Часть 4. Урок полётов для чайников

В пятницу с утра у Гермионы было нехорошо на душе. Не из-за Фреда. Из-за метлы. Она прекрасно помнила как это бывает — руки леденеют сразу, ещё до того как оторвёшься от земли. Ветер в глаза. Ощущение что тело не твоё и никогда твоим не было. В Хогвартсе она была единственной кто радовался когда уроки полётов закончились навсегда. Ну, может, ещё Невилл. Чтобы не оставаться наедине с этой мыслью, она сама нашла Пембертона в коридоре и позвала на кофе. На все его вопросы отвечала не впопад, а на прощание поцеловала его в щеку — и ушла, оставив его наедине со жгучим желанием срочно кому-то об этом рассказать. Потом было совещание глав департаментов. Её проект о доступе магических существ к общественному транспорту снова завернули — второй раз подряд, с формулировкой «требует доработки в части обоснования бюджета». Заместитель министра сказал, что кентавры и так умеют бегать, домовые эльфы аппарируют, а русалки вообще под водой живут, зачем им автобус. Гермиона улыбнулась так, как умела только она — широко, фиксированно, с полным отсутствием тепла в глазах — и сказала что подготовит новую версию к понедельнику. Она вернулась в кабинет и начала работать. Злость помогала лучше кофе. В 18:47 она подняла голову от стола, посмотрела на часы и сказала вслух слово, которое обычно не говорила на работе. Вылетела из кабинета. Добежала до конца коридора. Вернулась за палочкой. Она аппарировала прямо к опушке — немного не туда, пришлось пробежать последние двадцать метров через мокрую траву. Фред стоял у кромки леса с двумя мётлами. — Минут на десять позже назначенного. — Он оглядел её — запыхавшуюся, в министерской мантии, с сумкой через плечо. — Надо было раньше сбежать с работы. — Я так и сделал. Гермиона что-то пробормотала — вроде срочное дело, не могла уйти раньше. Но не всерьёз, и так, чтобы Фред, может быть, даже не расслышал. Но его улыбка говорила об обратном. Он опёр метлу о траву, скосил взгляд на Гермиону, будто между строк читал её отговорку. Но комментировать не стал, только чуть шире ухмыльнулся. — Ладно, ученица, — сказал он тем самым голосом, в котором вперемешку и насмешка, и азарт. — Первое правило: метла — это не инструмент, это партнёр. Если будешь сидеть на ней, как на скамейке в парке, она тебя скинет быстрее, чем успеешь сказать «Фред Уизли — лучший». Он подтолкнул древко ближе к ней носком ботинка. — Ну что, проверим, кто тут босс? Гермиона слегка отстранилась, посмотрев на Фреда. — То есть ты хочешь сказать, что мне нужно сидеть на метле как на партнёре. Ты точно не перепутал, урок чего ты даёшь? Дальше что будет? — Ну, дальше я, как честный инструктор, должен сказать: тебе придётся отключить голову, если хочешь получить сегодня вечером удовольствие. — Он пожал плечами, будто признаваясь. — Но звучит это подозрительно похоже на речь какого-нибудь ловеласа, а не на инструктора по полётам. Он опустил метлу на траву и рукой пригласил её встать рядом. — Так что давай проще. Ты командуешь — она слушается. Мерлин, подумала Гермиона, поняв, что вот оно, теперь ей не отвертеться. Встала рядом с лежащей на траве метлой, подставила руку и попыталась уверенно сказать «Вверх!». К её удивлению метла послушалась — немного покачиваясь, но поднялась. Она почувствовала, как та слегка вибрирует под ладонью — живая, почти настоящая. Она радостно посмотрела на Фреда. «Получилось!» — одними губами произнесла она, будто боясь спугнуть свою удачу. Фред не двинулся с места, а вытянул руку, слегка коснувшись колышущегося черенка, помогая ему успокоиться. — Ну вот, — произнёс он вполголоса, — она и правда тебя слушает. Похоже, дело было не в метле. Он улыбнулся — не своей привычной ухмылкой, а мягко, почти гордо. — Теперь самое интересное. Садись. — Он сделал шаг ближе, готовый подстраховать. — Или будем стоять тут и любоваться, пока солнце не сядет? — Может, для первого урока хватит, — запротестовала Гермиона, крепко сцепив древко в кулаке и буквально буксируя ногами, чтобы её не заставили перекидывать ногу на метлу. — К тому же, как ты сам заметил, уже темнеет, я не в форме после рабочего дня… Сердце ушло куда-то в пятки. Она живо представила, как кувыркнётся с этой метлы на землю с высоты в метров пять. Маги умели лечить ушибы и переломы, но боль была настоящей. Она сглотнула. — Похоже, кто-то очень надеется, что такие хреновые аргументы сработают, — протянул он. Он вытянул руку и лёгким движением коснулся её локтя, останавливая это «буксирование». — Гермиона, — мягче, но всё ещё с вызовом, — я же рядом. Даже если ты свалишься, я поймаю. Но мы пока и от земли-то не оторвались. Отступать было некуда. Она мысленно прокляла тот день, когда встретила Фреда Уизли, и забралась на метлу. Та покачнулась, но не повела в сторону. Гермиона напряжённо следила за ней, стараясь не свалиться. — Что… что теперь? — стараясь говорить как можно увереннее сказала она, но голос дрогнул. Фред улыбнулся так, будто только этого и ждал. Он сделал шаг ближе, положил ладонь поверх её руки на древко, слегка стабилизируя метлу. — Дышим, — тихо сказал он, и его голос прозвучал неожиданно серьёзно. — Но так, будто ты не надеешься — а уже знаешь, что всё получится. Он убрал руку, но остался рядом. — Чуть-чуть оттолкнись ногами. Только не прыгай, просто дай метле понять, что ты готова. Это Джиннина метла. — Он приподнял бровь. — Она упрямая, как своя хозяйка, но если ты держишься уверенно, послушается. И добавил чуть мягче, почти заговорщически: — Главное — не смотри вниз. Смотри на меня. Она подняла голову и посмотрела в его глаза. Страх, сжимавший живот, чуть отпустил. Что-то другое защекотало в груди. — Тебе легко говорить, ощущение, что ты уже родился с метлой, — без обвинения, а скорее с ноткой восхищения и зависти призналась она. Она не заметила, как после того как отвлеклась на Фреда, метла под пальцами перестала трястись. Оттолкнулась и зависла в воздухе. Легко, будто делала это по сто раз на дню. Фред расплылся в широкой улыбке, глядя, как она парит. — Видишь? Ты сама это сделала, Гермиона. Я только рядом стоял. Он сделал шаг назад, складывая руки за спиной, будто уступая сцену. — Стоило только на меня смотреть. Я, оказывается, универсальное успокоительное. Гермиона чертыхнулась, резко ухнула вниз, и метла вместе с ней упала на траву. Ударилась не больно, но как-то унизительно. Особенно под его взглядом. Фред рванул к ней почти рефлекторно, но, увидев, что падение мягкое, замедлил шаг и остановился рядом. — Главное, что посадка мягкая, — протянул он ей руку, помогая подняться. — Первый урок — не держаться зубами за метлу, а второй — красиво падать. Ты уже два из двух освоила. — Давай ещё раз, — сказала Гермиона, сама не зная почему. Её природное упрямство не давало ей возможности уйти поверженной. — Не собираюсь проигрывать этой метёлке. — Мы бы этого не хотели. Я тебе и не дам этого сделать. Он помог ей подняться, а затем скрестил руки на груди. — Хорошо. Напоминаю: метла упрямая. Придётся показать ей, кто главный. Ты готова к конкуренции? — Я думала «она как партнёр», — передразнила его Гермиона, снова поднимая метлу в воздух и взгромождаясь сверху. — Какая тогда тут конкуренция, если вы должны быть на одной стороне? Она бормотала себе под нос «так», «не смотреть вниз», «не вниз», «крепко», «смотреть на него» и снова оттолкнулась ногами, чтобы взмыть вверх, чуть повыше. В этот раз у неё получилось подняться на два-три метра над землёй и сделать изящный полукруг, прежде чем она колыхнулась, замахала руками и стрелой понеслась к земле. Фред рванул вперёд так быстро, будто это он был с ускорением, а не его новенькая метла. Поймал её за талию в тот момент, когда она уже почти коснулась земли, и плавно развернул вместе с древком, гася скорость падения. — Тихо, — выдохнул он ей в ухо, пока они оба ещё держались за метлу и друг за друга. — Почувствуй, что ты не одна. Он чуть отстранился, но ладони с её талии убирать не спешил, дожидаясь, пока она снова почувствует под ногами твёрдую землю. — Спасибо, — Гермиона нашла баланс и осталась на метле, не спускаясь. — Я, кажется, даже не успела испугаться, меня так быстро повело вниз. Не надо было продолжать тебя фиксировать, когда уже поднялась. Но я не знала куда смотреть. Фред пытался разглядеть выражение её лица в сгущающихся сумерках. — Ещё раз. Смотри куда хочешь, но только не вниз, слышишь? Она кивнула и поднялась. Два метра, пять, десять, сделала круг, а затем медленно поплыла над лесом. Фред поднял голову, разглядывая её силуэт на фоне тёмнеющего неба, и вдруг понял, что она цеплялась за него дольше, чем за метлу. — Похоже, мне надо тебя догонять, — сказал он, легко закидывая ногу на свою метлу. В следующее мгновение он оттолкнулся от земли и оказался чуть сбоку от неё, на том же уровне. — Теперь продолжай смотреть не вниз и не на меня, а вперёд. Я рядом, если что. Гермиона кивнула и сосредоточенно начала смотреть вперёд так, будто от этого зависела её жизнь, ну или хотя бы чувство собственного достоинства. Но чем дольше они оставались в воздухе, тем увереннее она себя чувствовала. Руки перестали судорожно сжимать древко метлы, и какое-то время спустя она даже расправила плечи. — Фред, у меня получается… — радостно сказала она, и тут же метлу резко повело вниз, но она смогла быстро вернуть себе высоту и рассмеялась. — Ладно, ладно, похоже, мне действительно нельзя на тебя смотреть. Фред покачал головой, но улыбался так, что это было видно даже в сгущающихся сумерках. — Вот именно. Стоит тебе заметить, что ты уже хороша, как метла решает проверить это на прочность. Он чуть изменил положение и начал лететь задом наперёд, прямо у неё перед лицом. Последние лучи закатного солнца, уже не пробивавшиеся в лес когда они были на земле, осветили его волосы и добавили им огня. «Боже, какой же он красивый в воздухе» — пронеслось у неё в голове прежде, чем она успела выставить привычную защиту. Именно на метле Фред выглядел особенно соблазнительно, и от этой мысли у неё закололо под рёбрами. — Так что забудь обо мне, забудь о себе. Смотри туда, где хочешь оказаться, — он указал вперёд, в сторону верхушек тёмных деревьев. — Метла подумает, что это твоя цель, и сама понесёт тебя. А затем, увидев что она и впрямь неплохо справляется, добавил с дразнящей улыбкой: — Только, если ты вдруг решишь лететь в сторону заката за мной, учти: придётся догонять. А я быстрый. Гермиона усмехнулась и неловко начала разворачиваться в сторону солнца. — Прозвучало как вызов, — звонко крикнула она, когда наконец выровнялась и аккуратно нагнула черенок метлы вперёд, чтобы та набрала скорость. Фред коротко рассмеялся, и его метла рванула вверх, опережая её рывком. — А ты думала, я зову тебя летать ради прогулки? — крикнул он через плечо. — Догоняй, Грейнджер! Он специально не уходил слишком далеко, держа её на расстоянии вытянутой руки, то ускоряясь, то замедляясь, дразня, как будто сам был ребёнком, сбежавшим с урока. Гермиона прекрасно понимала, что он не летит в полную силу, и была ему за это благодарна. Лететь, не думая о том, что у тебя под ногами, что в руках и что в любой момент можно шлёпнуться на землю, было бы очень страшно. А вот лететь и пытаться поймать рукой Фреда Уизли было даже как-то азартно. Какое-то время спустя, не заметив, что уже гораздо увереннее держится на метле, она так увеличила скорость, что даже опередила его и пролетела мимо. Постаралась сделать большой вираж, чтобы развернуться, и у неё получилось. Правда, её слегка занесло в сторону, но сам трюк вышел практически на грани невыполнимого для профессионала и совершенно естественного для новичка, который не знает как правильно разгоняться и тормозить, зато рискует сломанными костями каждую секунду. Фред округлил глаза и присвистнул, когда она, почти неуправляемо, но красиво, выполнила вираж. Рванул за ней следом, ловя её траекторию. — Ты серьёзно?! — выкрикнул он, догоняя и выравниваясь рядом. — Я рассчитывал на учебный полёт, а не на вступительные в «Холлихедские Гарпии»! Он протянул руку, чтобы поймать её локоть и стабилизировать, но в голосе уже слышался смех, а в глазах азарт. — У меня просто был очень хороший учитель. — Фред надул грудь от её слов, но она продолжила: — Мадам Трюк, слышал про такую? Затем она посмотрела в сторону исчезающего солнца. — Последний круг, и всё! Фред хохотнул и сделал вид, что подмигивает невидимой мадам Трюк. — Последний круг, говоришь? Ладно, только честно — без внезапных финтов, а то уже тебе придётся меня ловить после сердечного приступа. Но в голосе было ясно: он сам уже ждёт, что она снова его удивит. Гермиона и Фред медленно парили в воздухе. Ни о каких догонялках уже речи не шло. Они просто наслаждались моментом, природой, компанией друг друга. Говорить ничего не хотелось. Гермиона всё ещё была под властью радости от первых успехов на метле. Она смотрела на Фреда радостными, широко распахнутыми глазами и широко улыбалась. Пожалуй, это был один из самых лучших вечеров за последнее время. Фред поймал её взгляд и тоже замолчал, словно подстраиваясь под это редкое спокойствие. Убрал ладонь с древка, позволив метле скользить самой по воздуху, и чуть откинулся назад, чтобы вдохнуть прохладный запах леса и трав. — Знаешь, — сказал он тихо, будто боялся спугнуть момент, — если бы мне кто-то сказал, что я буду просто висеть в воздухе и молчать рядом с Гермионой Грейнджер… я бы решил, что это шутка. Но, похоже, это единственный случай, когда я не против остаться без слов. Он улыбнулся уголком губ, глядя не столько на горизонт, сколько на неё. Метлы медленно снижались, и тёплый воздух, пахнущий хвойной смолой, обволакивал их. Гермиона приземлилась первой — ноги чуть подогнулись, но она устояла. Она стояла секунду, всё ещё не совсем веря, что это было настоящим. Фред приземлился рядом спустя мгновение — легко, почти бесшумно. Метла мягко скользнула по земле, он одним движением соскочил и машинально расправил пальцы, разминая ладони после древка. Гермиона заметила это краем глаза. Что-то шевельнулось в груди. Он выпрямился. Воздух был явно его домом, но и на земле он выглядел не менее естественным. — Ты так садишься, как будто не метла тебя несёт, а земля сама идёт тебе навстречу, — сказала она. — Осторожней, Фред Уизли. Ещё чуть-чуть, и я начну думать, что ты сюда пришёл не чтобы помочь мне и расплатиться, а чтобы покрасоваться. Фред усмехнулся. — А что, эти пункты взаимоисключающие? — он наклонил голову чуть набок, но глаза смеялись. — Помочь тебе, расплатиться и покрасоваться — звучит как идеальный план на вечер. — Хотя, если честно, покрасоваться — это скорее бонус. Фред чуть подался ближе. — Ну что скажешь? У меня получилось сделать так, чтобы тебе понравилось? Улыбка была дерзкой, но в голосе послышалось волнение. Гермиона оглядела уже тёмную поляну и тихо улыбнулась. — Я даже не заметила, как прошёл вечер, который я целиком провела на метле. Ты даже представить не можешь, сколько это для меня значит. Я не думала, что во мне это есть. Фред посмотрел на неё внимательнее, без привычной ухмылки, и качнул головой. — Всё самое сложное сделала ты сама. — У меня есть подозрение, — она чуть прикрыла глаза и улыбнулась, — что ты буквально просишь, даже умоляешь, не зачитывать сегодняшний урок. — Ты раскусила мой коварный план. Всю жизнь мечтал стать вечным должником Гермионы Грейнджер. Он сделал шаг ближе и вполголоса добавил, как будто доверял ей секрет. — Но будь осторожна. Иногда люди находят очень… изобретательные способы рассчитываться. Гермиона опустила руки и посмотрела ему в глаза, в которых читалось всё, что она думает о сегодняшнем вечере и отдельно о Фреде Уизли. — Например? Фред задержал на ней взгляд — дольше, чем обычно позволял себе. Уголок его губ дёрнулся в ухмылке, но в глазах вспыхнуло нечто тёплое и опасное одновременно. — Осторожно, если сейчас приму твой вызов… — тихо сказал он. — Мы квиты самым очевидным способом. Фред, не произнеся ни слова, склонил голову ближе, словно примеряясь к её дыханию. Его взгляд опустился на её губы всего на миг, но этого хватило — вопрос прозвучал в воздухе без слов. Гермиона остановила его ладонью на груди. — Фред… — она наморщила лоб. — Ты вообще-то уже расплатился. Правда. Ты свободен. Фред несколько секунд смотрел на неё. Потом медленно кивнул. — А… вот оно что. — Он даже улыбнулся, но улыбка вышла какой-то чужой. — Ты не обязан… — Гермиона не договорила. Она и сама не понимала, что пытается объяснить. Что ей не нужна услуга? Что ей не нужен красивый жест? Что ей страшно, если всё это происходит не потому, что он такой со всеми, а потому что это — она? Фред посмотрел на неё несколько долгих секунд. — Нет, — тихо сказал он. — Не обязан. Он сделал к ней один шаг. — Но я хочу. И он поцеловал её. Сначала осторожно. Потом уже не так, пока не перестали существовать ни игры, ни счёты. Гермиона отстранилась первой: — Я… всё ещё держу метлу, — тихо сказала она, чуть приподняв древко, словно показывая улику. Фред посмотрел вниз и фыркнул. — Значит, урок удался. Раз уж ты даже не заметила. Когда Гермиона аппарировала домой, её колени всё ещё были ватными от полёта. Или не от полёта.