заметил лёгкую короткую тунику, предназначенную для сна.       - Вот, держи. Ванная справа. – вытянув вещь в сторону девушки, произнёс он.       - Спасибо. – кивнула беловолосая, скрывшись за дверями душевой.       - Надо же, - фыркнул парень, - кто-то сказал мне спасибо.       Спустя пару минут показалась Лилиан в том самом коротком платьице. Тоору сначала застыл, обводя взглядом её фигурку, но потом, кашлянув, пригласил в кровать.       Звучало двусмысленно. Поэтому девушка замялась на полпути, оттягивая ткань ниже, ведь та еле прикрывала её бёдра.       - Я буду спать в той части комнаты, - указал она на пуфики, которые уже приготовил для себя. Лилиан кивнула, подходя к кровати. Но стоило ей оказать напротив Тоору, как тот, схватив её за талию, приподнял и опрокинул на постель.       Оказавшись прижатой к тёплому телу шатена, беловолосая залилась краской и стал отталкивать его.       - Пусти! Ты что удумал? – зашипела она, отодвигая его от себя, но это слабо у неё получалось. Он слишком сильно вцепился в её талию свои клешнями.       - Ты хоть представляешь меня на спящим на жёстких пуфиках? – недовольно сказал Ойкава, отодвигая от своего лица её ладонь. – Вот и я нет. Поэтому, спим вместе и точка.       - Ах, ты ж… - начинала возмущаться девушка, но неожиданно выдохнула, успокаиваясь. Парень удивлённо взглянул на неё. Та прижалась к его груди лицом, пряча свой взгляд.       - Хорошо, - пробубнила Лилиан. Её разбитое сознание не сопротивлялось теплу, которое исходило от парня. Он давал чувство защищённости, а оно так сильно нужно было ей. Зарывшись носом в складки его футболки, девушка прикрыла глаза, засыпая. Услышав разрешение, Тоору засветился и прижал девушку к себе сильнее, понимая, что та постепенно начинает ослаблять позиции по отношению к нему. И ему это нравилось.       Его это устраивало.