Часть 4. Любовь и нелюбовь

Оруч Фуртуна сидел в коридоре перед дверями реанимации и молился. Хоть ему и казалось, что Аллах покинул его и его близких, потому что несчастья сыпались одно за другим, сейчас, в этот момент, он молился особенно истово. Он вёл разговор с Аллахом, повторяя про себя "Спаси его. Спаси её. Они не должны умереть". Фадиме и Исо привезли в реанимацию практически одновременно. На Адиля Кочари и Зарифе Фуртуна было страшно смотреть. Их лица почернели от горя, а глаза покраснели от слез. Остальные члены обеих семей выглядели не лучше. Час назад Адиль, не выдержав неизвестности, подлетел к Оручу, схватил его за грудки и закричал, что тот обязан спасти его сестру и зятя. Что он не имеет права сидеть в этом коридоре просто так. Трое мужчин Кочари еле оттащили вырывающегося главу Кочари от Оруча. Адиль сел на пол и тихо заплакал, впервые за последние несколько часов. Зарифе сидела молча, ни с кем не разговаривая. Она неожиданно для всех выгнала Хиджран, которая попыталась было её утешить. Единственным человеком, которого она к себе подпустила, стала Эсме. Именно бывшая жена Шерифа растила её сыновей как своих. Поэтому боль Зарифе понимала как никто другой. Шериф сидел молча, спокойно. Он перебирал в руках четки и смотрел на все происходящее как на спектакль. На его лице не дёрнулся ни один мускул, когда 15 минут назад вторая бригада врачей забежала в реанимацию, переговариваясь о том, что дефибриллятор - последняя надежда на возвращение к жизни пациента-мужчины. Адиль, Зарифе и Оруч дёрнулись было к дверям отделения. Но войти не смогли. Нельзя. Оставалось молиться и ждать. Ширин перенесла инфаркт, узнав, что случилось с Исо и Фадиме. Элени дежурила в её палате, взяв на себя обязанности медсестры и сиделки. Никто ни кем не разговаривал. В коридоре стало так тихо, что даже дыхания всех присутствующих не было слышно. Сколько ещё будет длиться неизвестность? Почему именно с самыми невинными, Фадиме и Исо, случилось несчастье? Оруч задавал эти вопросы про себя, сжав кулаки так сильно, что вогнал ногти под кожу. Но эта боль даже на тысячную долю не могла сравниться с той, которую испытывало его сердце. Исо, любимый брат, и его Фадиме - дочь врагов, ставшая ему сестрой за время короткого брака с Исо. Пока время медленно текло по коридору, за стеной умирали двое дорогих людей, которые перешли дорогу кому-то. Ему показалось странным, что Хиджран не смотрит ему и его матери в глаза, но мозг после двух суток без сна не мог обработать эту информацию как следует. Никто из тех, кто был в этом коридоре, не видел ещё одного присутствующего. Высокий красивый мужчина в белой одежде с крыльями за спиной, смотрел в операционные Исо и Фадиме. Стены не были ему преградой - ангел видел сквозь них. Также он видел красную нить, связывающую сердца парня и девушки. Она с каждой минутой становилась тоньше и прозрачнее. Он взмахнул руками и время остановилось. Ангел подошёл к Фадиме, положил ладонь ей на сердце и сказал что-то так тихо, что никто в мире бы не разобрал. Потом он переместился к Исо и сделал то же самое. За тысячи лет существования мира ангел редко видел такую любовь. И он не мог позволить ей и влюбленным умереть. Но и лишить жизни их убийц, Шерифа и Хиджран, не мог - это было не в его праве. Но в его праве было другое - нелюбовь.. В тот самый момент, когда Исо и Фадиме чуть не попали на тот свет, любовь к Хиджран ушла из сердца кузена Адиля Кочари - Гезепа. Как будто её и не было. А любовь к Шерифу ушла из сердца единственной женщины, которая его по-настоящему любила - его матери Ширин. Ангел запустил ход времени. Красная нить между Исо и Фадиме стала толще и ярче, она уже была похожа на тонкий канат. Значит, всё правильно. Ангел улыбнулся, посмотрел на Исо и Фадиме и растворился в потоке утреннего света.