Встреча

      Гарри проснулся от того, что в палатке стало слишком тихо. Рон и Гермиона ещё спали, а он лежал с открытыми глазами и слушал, как за брезентом воет ветер. В кармане его куртки лежало зеркальце двусторонней связи — тёплое от его собственного тепла, но пустое.       Он закрыл глаза. И под веками поплыло. ***       Это была кухня в доме на площади Гриммо. Гарри узнал её по запаху — старого дерева и тостов с мармеладом. Сириус сидел напротив, положив ноги на стол, и пил кофе из той самой кружки, которую Гарри подарил ему на прошлое Рождество. — Ты так смотришь, будто видишь привидение, — усмехнулся крёстный, отставляя кружку. В его голосе не было и следа той усталости, что поселилась в нём после Азкабана. — Выспался?       Гарри хотел ответить, но вместо этого просто кивнул, боясь спугнуть видение. — Знаешь, — Сириус откинулся на спинку стула и посмотрел на Гарри долгим, изучающим взглядом. — Я никогда не видел таких сильных, как ты. — Глаза его блестели. — А ты знаешь, я ведь бывал на боях. Настоящих. Не спрашивай.       Гарри слабо улыбнулся. — Ты так ещё мал, но уже так силён, — продолжил Сириус, и в его голосе прорезалось что-то похожее на гордость. — Что же будет, когда ты станешь большой? — он протянул руку и взъерошил Гарри волосы, совсем как в тот день на вокзале Кингс-Кросс. — Восхищённые крики будут слышны со всех сторон. Но я к тому времени, надеюсь, ещё буду здесь и буду доставать тебя своими байками. — Расскажи лучше… ну, что-нибудь, — попросил Гарри, отчётливо понимая, что кухня начинает расплываться, словно её затягивает туманом. — Я бы мог тебе рассказать про Хогвартс, про то, как пахнет драконья кровь, и про Запретный лес, — усмехнулся Сириус, и в его глазах заплясали привычные чёртики. — Впрочем, давай ты расскажешь мне сам. После того, как объездишь весь мир. А объездишь — обязательно. — Но… — Если захочешь, ты можешь стать аврором, или профессиональным ловцом, и ловко хватать снитч, — оборвал его Сириус, и голос его стал серьёзнее. — А может, защищать Хогсмид от тёмных магов. Хотя Волдеморт, наверное, покруче Гриндельвальда будет. Но слушай сюда, малыш: силы твоей точно хватит на всё.       Видение схлопнулось, и Гарри снова оказался в палатке. На его щеке блестела одинокая слеза, но на губах застыла слабая, тёплая улыбка. В кармане зеркальце было уже холодным.       Но слова отдавались в груди теплом: «Силы твоей точно хватит на всё».       И Гарри в это поверил.