Пролог

Министерство Магии, Визенгамот, 30 мая 1998 года Смотри прямо, не позволяй взгляду метаться, держи голову и спину прямо. Это то, что Драко повторял себе с начала судебного слушания над ним и его семьей, рядом, справа сидела мать - Нарцисса Малфой. Еле касалась его плеча своим, это успокаивало. Слева же, где должен был сидеть отец было пусто. Люциуса Малфоя увели, как одного из самых опасных и близких приспешников Темного Лорда. Люциуса Малфоя забрали из Малфой-мэнора через сутки после битвы за Хогвартс. Отец подготовился к аресту, имущество в немагической и магической Британии переписал на сына, перевел большую часть средств за границу, в волшебный банк Италии, чтобы в случае чего жене и сыну остались деньги на жизнь. Холод зала суда оторвал Драко от его воспоминаний. Он чувствовал, как холодный страх пробирается под самую кожу, оседает в костях, заставляя все конечности неметь, цепи, которые красовались на запястьях Драко так же не придавали уверенности. Переведя взгляд на своего отца, Малфой-младший его не узнавал, отец сильно похудел и осунулся, на нем еще больше цепей, роба Азкабана была мятая, в пыли и испачкана, в платиновых волосах появилась еле заметная седина. Люциус Малфой, который известен своей брезгливостью, надменностью, высокомерием, холодностью сейчас представлял собой полностью разбитого человека, голова опущена, глаза смотрели в пол, или во все надолго закрывались. Для сына и жены это было пугающее зрелище, ведь чтобы не происходило Люциус всегда старался защитить свою семью. В этот раз он явно ошибся стороной, о чем пожалел задолго до завершающей битвы. Председатель Визенгамота, ныне исполняющий обязанности Министра Магии - Бруствер Кингсли - уставший от десятка судов над Пожирателями смерти, зачитал длинный список преступлений своего отца. Сейчас было четкое понимание, что это конец блистательной четы Малфоев и его сына. Конец подходил все ближе и ближе, и это давило камнем на грудь, ему всего восемнадцать, и он должен был вступить в права наследования и принимать участие в семейных делах, жениться на Астории Гринграсс, и произвести на свет еще одно поколение аристократов. — Люциус Абраксас Малфой обвиняется: в пособничестве преступной организации в период с 1995 по 1998 год; применение непростительных заклятий к гражданским лица (Империо, Круцио, Авада Кедавра); государственная измена, передача сведений повлёкшая гибель сотрудников Министерства Магии; умышленное создание угрозы для несовершеннолетних учащихся школы Чародейства и Волшебства Хогвартс. При упоминании школы, Нарцисса вздрогнула, и сжала ледяной ладонью руку сына. Драко почувствовал на коже холод металла, это были фамильные драгоценности, и в данной ситуации выглядели, как самая огромная насмешка над их положением. — Драко Люциус Малфой, - голос Бруствера опять вырвал Драко из оцепенения, и сердце застучало с удвоенной силой, ожидая обвинений в свой адрес. - Обвиняется: добровольное вступление в ряды запрещенной организации; соучастие в проникновении на территорию школы Чародейства и Волшебства Хогварст, лиц признанных преступниками; два покушения на убийство, с использованием зачарованных предметов и Непростительных заклятий... Драко перестал слушать, сердце билось так сильно, что за гулом крови он не мог разобрать слова. Он вспомнил все свои преступления - проклятое ожерелье для Дамболдора, которое попало к Кэти Белл. Отравленная медовуха, которую выпил Рон Уизли. Помнил свои бессонные ночи, которые проводил в Выручай- комнате в бесконечных попытках починить Исчезательный шкаф. Разбитые костяшки пальцев, когда из раза в раз ничего не получалось, и Драко брал гнев и разбивал стены, в страхе за свою семью, потому что находился в безопасности, а мать... Мать находилась с самым кровожадным убийцей в одном доме, и ей некуда было оттуда бежать. Этот период скрашивало одно приведение девочки Плаксы Миртл в женском туалете, куда он часто приходил поговорить, потому что никому из школы он не мог доверить свою тайну. В попытке как-то заглушить тревогу, Драко провел пальцами по груди, где под одеждой ощущались шрамы от Сектумсепры. Тогда Избранный едва ли не убил его, лёжа в луже собственной крови, это ощущалось как освобождение, был даже благодарен, что у Драко не получится осуществить самый страшный план в его жизни. —Нарцисса Друэлла Малфой, урожденная Блэк. Обвиняется: в пособничестве преступной организации; предоставление убежища особо опасному преступнику; сокрытие сведений, способствовавших эскалации военного конфликта... Нарцисса молчала, почти не говорила с момента их ареста, лишь кроткое “Всё будет хорошо”, в которое сама мать не верила. — Суд готов выслушать свидетелей, - голос Кингсли прогремел на весь зал, обвел всех присутствующих взглядом и кивнул в сторону скамьи, которая находилась прямо за Драко. - Гарри Джеймс Поттер, прошу Вас! В этот момент, сердце Драко, которое до этого стучало так быстро, сделало кульбит в груди и замерло. Он не мог оторвать свои глаза от пола, только слышал, как Гарри четко и уверенно шагал к трибуне. Казалось, в зале суда стояла оглушительная тишина. Драко поднял глаза и увидел, как Гарри Поттер поднялся на свидетельскую трибуну в своей аврорской мантии, в круглых очках, которые съехали на кончик носа, и шрамом, который теперь знали все в Британии, как символ свободы и нового мира без Воландеморта. —Гарри Джеймс Поттер, - сказал один из членов Визенгамота, сидя в сливовой мантии. - Вы давали показания на предварительном слушании по делу семьи Малфоев, сегодня вы готовы их подтвердить? —Да, сэр. — Тогда огласите их кратко для протокола сегодняшнего заседания. — Драко действительно был в момент убийства Альбуса Дамболдора на Астрономической башне, но опустил палочку, не смог убить директора школы, но возможность точно была, убил Дамболдора по договоренности Северус Снейп. Так же прошу учесть, когда егеря нас доставили в мэнор, поместье Малфоев Драко отказался нас выдавать Беллатрисе Лестрейндж, хотя явно нас узнал. Это дало нам время для спасения, если бы Драко сразу нас опознал, в ту же минуту Темный Лорд явился в поместье, и неизвестно, как бы закончилась эта война, и когда. Что касается Нарциссы Малфой. Она спасла меня в Запретном лесу. Темный Лорд приказал ей проверить жив ли я. Она подошла, и поняла, что я подавал признаки жизни, но не выдала меня, она солгала Темному Лорду, потому что думаю осознала какой урон наносит Лорд Магической Британии. Поняла, что даже его сторонникам не будет покоя, если Лорд выиграет войну. Драко был удивлён, не верил тому, что слышал. Гарри был объективен, и не пытался навредить его семье. —И последний вопрос, мистер Поттер, - Бруствер зашелестел пергаментами. — Относительно Драко Малфоя. Как вы думаете мог ли он действовать под действием принуждения. Или это его собственная воля? —Я считаю, что Драко Малфой был поставлен безвыходное положение, сэр. Темный Лорд явно угрожал его семье. Ему было шестнадцать. Он не был убийцей. И насколько мне известно в последний год войны вообще не принимал участия в военных действиях. Зал ожил, начал шептаться и кто-то осмелился сказать: —Возражаю! - яростно выкрикнул кто-то из обвинителей. - Прятаться не значит искупить вину за 2 покушения на убийство! —Принято к сведению, - Кингсли Бруствер поднял руку, призывая к тишине. - Суд вызывает следующего свидетеля. Гермиона Джин Грейнджер, прошу вас, пройдите к трибуне. Драко поднял на Гермиону глаза. Она спускалась к трибуне, с самым серьезным выражением лица, как будто сдает ЖАБА, экзамен, к которому она готовилась год, не спала, и проводила ночи за учебниками. Волосы были завязаны в небрежный пучок, и не выглядели такими неукротимыми, как в Хогвартсе. Легкий макияж, длинные ресницы, и карие глаза. Драко завороженно смотрел на Гермиону Грейнджер, героиню Второй Магической войны. Она была в темно-синем брючном костюме, с длинным рукавом, за которым на левой руке прятался шрам, состоящий из 8 букв. MUDBLOOD. Драко закрыл глаза, сглотнул, готовясь к тому, что сейчас расскажет Гермиона. Понимал, что её присутствие в Малфой - мэноре было крайне ужасным, в гостиной на полу, прижатая его сумасшедшей теткой, она кричала так, что лопались перепонки. —Гермиона Джин Грейнджер, - Кингсли заглянул в пергамент. - Вы так же давали показания на предварительном слушании. Однако появились некоторые вопросы, которые суд хотел бы прояснить с вашей помощью. —Я слушаю, сэр. —В своих показаниях вы упомянули, что во время инцидента в Малфой- мэноре в марте 1998 года Драко Малфой отказался опознать Вас, мистера Поттера и мистера Уизли перед Беллатрисой Лестрейндж, несмотря на то, что ваши личности были для него очевидны. Это верно? —Да, сэр, - голос Гермионы дрожал, Драко заметил, что ей трудно даются воспоминания о том дне.- Когда егеря нас привели в мэнор, в гостиную, Беллатриса потребовала от Драко подтвердить наши личности. Лицо Гарри я обезобразила заклятием, но меня и Рона Драко точно мог узнать. Драко подошел вплотную к нам, и сказал что не уверен. —Вы находились в этот момент в сознании? —Да, конечно, я помню этот момент отчетливо. —И вы уверены, что Драко Малфой солгал ради вас свой тете, Беллатрисе Лестрейндж? Гермиона взяла пауза, И драко мог поклясться, что она скажет “нет, не уверена”. Скажет, что он тоже убийца, что стоял рядом в момент ее пыток и наслаждался этим моментом, заслуживает отправиться в Азкабан, или того хуже - поцелуя дементора но в этот момент Гермиона сказала то, что он никак точно не ожидал от нее услышать, и в который раз его сердце ускорилось и мысли спутались. —Да, я уверена. Я уверена, что Малфой знал кто мы, и он солгал Беллатрисе, не знаю почему, но он это сделал. По залу прокатился шёпот, кто-то воскликнул, кто-то ахнул, кто-то выругался. Драко смотрел на сокурсницу во все глаза. Грейнджер сказала правду. И в ее голосе звучало сочувствие. Но с чего ей, самой умной ведьме своего поколения ему сочувствовать. Сочувствовать тому, кто сражался по ту сторону баррикад? —Благодарю вас, мисс Грейджер. Присяжные учтут ваши показания, можете сесть на своё место. Гермиона кивнула и сошла с трибуны. Проходя мимо скамьи подсудимых, она еще раз посмотрела в глаза Драко, будто хотела бы понять все же почему тогда, в мэноре, он не выдал их. Далее суд выслушал других свидетелей дела. Дамболдор, портрет в дорогой амарантовой раме. Портрет Северуса Снейпа, в черной тяжелой раме. Был кто-то из Министерства, кто-то из Ордена Феникса, учителя из школы с положительными характеристиками. Следом взял слово обвинитель, речь была долгой, мрачной, полная ненависти и яда. Ответным выступлением было слово адвоката Малфоев, волшебник средних лет с усталым лицом, говорил о давлении на семью, о безысходности, опасности, которая нависла над их домом. Семья Малфой была заложницей Темного лорда в собственном доме. Если повезет, то его жизнь спасет ведьма, которую он всю жизнь ненавидел, гнобил. Та, которую пытали на полу в его гостиной. Та, чей крик он до сих пор слышал в кошмарах. —Суд удаляется на совещание, для вынесения приговора. Эти слова раздались в голове эхом. Члены Визенгамота поднялись со своих мест, и скрылись за дубовой дверью. Драко повернулся к матери, сжал её руку. — Мам... —Тссс, - Нарцисса коснулась его щеки кончиками холодных пальцев. -Что бы ни случилось помни ты мой сын, я горжусь тобой. Мать впервые за долгое время сказала то, что думала, без лжи и фальши. Отец же смотрел на них с сожалением и скорбью. Час спустя. Председатели Визенгамота во главе с Кингсли Бруствером вернулись в зал суда, и расположились по своим местам. Кингсли взял стопку пергаментов, и стал зачитывать приговор. — Люциус Абраксас Малфой. Признан виновным по всем пунктам обвинения. Приговаривается к пожизненному заключению в Азкабане, с правом пересмотра дела через пятнадцать лет. Нарцисса не смогла сдержать всхлип, не отвела взгляд от мужа. Люциус смотрел прямо в глаза жене, извиняясь, что не сможет теперь быть рядом с ней, потом закрыл глаза, вздохнул, будто ожидал именно такого приговора. —Нарцисса Друэлла Малфой. - мать сжала руку сына, прикрыла глаза - Признана виновной в пособничестве преступной организации. Оправдана по остальным статьям. Приговаривается к одному году условно, с ограничением в использовании волшебной палочки на срок шесть месяцев, после обязательная регистрация в Министерстве Магии каждые две недели сроком на шесть месяцев. - взгляд Нарциссы был спокойный. —Драко Люциус Малфой. Вот момент истины. —Признан виновным по статье “добровольное вступление в запрещенную организацию”, по другим статьям оправдан. Суд принял во внимание показания свидетелей, в том числе мистера Поттера, мисс Грейнджер, подтвердивших, что обвиняемый неоднократно воздерживался от прямого причинения вреда. Приговариваем к 3 годам домашнего ареста, в родовом поместье Малфой, находящимся на территории Франции, под присмотром аврората Великобритании. Драко стоял абсолютно лишенный чувств. Три года домашнего ареста. БЕЗ. АЗКАБАНА. —Заседание объявляется закрытым. В зале суда стало очень шумно. Крики, аплодисменты, топот уходящих людей, но внимание и взгляд Драко был прикован к отцу. Его уводили авроры в черных мантиях, отец шёл, сгорбившись, кинув последний взгляд на горячо любимую жену и единственного сына, последовал за надзирателями. Нарцисса прижалась к плечу сына, а Драко очень крепко обнял мать. Когда они выходили из зала суда, Драко краем глаза заметил Гермиону Грейнджер, которая стояла возле колонны, остановившись он повернулся в ее сторону, и в упор посмотрел на неё. Гермиона же ответила ему долгим взглядом, кивнула, развернулась и под руку ушла с Гарри Поттером. — Обещаю, Гермиона, если когда-нибудь тебе понадобится моя помощь, я обязательно тебе помогу, как ты помогла мне, всегда буду тебе предан. -Сказал шепотом Драко, и в этот момент между ним и Гермионой протянулась золотая нить, похожая на нити Непреложного обета, но нить Драко и Гермионы никому не удалось увидеть. Малфой- младший взял мать под руку и пошел к выходу, и своему приговору.