Часть 10

Прошёл ещё один день. Фадиме почти не вставала с постели — Оруч настоял на полном покое. Исо сидел рядом, держал её за руку и смотрел, как она спит. Тихий, спокойный, без всякой агрессии. Просто муж рядом с беременной женой. Вошла Элени с подносом — чай, сухари, мёд. — Оруч сказал, что ей нужно много пить, — прошептала она. — Спасибо, — Исо взял поднос. Элени не уходила. — Ты чего? — спросил Исо. — Я просто… никогда не видела тебя таким тихим. — У меня теперь другие заботы, — Исо посмотрел на спящую Фадиме. Элени улыбнулась. — Ты боишься, да? — Чего? — Что станешь папой. — Боюсь, — признался Исо. — Но не так сильно, как боюсь потерять Фадиме. Элени кивнула и вышла. Внизу Адиль и Оруч спорили. — Я говорю тебе, надо ехать к Ширин, — настаивал Оруч. — А я говорю — подожди, — Адиль разливал чай. — Выпей чай, остынь. — У нас три дня, Адиль! Три дня, а ты мне чай предлагаешь?! — А что ты предлагаешь? Побежим с голыми руками? Оруч закатил глаза. — Ты как моя мать. «Оруч, поешь», «Оруч, отдохни». Адиль усмехнулся. — Твоя мать умная женщина. Жаль, что она в тюрьме. — Она там, где должна быть, — тихо сказал Оруч. — За то, что похитила Элени два года назад. — Но она твоя мать. — И она предала нашу семью, когда встала на сторону Шерифа, — Оруч поставил кружку. — Кровь не делает человека родным. Эсме, которая сидела в углу с книгой, подняла голову. — Адиль, не беси его. Он врач, ему нельзя нервничать. — Ему нельзя, а мне можно? — возмутился Адиль. — Ты уже старый, тебе всё равно, — отрезала Эсме. Оруч поперхнулся чаем. Адиль обиженно посмотрел на жену. — Старый? — Старше меня, — улыбнулась Эсме. — Это не считается. Оруч засмеялся, и напряжение в комнате немного отпустило. --- Через час Исо и Оруч поехали в больницу к Ширин. Фадиме осталась с Эсме и Элени. — Ты не боишься отпускать его? — спросила Эсме. — Нет, — ответила Фадиме. — Он справится. Он всегда справляется. Не силой — умом. — Ты в него веришь? — Больше, чем в себя. Эсме улыбнулась. — Это и есть любовь. В больнице их встретила тишина. Коридоры пустые. Палата Ширин открыта. Пусто. Кровать разобрана. Окно открыто. На подоконнике — записка. Оруч взял её, прочитал вслух: «Не ищите меня. Я сама приду, когда придёт время. Бабушка ничего не знает. Это я оставил записку, чтобы вы не тратили время. Ждите. Ш.» Исо выругался. — Он знал, что мы придём. Дверь за их спинами закрылась. На пороге стоял Шериф. Безоружный. Спокойный. — Здравствуйте, племянники. Я вас ждал. — Ты оставил записку? — спросил Исо. — Да. Чтобы вы не волновались. — Чего ты хочешь? — Поговорить, — Шериф прошёл в палату, сел на стул. — У вас осталось два дня. — Мы не отдадим земли, — сказал Оруч. — И Эсме? — Она не вещь, — ответил Исо. Шериф вздохнул. — Жаль. Я думал, вы умнее. Он поднялся и вышел. Исо выдохнул. — Он блефует? — Не знаю, — ответил Оруч. — Но он выглядит слишком спокойным для блефа. --- Дома Фадиме ждала их. — Ну как? — спросила она. — Всё нормально, — соврал Исо. — Ширин перевели. Фадиме посмотрела на него. — Ты врёшь. — Немного, — признался Исо. — Шериф был. Просто поговорить. — О чём? — О том, что у нас два дня. Фадиме побледнела, но промолчала. Элени вышла из кухни с чайником. — Два дня — это много. Мы успеем придумать план. — Какой план? — спросил Оруч. — Не знаю, — честно ответила Элени. — Но что-нибудь придумаем. Адиль обнял Эсме. — Если он тронет хоть одного из вас — я его уничтожу. Без суда и следствия. — Ты не убийца, — сказала Эсме. — Ради семьи — стану. Исо посмотрел на Фадиме. Потом на её живот. — Я тоже, — тихо сказал он. — Ради них — на всё. Оруч вздохнул. — Вы такие пафосные. — А ты такой циничный, — парировала Элени. — Я врач. Мне положено. — Врачи должны быть добрыми. — Я добрый. Противно. Фадиме засмеялась. Все засмеялись. Чёрное море шумело за окном. Два дня.