Глава 29. Возвращение принца

По рядам воинов пронёсся тревожный шёпот. — Он жив... Из тени между кораблями медленно вышел высокий военный корабль с чёрными парусами. Его нос украшала голова трёхглавого дракона, а на палубе стоял Эйгон Таргариен. Его доспехи были обожжены, левая щека пересекалась свежим шрамом, а левая рука была перевязана. Было видно, что он едва пережил прошлую битву. Но в его глазах горел тот же холодный огонь. — Ты удивлена, сестра? — громко произнёс он. — Драконий огонь не так легко убивает кровь Валирии. Дейнис молчала. Она не испытывала радости от того, что брат жив. Только тревогу. — Я не хочу сражаться с тобой, Эйгон. Он усмехнулся. — Но придётся. Джейме шагнул вперёд. — Всё ещё не понял, что она не хочет твоей войны? Эйгон перевёл взгляд на него. — А ты всё ещё рядом с ней. — Как видишь. На лице принца появилась едва заметная усмешка. — Любовь делает людей слабыми, Ланнистер. Джейме спокойно выдержал его взгляд. — Нет. Она напоминает, ради чего стоит жить. Дейнис удивлённо посмотрела на него. Он никогда прежде не говорил ничего подобного вслух. Эйгон рассмеялся. — Великий Цареубийца стал романтиком? — Нет, — ответил Джейме. — Просто устал смотреть, как люди вроде тебя считают страх единственным способом править. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга. Затем Эйгон поднял руку. Позади него вперёд вышли десятки воинов в чёрной броне. — Последний раз предлагаю тебе выбор, Дейнис. Он сделал паузу. — Стань рядом со мной — и Вестерос преклонит колени. Или... Его голос стал ледяным. — Стань рядом с Ланнистером — и смотри, как он умрёт у тебя на глазах. Дейнис побледнела. — Не смей... — Ты знаешь, что я исполню угрозу. Джейме почувствовал, как её пальцы нашли его руку. Она крепко сжала её. И уже не отпустила. Эйгон это заметил. На его лице исчезла улыбка. — Значит, ты уже выбрала... Он медленно обнажил меч. Лезвие было тёмным, словно выкованным из валирийской стали. Красный и чёрный драконы одновременно подняли головы. Ветер усилился. Но неожиданно Дейнис сделала шаг вперёд, закрывая Джейме собой. — Нет, — твёрдо сказала она. — Если ты хочешь начать войну, тебе придётся пройти через меня. Эйгон долго смотрел на сестру. А затем тихо произнёс: — Именно этого я и боялся... И впервые за всё время в его глазах мелькнула не ярость. А боль.