Часть 2. Клопе Секка.

      Я люблю Клопе. Безумно люблю этого сумасшедшего.       Но меня очень огорчает, как в фандоме порой упрощают его образ, выставляя идиотом, который тает от одного только вида Кэйла или его маскировки под жреца.       Да, Клопе фанатик. Об этом говорилось еще в начале. Я не сохранила точную цитату, но смысл был примерно таким:

            Рыцарь-Хранитель королевства Паэрун был известен как человек, который относится к религиям нейтрально, хотя в тайне являлся верующим и был одержим легендами. Одновременно с этим он желал оставить след в истории.

      Было это, кажется, 170–185 главах, когда Кэйл со своей шайкой поджёг озеро, украл корону и божественный артефакт. Искать дословную цитату мне лень, но суть вы поняли.       Так вот к чему я веду: Клопе — фанатик, но никак не идиот. Да, он ходит с манией величия, но при этом он умен и хладнокровен.       Кто-то, возможно, подумает: «Но ведь он сломался, когда Кэйл в тюрьме принял облик жреца». Отчасти это верно. Но сломался он лишь потому, что Кэйл подготовил для этого идеальную почву. Еще в начале их знакомства он встретился с Клопе в том облике, побеседовал несколько минут и растворился в лесу, оставив записку с намеком, что знает о его намерениях.       А теперь давайте посмотрим на эту сцену. До прихода Кэйла Клопе сидел в полном молчании, даже под пытками дуэта Моланов. Хочу напомнить: Бикрос — мастер не только физических, но и ментальных пыток. То есть Клопе не сломали ни превращённые в кровавое месиво ноги, ни отсутствие рук, ни попытки сломить его разум. Вы понимаете это? Он уже находился в искалеченном, чудовищном состоянии, но даже тогда, превозмогая страх и дикую боль, сохранял способность мыслить рационально.       Когда Кэйл сменил облик, Клопе всё понял и заговорил. Но даже в тот момент, в столь хреновом состоянии, он не считал Кэйла ни богом, ни живой легендой. Он увидел в нем человека, который видел его насквозь и знал больше положенного, и который с безразличным лицом завершил хитроумный план. И только позже, оставшись наедине с Мэри, которая ненамеренно вбила последний гвоздь, Клопе окончательно превратился в «сумасшедшего ублюдка».