Ночь первая: Поломка

Дэнджи проснулся от того, что его кровать прогнулась под весом второго тела. Было темно. С улицы сквозь рваные шторы пробивался странный красноватый свет — луна всё ещё висела низко, хотя прошло уже несколько часов после заката. — Пауэр? — спросил он сонно. Она не ответила. Она сидела на нём верхом, и её пальцы — обычно неуклюжие, вечно раздирающие пакеты с чипсами — сейчас двигались с пугающей плавностью. Дэнджи почувствовал запах. Не её обычный запах — крови и дешёвого шампуня, а что-то другое. Сладковатый, приторный запах гвоздики и перезрелых фруктов, который всегда ассоциируется с началом гниения. — Пауэр, ты чего? Слезь, я спать хочу. Она наклонилась. В полумраке её глаза светились слабым красным — не как у демона, а как у стеклянного шарика, поймавшего свет заката. — Дэнджи, — выдохнула она. — Пауэр хочет… не знает чего. Но внутри как будто белка грызёт провода. Пауэр нужно сделать что-то такое… с тобой. Он хотел сказать какую-то глупость — например, «а коробку с печеньем проверить не пробовала?» — но не успел. Она поцеловала его. Грубо, неумело, со стуком зубов. Дэнджи опешил. Пауэр никогда не проявляла к нему такого интереса. Максимум — тыкала вилкой в бок, требуя внимания. А потом… Когда Дэнджи снова смог мыслить, красная луна уже почти скрылась за горизонтом. Пауэр спала рядом, свернувшись калачиком, и её лицо было безмятежным, как у младенца. Никаких горящих глаз, никакого сладковатого запаха. Только она — обычная Пауэр, которая громко сопела и иногда дёргала ногой. «Приснилось», — подумал Дэнджи и сам не поверил. Утром Пауэр ничего не помнила. Она заявилась к нему в комнату, пнула его под зад и сказала: — Дэнджи, Пауэр хочет завтрак! И чеши за ухом, а то у Пауэр блох нет, но чесаться приятно. Он посмотрел на неё, потом на красноватое пятно на простыне, которое точно не было кровью. — Пауэр, ты вчера ко мне приходила ночью? — Нет. Пауэр спала в своей комнате. Аки сказал, если Пауэр снова будет на тебя запрыгивать во сне, он больше не будет чистить унитаз. Идиот Дэнджи, неси завтрак. Он пошёл. Но с того дня начал замечать странности.