Сынок, мы дома

      Расставшись со своей новоиспечённой знакомой, с которой он был знаком всего два дня и прочитав прощальное письмо, Алекс ругал себя за то, что не смог адекватно с ней попрощаться, а вел себя как полный дурак в её глазах, за то, что многое не успел сказать, да и за многое другое. Однако он понимал, что Рейчел была не менее него окутана сумбурными событиями, произошедшими за последние пару дней и не винил её ни в чём. Девочка из другого города, да даже из другой страны, случайно попавшаяся ему на пути, не понимающая, что происходит и что ей делать. Алекс раз за разом перечитывал письмо, случайно выпавшее из кармана мантии шатенки и не сразу, но до него вскоре дошло, что Рейчел, как и ему было трудно выразить все свои чувства и изложить их наедине.       Тем не менее Фьюз понимал, что скорее всего он больше никогда не увидит эту девчонку, которую ему без преуменьшения нравилось подкалывать, и ему придётся возвращаться к привычному ритму жизни. Спустя день, с момента исчезновения обретённой недавно знакомой парня, вернулись его родители.       Зайдя в просторную прихожую квартиры, отец Алекса громко хлопнул дверью, тем самым давая понять своему сыну, что его родители вернулись и они ждут, когда их встретят с распростёртыми объятиями. Однако ожидаемой реакции от шатена не последовало и это необычное поведение заинтересовало обоих родителей. Взяв сумки жены и поставив их, как и свои на пол, отец начал снимать верхнюю одежду со своей супруги приговаривая — Симона… Симона, где же наш сын? Почему он не бежит, сломя голову, нас встречать как всегда? — закончив снимать пальто говорил себе под нос высокий широкоплечий мужчина.       Тем временем молодая женщина 36 лет, выпустив свою длинную русую косу из-под легкого берета и закончив снимать обувь, обернулась к своему мужу и, начиная снимать с него схожую по фасону шапку из-под которой выглянула немного взъерошенная копна волос, собранных в хвост, а затем и пуговицы его черного пальто, сделанного из натуральной овечьей шерсти, начала спокойным и ласковым голосом убеждать своего мужа, что с их сыном всё в порядке — Ивэйло, любимый мой, не переживай, с ним ничего не могло случиться за эти три дня пока мы отсутствовали дома.       Пройдя прихожую и коридор, родители подошли к комнате сына и аккуратно открыли дверь в неё, ожидая увидеть различные причины непривычного поведения их чада, начиная от самых банальных что его нет дома, или он просто спит и заканчивая тем, что он просто как обычно увлекся одной из книг, обширной библиотеки Ивэйло. Однако, заглянув внутрь комнаты мистер и миссис Фьюз, обнаружили своего сына, неподвижно лежащего на своей кровати будто уже целую вечность. — Алекс! Алекс! — с испугом произнесла Симона, подбегая к кровати мальчика и нависая над ним, как будто бы слушая его сердцебиение — Что с тобой, сыночек? — она всё также с испуганным лицом обняла своего сына и прижала его голову к себе, пытаясь что-то сделать с почти бесчувственным телом, которое казалось не предпринимало никаких действий, глаза его также, как и тело не реагировали ни на какие попытки достучаться до сына семьи Фьюз.       Тот находился как будто в трансе, однако родители ещё даже не подозревали, какая скрытая причина такого поведения. Спустя довольно непродолжительное время Алекс очнулся от своего состояния, ощущая тепло объятий мамы. Придя в себя он с удивлением наблюдал картину: как миссис Фьюз обнимала его и тихо плакала, а отец стоял у подножия кровати, опустив голову и на лице его было отражено глубокое переживание. — Мам, пап, что с вами? — чуть шевельнулся шатен, всё еще находясь в объятиях — Что-то случилось?       Услышав внезапный голос своего любимого сына, родители Алекса посмотрели ему в лицо, где под глазами виднелись мешки от недосыпа, и не теряя ни секунды обняли его. На лицах обоих начали проступать слёзы радости, стекавшие по щекам и блеск, которых отражался от света люстры, напоминая алмазы. Немного успокоившись родители стали расспрашивать сына про его необычное поведение и про его состояние. Изначально шатен не хотел рассказывать всю правду и уже, бывало, начал придумывать какую-нибудь из очередных выдуманных на его взгляд историй, но вовремя осознал, что родители на неё вряд ли поведутся и поэтому он поведал им всё как на духу. Рассказывал он много и в подробностях: как на его голову свалилась эта девчонка; как она выглядела; как преподнесла себя при первой встрече; как из-за норм морали и воспитания он не мог её бросить одну на улице; как пытался выяснить кто она такая, как она попала в Румынию; как помогал ей вернуться домой; как они вместе хорошо проводили время, ну и на финальной части, где он описал момент их прощания, своего рассказа, который Алекс выдал практически одним залпом, его лицо стало таким же безрадостным и безэмоциональным. Таким же, в котором нашли Фьюза его родители. Внимательно выслушав своего сына, Ивэйло слегка потрепал его за волосы на голове и посоветовал, что впредь ему не надо зацикливаться на этой девочке, а надо жить дальше. Симона, сидевшая всё это время рядом на кровати, приобняла Алекса и согласилась с мнением мужа. — А теперь ложись отдыхай, — слова мамы убаюкивающим тоном пронеслись вдоль ушей шатена и, положив голову на подушку, то тут же уснул.       Тем временем оба родителя, аккуратно прикрыв за собой дверь в комнату сына, вышли в коридор и направились в кухню. После услышанного ими рассказа, по их лицам можно было понять, что они знают что-то, но скрывают это в тайне. Придя на место, они, усевшись за стол начали шепотом переговариваться для того, чтобы Алекс не смог их услышать. — Ты снова применила на него невербальное снотворное заклинание, Симона? — поинтересовался муж. — А что мне ещё оставалось делать, Ивэ? Видеть, как наш сын страдает по какой-то девчонке из Хогвартса, и она не выходит у него из головы? — Слушай, любимая, ты помнишь, что Алекс, упоминал что ночью видел странное видение с птицами, а потом и этот инцидент со стаканом? — Помню конечно, к чему ты ведёшь? — А веду к тому, что пора рассказать нашему сыну кто он есть на самом деле. Бессмысленно это долго скрывать и притворяться. Мне кажется, что он уже готов узнать правду о секрете, который мы скрываем от него.       Услышав длинное изречение своего мужа, на лице Симоны читалось беспокойство по поводу сына. — Послушай, Ивэ… — пыталась она ему что-либо возразить, но супруг был непреклонен в своём мнении, и смирившись с этим спустя несколько минут молчаливых посиделок на кухне она согласилась с его мнением — Хорошо, любимый, тогда мы оба возьмем на себя данную ношу, чтобы ввести его в курс дела.       Определившись с общим мнением, мистер и миссис Фьюз направились в свою спальню и легли спать. Впереди им предстояло тяжелое испытание в их жизни.