Воплощение

Ночь была бурной. Голова болела, словно по ней били молотом. Поль с трудом встал с кровати, оглянулкомнату. На кровати лежала Софи, её нагие очертания прорисовывались сквозь прозрачную простыню. Она лежала лицом к окну, лёгкий ветер дул с открытого окна и развевал её светлые волосы. Софи так прекрасна. Тут глаза Поля затуманились, и он немного пошатнулся, оперевшись левой рукой о стену, правой потирая виски. "Да что же такое!" — с горечью подумал приземистый молодой человек 23 лет с кучерявыми светлыми волосами. Он не был Дон Жуаном или обладал бы харизмой, но было в нём то, что завлекало многих персон противоположного пола. И да, это не ум, как вы могли бы подумать или мускулистое тело пловца. Это тембр голоса в совокупности с глазами. Поль обладал профундо, очень низким тембром; а глаза – сапфирового цвета, глубже вод Атлантического океана. Конечно, черты лица и тело не менее важны, но обладая таким голосом и глазами, остальное меркнет. Когда разум немного прояснился, он заметил разбросанную одежду на полу, пару бутылок хереса Barbadillo Palo Cortado на столе в углу комнаты. Приблизившись к дубовому столу, Поль обнаружил, к своему сожалению, пустые бутылки, опохмеляться было нечем. Пока он стоял нагишом и лицезрел своё тело в зеркало, Софи проснулась. — J'aimerais pouvoir me réveiller comme ça tous les matins1 , — сонным голосом она пробормотала. — А я хотел принять душ и пойти за сангрией, — улыбнулся Поль, подойдя к ней. Немного понежевшись, оба встали и приняли душ по очереди. Софи выразила желание сходить за круассаном и кофе с молоком. — Как, ты не будешь картофельный омлет? — подшутив над ней, он засунул пачку красных Мальборо в карман пиджака. — Вы, испанцы, ничего не понимаете в еде. Единственная сносная пища у вас — хамон, — она надменно парировала. — Зато французы лучшие снобы в мире! — засмеялся Поль и тут же увернулся от пощёчины. — Tu ne comprends rien, Espagnol2 , — захохотала Софи. После завтрака они разошлись по делам: Поль пошёл на работу, Софи в своё агентство по недвижимости. Он преподавал историю искусств в Высшей школе декоративных искусств. На лекцию, как обычно, пришла лишь половина группы, эта была не самая лучшая группа. Разложив свои вещи, он произнес: — Смерть и убийство в искусстве — темы древние, почти как сама жизнь. Почему художники так увлечены трагичностью этих тем? — спросил, прищурившись, на аудиторию. — Убийство в искусстве зачастую является метафорой, но это не обязательно физическая расправа, а убийство идеалов или ценностей, чтобы дать место новому мышлению, — ответила Мари, одна из способных студенток потока. — Но также может символизировать и прекрасное. В "Триумфе смерти" Брейгеля смерть напоминает нам, что все равны перед ней. Это может быть попыткой примириться с тем, что мы не вечны, — дополнил Люка. — Хорошее приложение, Люка. Здесь смерть — это нечто большее, чем просто конец жизни, это отражение человеческой трагедии, — сказал Поль, переключая слайд. На следующем изображении он остановился, печально её осматривая. — Это Густав Климта, "Смерть и жизнь", — развязано сказала Мари. — Благодарю, мадемуазель. Раз вы соизволили прервать меня, скажите же, что изображено здесь. — Профессор, очевидно, что это аллегория. Здесь смерть не жестокий убийца, а неотъемлемая часть человеческой судьбы. Она просто существуют, как существуем мы. Аудитории понравился её ответ и зал наполнился смехом людей, чья искренняя юность ещё не была подвержена пагубному влиянию жизни. Лишь Поль улыбался так, как улыбаются любящие жизнь перед гильотиной. 1 я бы хотела просыпаться так каждое утро (франц.) 2 ты ничего не понимаешь, испанец (франц.)Выйдя из здания, Луи улыбнулся ветру, подняв голову, увидел чисто небо с ярким солнцем. Чиновники так не делают, но Луи сегодня был счастлив. Помимо зарплаты в 350 франков, ему дали премию 120 франков. Этих денег хватит не только на зимнюю одежду его жене и маленькому Францу, но и ему на новую шинель. Это был чиновник среднего звена в Министерстве здравоохранения и социальной защиты, занимался приёмами заявок, и больше его ничего не волновало. Он женился и устроился на работу по наказу отца, впрочем, ему доставляло радость – жить социально приемлемую жизнь. Повернув за угол министерства, он пошёл не спеша, обдумывая, какую похвалу он сегодня получит. Но тут он увидел репортёршу с оператором, которые искали потенциальную жертву расспроса. — Месье, уделите нам, пожалуйста, немного времени. Мы проводим опрос для национального телевидения. Мы в прямом эфире. Тема: нужно ли повышать налоги для фермеров или премьер- министр ошибается? — загородив путь, она тут же сунула ему под нос микрофон. — Добрый день. В первую очередь нужно понять мотивы правительства, ведь оно заботится о гражданах. И если где-то налоги повысятся, то качество услуг непременно улучшится, ведь у нас справедливое распределение доходов. К тому же, у фермеров и так достаточно льгот, — отвечая, Луи вступил в опрос, подумав за секунду о том, как его социальный статус улучшится, когда его увидят на национальном телевидении (к тому же в прямом эфире!) его начальство и семья. — Но месье, тогда фермеры будут вынуждены повысить цену своей продукции, для большинства людей станет роскошью покупать говядину каждую неделю или свежие овощи каждый день! — экспрессивно затараторила репортёрша. Оператор как сумасшедший вилял камерой то на неё, то на человека, который впервые в жизни вступал в спор. — Мадам, человеку достаточно 150 грамм говядины в неделю, а овощи всегда доступны! — Да как вы такое можете говорить?! Это даже не минимальное количество рекомендуемого белка! — Белок мы получаем не только от мяса. Знаете ли, в Азии издревле едят насекомых. К тому же, наш минздрав выпустил норму потребляемых калорий, а наша санитарная инспекция прекрасно знает каких насекомых можно и нужно потреблять. Тем не менее мы отклонились от темы. Повышение налогов – необходимая мера и с экономической точки зрения. — Вы правы только в одном — мы отвлеклись. Несмотря на этот ваш бред про букашек, как экономически эффективно повышение налогов? — Это повышает уровень паритета покупательной способности, — гордо заявил Луи, продемонстрировав высокий уровень знаний. “Надеюсь, люди поймут о чём я”. Репортёрша подняла удивлённо брови, вздохнула и спросила: — Вы чиновник? — А как вы узнали? — смущаясь спросил Луи. — Всё просто. Спасибо за опрос, в качестве приза дарим вам блокнот. Взяв в руки блокнот, Луи просиял от радости. Ведь предыдущий он исписал сегодня на слушании департамента, а покупать новый не хотелось, ведь это бы значило пожертвовать ужином в семейном кафе. Вы наверное удивитесь таким ценам, но то, что он называет семейным кафе было не что иное как забегаловка фаст фуда. Репортёрша обернулась, выискивая другую жертву для камеры, оператор ещё увеличил фокус камеры на сияющем лице Луи. В ту же секунду приземистый мужчина перерезал горло чиновнику. Луи ничего не понял, просто упав на тротуар. В его глазах остался след неподдельной радости от подаренного блокнота, бедняга ничего не почувствовал. Тем временем улица очнулась криками людей, мужчина, живший над улицей на 2 этаже, увидев это, быстро нашёл кобуру, служебный пистолет и выскочил из дома. Около 73000 людей по всей стране наблюдали за молодым мужчиной, он смотрел на поверженного с задумчивым видом.Венсан опаздывал. Утром к нему заехала Софи. — Отец, моё агентство расширяется! Сегодня в 7 утра один господин с семьёй купили дом за несколько миллионов. Теперь у меня есть деньги на открытие филиала! — радостно она проговорила и с порога обняла Венсана. — Поздравляю, Софи! Невероятное достижение, я рад за тебя. Давай отметим сегодня, я сообщу маме. — Он был горд за неё. — С радостью! Подробности потом, ещё остались формальности, но заскочила рассказать тебе первому. Зарезервируй столик на троих в Le rêve inaccessible3 . — Отлично. До вечера, Софи! Мне пора бежать на суд. Накинув мантию судьи, стоя перед входом в зал, он вздохнул и выдохнул три раза. Это был ритуал. — Всем встать, суд идёт! Венсан сел в центре заседания, раскрыл дело, выполнил рутинную процедуру перед началом. Но само дело было из области фантастики, невероятное убийство посреди дня, улицы, и в прямом эфире! Свидетелями были десятки тысяч людей. Что не так с этим человеком? — Назовите свое полное имя, господин подсудимый, — поверх очков сказал Венсан. — Поль Огюст Гарсия, родился в 1*84 в Канильо, Андорра. — Отвечайте только на заданный вопрос. — Тогда это затянется, — угрюмо ответил Поль. Двери из зала суда открылись и полицейский прокричал: — Месье Андре Батист, прошу вас в зал суда! В зал вошли двое полицейских, один остался у дверей, второй же вошел на свидетельскую трибуну. — Ваше полное имя и кем приходитесь подсудимому. — Я Андре Батист, полицейский, который видел убийство и задержал этого господина. Никаких связей с ним не имею, — скривив губы, он показывал пальцем на Поля. Заседание длилось рекордных 6 часов. Были опрошены все свидетели с той злополучной улицы, ведущие психиатры, учёные и криминалисты. Само же расследование длилось год. Но никто так и не понял, что это было, и мотивы преступления. Поля обследовали все кому не лень, но в работе мозга никаких нарушений выявлено не было. Он не сопротивлялся ничему, охотно сотрудничал со следствием, проявлял живой интерес к работе над его делом. Лишь одно вызывало у него неприятие — один и тот же вопрос со всех сторон. Зачем он убил Луи? Он устал отвечать “Я его убил, потому что захотел. Нет, я его никогда не знавал. Возвращаясь с работы, я свернул за угол министерства, увидел этого человека, в 3 метрах от него я остановился. И тут я понял, что хочу убить. Никогда такого желания не было и сейчас нет, я просто захотел совершить это действие в тот единственный раз в жизни”. Но никто ему не верил, он остался загадкой для всего мира. И я не думаю, что кто-либо когда-нибудь поймёт его. После объявления пожизненного срока, он с удовлетворением выдохнул и всю жизнь провёл в тюрьме. С ним никогда не было проблем, все кто к нему приходил для своих исследований говорили в один голос: встреть его на улице, я бы улыбнулся в ответ, будь мы с ним друзьями, он никогда не обидел бы меня. Напрашивается вопрос, откуда у них такая уверенность? Просто Поль был нормальнее, чем Луи. 3 недостижимая мечта (франц.)