Часть 10. Доктор и Чаки

Однажды вечером на поляну пришёл новый гость. Его привёл Гоуст Фэйс. Он вёл себя непривычно возбуждённо, почти гордясь. — Смотрите, кого я привел! Наш любимый электрический психотерапевт решил присоединиться к нашему маленькому безумию! — объявил Крик, театрально разведя руки. Из тумана вышел Доктор — Герман Картер. Высокий, в потрёпанном белом халате, с характерными электрическими разрядами, иногда пробегавшими по его телу. На лице — неизменная безумная улыбка и очки, за которыми блестели такие же безумные глаза. — Добрый вечер, пациенты. — произнёс он низким, слегка искажённым голосом. — Я слышал, здесь проводят сеансы групповой терапии. Очень… интересно. Все немного напряглись. Особенно Дуайт и Клодетт. Трикстер первым нарушил тишину. — Только попробуй кого-нибудь здесь шокнуть — я тебе мои лезвия в глотку засуну. — О, нет-нет, сегодня я пришёл, как наблюдатель. — Доктор поднял руки в мирном жесте, хотя его улыбка говорила обратное. — Хотя… если кому-то понадобится помощь с психическим здоровьем, я всегда готов провести сеанс. Он медленно обвёл взглядом всех присутствующих и остановился на Леоне. — О, а вот и мистер Кеннеди. Классический случай посттравматического стрессового расстройства после Раккун-Сити. Я мог бы помочь… радикальными методами. Несколько хороших разрядов — и все воспоминания о зомби улетучатся. Гарантирую. Кеннеди нервно посмотрел на него. — Спасибо, я пас... Сьюзи, которая сидела рядом с ним, слегка покраснела и придвинулась ближе к нему, будто пытаясь защитить. — Не трогайте его... — тихо, но твёрдо сказала она. Герман от этого широко улыбнулся. — Ого! Маленькая Сьюзи проявляет защитные инстинкты. Очень мило. Скажи мне, девочка, это романтическое влечение или просто синдром спасателя? Я могу провести анализ. Сьюзи покраснела ещё сильнее и спрятала лицо в ладонях. Леон положил руку ей на плечо, успокаивая. — Док, оставьте её в покое. — спокойно сказал Кеннеди, стараясь сохранить мирный тон. — Конечно, конечно. — тот сел на свободное место у костра, положив ладони на колени. — Я просто предлагаю профессиональную помощь. Бесплатно. Кейт начала играть, чтобы немного разрядить обстановку. Пока звучала музыка, Герман закрыл глаза и слушал, иногда слегка покачиваясь. Когда песня закончилась, он неожиданно начал говорить. — Знаете… в своё время я провёл очень интересный эксперимент: Подсоединил сразу двенадцать человек к одной цепи. Когда я дал ток, они все начали "танцевать" в унисон. Было красиво. Крики гармонировали с электрическими разрядами. Настоящая симфония. На поляне повисла неловкая тишина. — Это… ужасно. — тихо сказала Клодетт. — Это — наука. — поправил Доктор с улыбкой. — А наука не бывает ужасной. Она просто… честная. Крик хихикнул. — Расскажи им про тот случай, когда ты заставил парня думать, что у него вместо рук — змеи. — О, это был прекрасный сеанс! — оживился Картер. — Пациент очень реалистично пытался от них избавиться. К сожалению, оторвал себе обе руки... но прогресс был налицо! Дуайт выглядел так, будто его сейчас стошнит. Аманда, сидевшая рядом, спокойно заметила: — У тебя интересный подход к терапии. Может, как-нибудь обменяемся методами..? — С удовольствием, мисс Янг. — кивнул Герман. — Твои капканы и мой электрический стул — идеальное сочетание. Сьюзи, тем временем, всё чаще бросала взгляды на Леона. Когда Доктор отвлёкся на разговор с Трюкачом, она тихо спросила у него: — Леон… ты правда не боишься его? — Боюсь. — честно ответил тот. — Но после всего, что я видел в Раккун-Сити, один сумасшедший доктор уже не так пугает. Девушка улыбнулась и слегка прижалась к его плечу. — Если что… я могу тебя прикрыть. Я быстрая. Скотт посмотрел на неё с тёплой улыбкой. — Спасибо, Сьюзи. Ты молодец. Убийца просияла. Доктор, заметив это, не удержался: — О-о, прекрасный случай взаимной симпатии! — голос его зазвучал с профессиональным энтузиазмом. — Рекомендую немедленный сеанс совместной терапии. С лёгким электричеством, разумеется. Ничего лишнего. Всего пара-тройка разрядов по 400-600 вольт, чтобы синхронизировать лимбические системы. Вы почувствуете, как ваши нейроны начнут буквально петь друг для друга. Страх, привязанность, доверие — всё сольётся в одну чистую, идеальную волну. После такого сеанса вы уже никогда не сможете предать друг друга. Разве это не прекрасно? Он сделал паузу, наслаждаясь реакцией, и добавил чуть тише, почти интимно: — А если захотите углубить связь… можно перейти ко второй стадии. С более продолжительным воздействием. Я называю это "электрическим обетом". Наступила гробовая тишина. Леон и Сьюзи от такой речи растерялись, не зная, что ответить. Наслаждаясь их реакцией, Герман продолжил, с ласковой интонацией, но с нотками издевки: — Сначала слабые разряды — чтобы вы научились чувствовать боль и удовольствие друг друга. Потом чуть сильнее — и вы уже не сможете отличить, где заканчивается твоя нервная система и начинается её. Идеальная эмпатия. Никаких больше "я тебя прикрою". Только "мы — одно целое"... — Доктор! — одновременно воскликнули Кейт и Фрэнк. — Шучу, шучу. — рассмеялся он, хотя по его глазам было понятно, что не совсем. Он лишь тихо, довольным смехом хмыкнул, разводя руками. — Я же забочусь о психическом здоровье своих пациентов. Несмотря на все свои безумные истории и предложения "помощи", Герман постепенно стал частью кружка. Он приходил не каждый раз, но когда появлялся — обязательно рассказывал очередной жуткий эксперимент, предлагал кому-нибудь "лечение" и иногда даже замолкал, когда Кейт играла особенно красивые мелодии. А Сьюзи с каждым разом всё смелее сидела рядом с Леоном, иногда даже осмеливаясь взять его за руку, когда думала, что никто не видит.

***

Кружок уже давно перестал быть маленьким и тихим. Теперь на поляне собиралось по 13–16 человек, и каждый новый гость добавлял свои краски в эту странную, безумную картину. В этот вечер Трюкач и Крик привели "особенного" гостя. — Встречайте новенького. — ухмылялся Трикстер. — Самая злобная кукла в Тумане решила, что ей тоже нужна терапия. Из тумана вышел Чаки — маленький, в яркой полосатой рубашке, с рыжими волосами и неизменной злой ухмылкой на пластиковом лице. В руке он небрежно вертел нож. — Здарова, придурки! — весело крикнул он высоким, немного скрежещущим голосом. — Я слышал, тут собираются нытики и психопаты, чтобы поплакаться под гитару. Звучит, как моя любимая вечеринка! Все невольно улыбнулись. Даже те, кто раньше с ним сталкивался. Чаки первым делом подошёл к Мэг Томас. Девушка сидела, вытянув ноги к костру. — О-о-о, Мэгги! Быстрая сучка, которая всегда убегает! — Чарльз остановился прямо перед ней, замер и сделал вид, будто он обычная кукла: глаза стеклянные, тело неподвижное, лёгкая наклонённая голова. Мэг насторожилась. — Чаки, только не надо… В следующую секунду кукла резко ожила — метнулась вперёд и приставила нож к её горлу, широко оскалившись. — БУ! Попалась, бегунья! — заржал он. — Представь, как я бы тебя медленно резал, пока ты пытаешься убежать. Было бы весело, правда? Томас отшатнулась, но быстро взяла себя в руки и толкнула его в грудь. — Чёрт возьми, Чаки! Ты мелкий псих! Я чуть не дала тебе по морде! — Ой, да ладно тебе. — хохотал маленький Убийца, отступая. — Ты же любишь адреналин. Я просто добавил немного специй в вашу скучную терапию. Юи, сидевшая неподалёку, громко фыркнула и посмотрела на Чаки сверху вниз. — Ты серьёзно? Маленький пластиковый уродец, ещё и шутит? В прошлый раз ты мне в ногу нож воткнул, а теперь хочешь, чтобы я с тобой песни пела? "Хороший парень" повернулся к ней, снова замер, как кукла, на пару секунд, а потом резко прыгнул и приставил нож уже к её боку. — Привет, японская панкушка! Хочешь, я тебе автограф на рёбрах оставлю? — он снова заржал и отпрыгнул назад, прежде чем Кимура успела его ударить. — Да я тебя на запчасти разберу, мелкий говнюк! Байкерша вскочила, но Трюкач её удержал, смеясь. — Спокойно, Кимура. Он просто так знакомится. Чаки довольно уселся на бревно, болтая короткими ножками. — Расслабьтесь. Я сегодня в хорошем настроении. Никого не буду резать… сильно. — он посмотрел на Кейт. — Эй, гитаристка! Сыграй что-нибудь весёлое, а то у вас тут прям похоронная атмосфера. Пока Кейт играла, Чаки продолжал свои шутки. Он периодически "выключался", становясь неподвижной куклой, а потом внезапно оживал и пугал кого-нибудь: то Дуайта (тот уже привык и только вздрагивал), то Клодетт, то Мэг. Особенно ему нравилась Мэг. — Ты знаешь, Мэг... — сказал он во время паузы. — Когда я за тобой гоняюсь в матче, мне иногда даже жалко тебя резать. Ты такая быстрая и злая… почти как я, только большая. Мы могли бы быть отличной командой. — Я лучше сдохну... — ответила Мэг, но уже с улыбкой. — Ой, да ладно! Я бы тебя только чуть-чуть порезал. Для красоты. Кимура, которая уже немного оттаяла, толкнула Чаки локтем (от чего тот чуть не свалился с бревна). — Ты хоть иногда можешь быть нормальным? Или в тебя изначально вставили только модуль "психопат"? — Нормальность переоценивают. — философски ответил Чарльз и снова замер как кукла, а через пару секунд резко ткнул ножом в воздух рядом с Юи. — Бу! — Я тебя когда-нибудь сожгу, ты... карликовый шпендик! — пообещала Юи. — Попробуй, детка. Пластик хорошо горит. Несмотря на все свои выходки, Чаки быстро вписался в компанию. Он добавлял хаоса и детского (хотя и очень тёмного) веселья. Иногда даже замолкал и просто слушал музыку, покачивая головой в такт. Атмосфера у костра становилась всё более живой, шумной и по-своему тёплой. Однако никто не замечал, что за деревьями, скрытый идеальным стелсом, уже несколько вечеров подряд сидит Призрак и внимательно запоминает всё, что видит.