Пролог

Новороссийск всегда пах ветром. Даже ночью. Даже в декабре, когда ледяные порывы с моря пробирались под воротники и превращали город в каменный лабиринт, наполненный гулом портовых кранов, ржавого железа и солёной воды. Майор Следственного комитета Ирина Анатольевна Шумская терпеть не могла такие ночи. Не потому что было холодно. Потому что именно в такие ночи люди особенно часто делали страшные вещи. - Периметр оцепили, - коротко сообщил Корешков, когда она вышла из машины. Он стоял возле старого недостроенного элеватора, сунув руки в карманы куртки. Под глазами - тени. Курил уже вторую сигарету подряд. - Кто обнаружил труп? Местные? - Рыбаки. Один решил срезать путь. Шумская молча кивнула. Тело находилось внутри. Судя по предварительному осмотру — девушка, около двадцати пяти лет. Многочисленные повреждения. Связанные руки. Следы долгого удержания. Но хуже всего было не это. На бетонной стене рядом с телом убийца оставил надпись. Красной краской. Или кровью. «ОНА НЕ СЛЫШАЛА». Ирина остановилась перед надписью чуть дольше, чем следовало. - Что скажешь? - тихо спросил подошедший Мальцев. - Скажу, что у нас проблемы. Она уже видела подобное. Не конкретно это дело. Но этот почерк. Навязчивое желание не просто убить. Объяснить. Доказать. Сделать из преступления высказывание. И именно поэтому через двое суток в Новороссийск должен был приехать Андрей Ильич Высоков. Человек, которого Шумская одновременно уважала… и с трудом выносила.