Часть 30 18+

Глава 30 Солнце светило слишком ярко, вынуждая Жюли перевернуться на бок, зарываясь носом в узкое пространство между подушкой и спиной Леона. Они досидели только до часа ночи. Выпив по символическому бокалу шампанского, посмотрели на полыхающие огни фейерверков и завалились спать с мыслью, что следующий год обязательно будет лучше. Никто даже не подумал закрыть шторы. Поёжившись, она неуклюже прижалась ближе, скользя по его животу холодной рукой. Стараясь протиснуть ледоватые ступни между тяжёлыми ногами, Жюли неосознанно хмыкнула, в полусне сравнивая себя с паразитирующим растением. — Ты чего такая холодная, — пробормотал Леон, приподнимая колено. Ступни медленно отогревались, зажатые в тиски. — Я думала ты спишь. — Спал. Ещё пару минут назад. Когда температура её конечностей начала напоминать человеческую, Леон повернулся, подкладывая руку ей под голову. Мельком взглянув на довольное лицо, он не нашёл там ни единого признака раскаяния. Притянув Жюли ближе, он удобно устроился подбородком на её макушке. Солнце лениво поднималось над горизонтом, отражаясь лучами от вчерашнего снегопада. Засмотревшись на укутанные тяжёлым покрывалом ветки ели, Леон проговорил вслух. — Помнишь, раньше на окнах в мороз были узоры. Сладко потянувшись в его объятиях, Жюли совершенно нечаянно задела то, что скрывалось под нижним бельем. Ничуть не смутившись, она прошлась рукой по его бедру, скользя в сторону спины. — Только один раз. У нас были не такие суровые зимы. Острые ноготки скользили по коже, имитируя витиеватые завитушки. — Моя детская была на третьем этаже, под самой крышей. Сколько себя помню, там всегда было намного холоднее, чем в остальном доме, — перебирая светлые пряди, Леон погрузился в воспоминания. — Один раз я провинился и меня там закрыли в качестве наказания. Родители уехали на работу, так что дома я был один. Стало скучно и я не придумал ничего лучше, как выбраться из окна, спуститься по фасаду и пойти на первый этаж смотреть мультики. — Спуститься по внешней стороне дома? — Жюли привстала, искренне распереживавшись за маленького мальчика. — Слушай дальше, — он осторожно вернул её голову обратно, — Где-то в районе второго этажа я не удержался. Носок прилип к подтаявшему снегу на парапете. Я старался его отклеить и забыл, что нужно держаться. Повезло, что подо мной был сугроб. Он усмехнулся воспоминаниям, пока Жюли сильнее вжималась в его тело. Её мозг сам дорисовал картину, что могло пойти не так. — И вот представь. Я испуганный, весь в снегу, в домашней одежде подхожу к двери и понимаю, что ключей-то у меня нет. Родители вернутся через несколько часов, а я к тому времени превращусь в ледышку. — Господи, Леон! — Не переживай, если что я выжил, — в его голове эта шутка определённо стоила весьма ощутимого щипка в ребро, который последовал почти мгновенно, — Меня подобрала соседка. Она как раз возвращалась из магазина. Так что ничего не успел себе отморозить. — Надеюсь, тебя сильно наказали за это. — Поверь, я ещё неделю сидеть не мог, — при этих словах он опустил руку вниз, сжимая её ягодицу. Ночная футболка, которую она выпросила у него ещё несколько месяцев назад, задралась и скомкалась где-то в районе талии. Когда Леон закинул её ногу себе на бедро, Жюли заговорчески приподнялась, проводя губами по гладковыбритой шее. — Хочешь, тоже расскажу историю? — Только если про тебя, — он прикрыл глаза, наслаждаясь неторопливыми поцелуями. Одними губами Жюли оттягивала кожу, тут же проходясь языком по розовому следу. — Однажды мы с Эммой поехали в Эгальер на велосипедах. — Название местности не говорило Леону ровным счётом ничего, — Там если въезжать со стороны южной дороги будет очень крутой спуск. Каждую фразу она прерывала поцелуем, неумолимо приближаясь к губам. Леон не торопил. — И вот, я лечу на огромной скорости. Впереди пустая дорога, — она погладила его плечо, — В какой-то момент моя нога соскальзывает с педали и я очень больно ударяюсь о раму велосипеда. Прямо вот сюда. Прикоснувшись к губам, она направила его руку к низу живота, укладывая тёплую ладонь прямо на место давней травмы. Его пальцы медленно задвигались, поглаживая её через тонкую ткань. — Знаешь, что некоторые травмы могут давать о себе знать спустя годы, — он усмехнулся, на мгновение отстраняясь от её губ, — Думаю, во избежание неприятных последствий, я мог бы осмотреть место происшествия. — Не знала, что ты знаком с такого рода травмами, — Жюли выгнулась, позволяя стянуть с себя футболку. — Поверь, дорогая, я тоже ездил на велосипеде, — отбросив ткань на пол, он взял её запястье, зеркальным движением направляя тонкую ладонь к собственному белью, — И, признаться честно, это было чертовски больно. Двигая пальцами по всей длине, Жюли поддела край резинки. — Тогда, думаю, мне тоже стоит проверить. Видя, как Леон сомневается, она приподнялась и мягко надавив на грудь, уложила его на спину. — Мне кажется, кто-то заслужил отдых, — нависая над ним, она едва различимо шептала сквозь нежные поцелуи, — Закрой глаза и не думай ни о чём. — Легко сказать. Чувствуя под ладонями напряжённые мышцы, Жюли медленно опускалась всё ниже. Разминая и тут же целуя она удовлетворённо отмечала, как постепенно его тело расслабляется. Дойдя до живота, она сначала прошлась языком по едва заметной дорожке волос, уходящей вниз под ткань. Затем влажно очертила выразительные мышцы. Пока губы отвлекали его разум, пальцы успели ловко стянуть успевшую надоесть ткань белья. Леон даже не собирался скрывать своих желаний. Осторожно собирая её волосы, он ненадолго задержался, очерчивая большим пальцем слегка припухшие от поцелуев губы. Она бесстыдно приоткрыла рот, кончиком языка проводя по подушечке. От этого вида что-то внутри дёрнулось, вынуждая направить её губы к куда более чувствительному месту. Набрав воздух при первом движении, Леон на несколько добрых секунд забыл, что нужно иногда выдыхать. Блаженное чувство разлилось по телу вместе с неторопливым ритмом, который с каждым тактом погружал его всё глубже. Невозможно было не признать, что она была хороша. Слишком хороша. После такого долгого перерыва его выдержка грозила закончиться куда быстрее, чем ему хотелось бы признать. — Жюли... — хрипло позвал он, не в силах сам остановить руку, всё ещё придерживающую мягкие волосы. В ответ она лишь сильнее сжала губы, стараясь не задеть зубами чувствительную кожу. Сдавленные стоны и слишком громкое дыхание подначивали двигаться быстрее. В какой-то момент, когда она опустилась слишком глубоко, пальцы сжались на затылке, почти резко вынуждая поднять голову. Тоненькая серебристая нить протянулась между ними прежде чем опасть на грудь. В утреннем свете её кожа почти светилась, отражая тёплые лучи. Пока ей в голову не пришло, что она сделала что-то не так, Леон притянул её к себе, без прелюдий проникая языком в приоткрытый рот. Руки сами скользили по податливому телу, не в силах оторваться. Привычным движением, он запустил руку в волосы, сжимая их у самых корней. Простонав в губы, Жюли сама откинула голову назад, открывая шею. Размашисто пройдясь языком по тонкой коже, он почувствовал, как быстро пульсирует её сердце. Леон хотел что-то сказать, но она была быстрее. Впившись ногтями в плечи, Жюли задвигала бёдрами, прекрасно понимая, что именно он чувствует при каждом соприкосновении с влажной кожей. Подразнивая, она скользила по всей длине, отсчитывая секунды до момента, пока его терпение не закончится. С губ сорвался едва различимый смешок, когда внутренний счёт не добрался даже до второго десятка. — Смотрю, кому-то очень весело, — прохрипел Леон, поднимаясь. Заведя руку за спину, он выдернул одну из подушек и бросил её на кровать прежде чем уложить туда Жюли. Она успела только невнятно пискнуть, прежде чем оказалась вдавленной в мягкий пух. Его губы сразу накрыли её, увлекая в глубокий поцелуй без возможности перевести дух. Только когда его пальцы вошли внутрь, он милостиво отстранился, позволяя вдохнуть немного воздуха. Короткий полустон — это всё на что хватило времени прежде, чем его язык проник внутрь, перетягивая на себя часть внимания и отвлекая от тугого клубка нервов, наливающегося свинцом внизу живота. В какой-то момент она смогла перенять инициативу в поцелуе. Словно в наказание, его пальцы исчезли, оставляя внутри болезненное ощущение пустоты. — Леон, я... Жюли отчаянно захныкала, открывая глаза. В ту же секунду он вошёл, вынуждая веки на мгновение расшириться ещё больше. Чувствуя, как её тело сжалось, он остановился. Стиснув зубы, Леон вобрал в себя воздух, внутренне приготовившись к утомительно долгим секундам адаптации. Однако её пальцы тут же спутались в его волосах, притягивая голову ближе. — Если ты сейчас же не начнёшь двигаться, я... Один размашистый толчёк прервал её речь. — Ты мне угрожаешь? — Леон довольно усмехнулся, наклоняясь к уху. Внимательно прислушиваясь к собственному телу, он неспешно продолжил, чувствуя, как её мышцы становятся всё эластичнее. — Я... нет, вернее... да, — она упрямо старалась собрать мысли в кучу, но с каждым движением они таяли, словно маленькие снежинки при соприкосновении с расгорячённым телом. Теперь была его очередь посмеиваться. Сначала он хотел придумать что-то остроумное, но потом просто плюнул на эту затею, полностью отдавшись ощущениям. Кому нужны слова, когда под тобой стонет любимая женщина? Его движения были плавными и тягучими. Он целовал её губы, щёки, грудь. Всё что хотел и даже больше. Полностью отпустив разум они позволили телам двигаться в своём ритме. То ускоряясь, то замедляясь, они в какой-то момент полностью потеряли связь с внешним миром, оставшись в своём маленьком коконе, где не было ни посторонних звуков, ни тяжёлой реальности. Было только чистое удовольствие и отчаянное желание, чтобы эти мгновения не заканчивались никогда. Почувствовав, что её тело уже едва поспевает за ритмом, Леон опустил руку, скользя пальцами по чувствительной коже. Понимая, что она вот-вот закончит, он ускорился стараясь успеть самому. Леон просчитался буквально на несколько мгновений, успевая поймать остаточные пульсации. Пискнув, словно мышка, она вся сжалась, обхватывая его тело. В этот момент она стала на удивление сильной. Настолько, что даже если бы чёрт дёрнул его попытаться, Леон был бы не в силах их разъединить. — Всё хорошо, дорогая. Леон гладил ей по голове, вжавшись лбом в кровать, рядом с её ухом. Он бы в жизни не признался, что у него самого немного кружалась голова. В чувства их привёл неожиданно раздавшийся стук. Леон дёрнулся тут же приподнимаясь. Начался снегопад. Тяжёлые хлопья ведомые нарастающим ветром ударялись в панорамное окно, превращая внешний мир в подобие северного полюса. — Красиво... Жюли первой нарушила тишину, переворачиваясь поближе к окну. Лёжа на животе, она опёрлась подбородком о согнутые руки, рассматривая бушующую снаружи стихию. — Да... красиво, — протянул Леон, глядя совершенно не на окно. — Не помню, когда последний раз видела столько снега, — она задумчиво двигала ногами. — Если хочешь, когда немного утихнет можем слепить снеговика. Может даже не расстает до завтра. Жюли заметно оживилась. — Хочу конечно! — подползая ближе, она с улыбкой поцеловала его в щёку, — А у нас есть морковка? Леон закатил глаза, стараясь вспомнить продукты, которые заказывал ещё в самолёте. — Нужно поискать. Я не помню. — Хорошо, тогда нам ещё понадобится.... Тихие голоса заглушались рёвом ситихии. Леон оказался прав, и снеговик простоял целых два дня. Оставшиеся дни отпуска они провели практически не выходя из дома. Стараясь не разговаривать о произошедшем, Жюли только предложила временно поселить Катарину в её старой квартире. Всяко лучше чем в гостевой комнате в офисе. Леон без проблем согласился и даже взял на себя оформление документов. О своих делах они тоже не забыли. — Не могу представить, почему так долго идёт посылка, — Леон раздраженно проверял местоположение их багажа, которое судя по карте вторые сутки лежало в аэропорту Парижа, — Почему он выслал обычной доставкой, если я сделал перевод как за приоритет? Даже чашка свежего кофе не могла справиться с его недовольством. Обойдя со спины, Жюли положила голову ему на плечо. Незаметно, как ей казалось, она вдохнула запах его кожи. — Когда будет, тогда будет. По крайней мере в моём чемодане, ничего особо важного не было. Щёлкнув его по носу, она подошла к тостеру, вытаскивая из него немного подгоревшие кусочки хлеба. Передержала. — Ну я же признал, что это было не лучшей идеей, — отложив телефон, он сделал несколько шагов прежде чем опустить руки на её талию, — К тому же, ты уже согласилась. Развернувшись в его объятиях, Жюли пристально посмотрела вверх стараясь сделать серьёзное выражение лица. Однако видя искреннее раскаяние в его глазах, из груди сам собой вырвался длинный смешок. — Разве у меня был выбор? — всё ещё улыбаясь она встала на носочки дотягиваясь до таких же счастливых губ. Поцелуй вызвал цепную реакцию, которая закончилась единстенным возможным исходом. Иногда казалось, что медовый месяц для них начался намного раньше. Где-то между кухней, спальней и другими комнатами в доме зародился ещё один сюрприз, который уже через месяц заставит немного поменять планы на будущее. А пока что они просто наслаждались жизнью и друг другом.