2. Из князи в грязи

Гримм очнулся. Он лежал на спине, на чём-то холодном, твёрдом и немного липким… тела мёртвых братьев. На его животе была рана, из которой текла горячая алая кровь. От боли он слабо застонал. Он постепенно вспоминал, что происходило… День начался как обычно. Он проснулся в Белом Дворце. Кровать была тёплая, а одеяло слегка съехавшее. Топот маленьких ножек наполнял пространство по пути в столовую. На завтрак всё как обычно: ягоды, какое-то мясо и каждому по чаю, взрослым кофе. Гримм прыгал с платформы на платформу, поднимаясь вверх. Там был свет, значит был и выход, на который он так надеялся. Ноги подкашивало, силы покидали, но он стремительно продолжал свой путь. Обычно родители — Король и Леди — могли что-то обсуждать, улыбаться а иногда даже смеяться. Однако сегодняшний завтрак проходил в напряжённой тишине, и, если приглядеться, то можно было заметить, как глаза Леди поблёскивают на свету. Уже половина пройдена. Ещё немного, и он спасётся из этого места. В Бездне было холодно, а тела уже начинали гнить и покрываться плесенью. Сразу после завтрака детей отстранили от матери, ведя в неизвестное им место. Только в последнем ряду можно было услышать, как всхлипывала мать и увидеть её прозрачные слёзы. Осталось две или три платформы. Вся дорога, пройденная ранее, была запачкана кровью. Гримм старался не смотреть на свой живот, боясь увидеть там не нормальное тело, а смесь органов и мяса. От запаха вокруг его начало тошнить. Детей подвели к странному месту, которое довольно далеко. Вход заполнял тёмный камень с вырезами. Пока отец что-то болтал про «важный день», Гримм рассматривал окружение и не мог сосредоточиться. Было довольно темно, запах сырости и плесени тошнил. Наконец проход открылся, и каждого Сосуда поочереди толкали в пропасть. Ах, какое хрупкое тело… крови потеряно так много, а надежд так мало, что даже идти дальше не хочется. Какому-нибудь самолюбу будет просто тошно смотреть, как это маленькое существо движется вверх со вспоротым животом и мерзким запахом вокруг. Давай, малыш, надейся на успех. Каждый Сосуд пытался выбраться на поверхность, толкал других и убивал. Это игра не на жизнь, а на смерть. Кто виживет, тот будет счастливчиком, а кто нет… тут и так всё ясно. Последняя платформа, последний прыжок, и он наконец на стойкой поверхности. Сзади трупы и Бездна, а впереди много возможностей и путей. Кровь уже не хлещет водопадом, практически застыв корочкой на животе. Уже сотни мёртвых тел лежали внизу и постепенно начинали гнить, залитые кровью товарищей; а единицы продолжала лезть наверх. Не смотря на старания других, Полый выбрался первый…

***

-Куда тебе, малыш? -спросил Рогач у Гримма. Гримм стоял беззащитный, в крови и с изрезанным животом. На удивление, он не плакал, но явно сдерживал слёзы. От Бездны до ближайшей станции он проделал немаленький путь и выдохся из сил. Это казалось самым правильным решением, потому что в Дворец вовращаться странно, а пытаться выжить в мире равно самоубийству. -Куда-нибудь, где безопасно…-таков был тихий ответ. Рогач усадил малыша на свою спину, сказал держаться покрепче и побежал вдоль тоннелей. Спустя несколько минут они прибыли в Город Слёз — пожалуй, одно из самых безопасных мест для таких крох. -Будь осторожен, малыш. Если я тебе потребуюсь, звони в колокольчик, -сказал Рогач на прощание и убежал. Прошло ещё около двадцати минут, прежде чем Гримм добрался до главной улицы с фонтаном. По пути встречались заражённые оболочки, но они не мешали. В воде фонтана было отражение маленького мальчика с двумя чёрными рогами, слегка испачканные в крови. Было тошно от себя самого. Он не знал, куда идти дальше. Явно где-то есть здоровые существа, но где? Надо было спросить у Рогача, а он до этого как-то не додумался. Оставалось надеяться на чудо, что взрослый появится из неоткуда и заберёт его к себе, накормит, обогреет и будет заботиться. Гримм облакотился локтём на бортик фонтана и смотрел в воду, пока сверху на него капал дождь. Так он и уснул, а дождь постепенно смывал кровь. Неизвестно, сколько времени прошло с момента засыпания. Сколько не находись в Городе, небо всегда будет одного цвета. Старые часы на стене тикали, издавая пружинистый звук. Открыв глаза, Гримм увидел потолок. Просто потолок, самый обычный, который встречается в помещениях. Он был тёмным и слегка пыльным. Потом на глаза попались стелажи и столик, заваленные всякими странными вещами. н попытался сесть, но живот чуть ли не разорвало от боли. Чьи-то тёплые и большие руки легли ему на плечи и поясницу. Голос сказал по-отечески и обеспокоенно: -Тише, не спеши. Вот так, медлено… Я помогу. Сначала посмотрев вниз, Гримм увидел перебинтованный живот. Бинты были белыми, но присутствовали маленькие красные капельки крови. Потом уже взгляд поднялся на того, кто помогал ему сесть. Это был жук со странными рогами и бородой до пола. Его глаза смотрели на кроху с сочувствием и усталостью. Гримм попытался задать вопрос, начать диалог, но голос не шёл. Видимо, от усталости и всего ранего он на время пропал. -Тише, не пытайся пока заговорить. Потом всё расскажешь и спросишь, -сказал жук. Гримм кивнул и посмотрел в окно, за которым так же шёл бесконечный дождь.

***

Бледный Король держал за руку своего сына, ведя его обратно во Дворец. У Полого не было голоса, а если бы был, то он бы задал сотни вопросов, которые его мучали. Бледный только говорил, что он тот, кто ему нужен, самый лучший и т.д., а сын его выслушивал. Во Дворце Белая Леди смотрела на единственного сына с радостью и грустью. Она понимала, что дальше будет хуже, поэтому радовалась, что хоть кто-то выбрался. Теперь тишина стояла грустная, больше не будет этого топота маленьких ножек, а только пара ног будут отдаваться звуком по коридорам.