Часть 13

Дорога обратно в особняк казалась бесконечной. Ночной туман наползал с берега, окутывая старый каменный дом, ставший общим пристанищем для двух кланов. Кочари и Фуртуна, скованные общим горем, теперь делили одну крышу. Но покоя за этими стенами не было. В воздухе пахло грозой и солью штормового моря, которое в эту ночь безжалостно забрало самое дорогое. Во дворе горели мощные прожекторы — по приказу Адиля и братьев по всему периметру особняка была выставлена вооружённая охрана. К дому нельзя было подойти незамеченным.В машине Адиля стояла мёртвая, удушающая тишина. Он крепко сжимал руль, и костяшки его пальцев побелели. В зеркале заднего вида Адиль непрерывно следил за Эсме. Мужское сердце разрывалось от боли: его любимая женщина сидела, прижавшись лбом к холодному стеклу, опустошённая слёзами. Трагедия Фадиме вскрыла её собственные застарелые раны. Прошлое, от которого Адиль так отчаянно пытался её укрыть, снова дышало им в спину. Шериф — этот монстр из их родной деревни, который когда-то силой взял Эсме в жёны, сломал её юность и годами истязал её душу — вернулся. И теперь по его вине пролилась новая кровь.Рядом с матерью сидела двадцатилетняя Элени. Несмотря на свой юный возраст, она уже была врачом и умела сохранять холодный рассудок в критических ситуациях. Сдерживая собственные слёзы, она осторожно поглаживала Эсме по плечу, проверяя её пульс. Элени думала об Оруче — среднем из братьев Фуртуна, её коллеге и любимом мужчине. О том, как тяжело ему, опытному доктору, было стоять в больничном коридоре и признавать своё бессилие перед лицом душевного надлома их близких.На заднем сиденье второй машины, которую вёл Оруч, ситуация была ещё тяжелее. Там сидел Исо, самый младший из братьев, бережно, словно хрустальную вазу, прижимая к себе двадцатитрёхлетнюю Фадиме. Врачи разрешили забрать её домой под личную ответственность Оруча и Элени — профессиональный медицинский присмотр был обеспечен круглыми сутками, а сильные успокоительные наконец погрузили Фадиме в тяжёлый, неестественный сон. Она спала, уткнувшись носом в пальто Исо, её бледные губы изредка вздрагивали, а пальцы судорожно сжимали ткань на его груди. Исо не отводил от неё глаз. В его ушах всё ещё звенел её безумный, срывающийся крик: «Где мой малыш? Он тут, в животе!» Младший брат, всегда такой горячий и упрямый, сейчас выглядел полностью раздавленным. Его весёлая, светлая Фадиме сломалась, потеряв ребёнка. Её разум заперся в отрицании. И Исо знал, чьи руки сотворили это. Шериф убил их отца, а теперь из-за него Фадиме лишилась рассудка, а сам Исо — единственного сына.Когда они наконец вошли в особняк, Исо бережно перенёс Фадиме на руках в их комнату, уложил на кровать и долго укрывал одеялом. Элени сразу поднялась следом. Она профессионально проверила капельницу, скорректировала дозу лекарства и мягко коснулась лба Фадиме.— Она стабильна, Исо, — тихо, но уверенно сказала двадцатилетняя Элени. — Препараты подействовали. Я буду заходить каждые полчаса и проверять её. Побудь с ней, а нам с мужчинами нужно решить, что делать дальше.Исо сел рядом на колени, целуя холодные ладони жены, пока Элени спускалась в гостиную, где собирались остальные.Эсме в изнеможении опустилась на диван. Адиль тут же сел рядом, бережно прижал её к своему плечу и накрыл пледом.— Всё позади, Эсме… Я с тобой. Я здесь, — тихо шептал он, целуя её в висок и вдыхая запах её волос. — Больше этот ублюдок к тебе не прикоснётся. Я лично закопаю его, если понадобится. Наша охрана перекрыла все выходы, мы в безопасности.Оруч стоял у камина, переводя тяжёлый взгляд с огня на вошедших. Когда Исо спустился по лестнице, Элени подошла к Оручу. Средний брат перехватил её пальцы, прижал к своим губам, а затем крепко обнял её за талию, давая безмолвную поддержку. Адиль поднялся с дивана. Взгляды мужчин скрестились. Больше не было вражды между Кочари и Фуртуна — была общая, лютая ненависть к одному человеку.— Мы не можем больше ждать, — глухо произнёс Адиль, продолжая гладить Эсме по волосам. — Шериф зашёл слишком далеко. Он мучил мою жену, он убил вашего отца, а теперь разрушил жизнь моей двадцатитрёхлетней сестры. Фадиме не заслужила этого ада.— Я убью его, — хрипло, mертвенным звуком отозвался младший брат Исо. Его лицо было бледным и страшным. — Собственными руками. Море заберёт его по частям. А вслед за ним пойдёт и наш старший братец Фатих.Оруч нахмурился, его рационализм врача и позиция среднего брата, пытающегося удержать равновесие, отчаянно боролись с кипящей внутри яростью.— Исо, успокойся. Месть не вернёт ребёнка Фадиме и не исцелит её разум. Если ты просто пристрелишь Шерифа или Фатиха, ты сядешь в тюрьму. Что тогда будет с твоей женой? Ей нужен живой муж на свободе, а не убийца за решёткой. Фатих — наш старший брат, но он связался с дьяволом. И если мы докажем его соучастие с Шерифом, закон уничтожит его без наших пуль. Мы с Элени сделаем всё, чтобы вернуть Фадиме к реальности, но ты должен быть на свободе.— Мне плевать на закон, Оруч! — Исо резко вскочил, опрокинув стул. Лицо младшего брата исказилось от крика. — Ты видел её?! Видел её глаза там, в больнице?! Какая мне разница, где гнить, если её мир уничтожен?! А Фатих… Фатих продал память нашего отца Шерифу! Я не назову его братом!В этот момент тяжёлая дубовая дверь гостиной медленно скрипнула. На пороге появилась бабушка Ширин. Старая, величественная женщина, чьё лицо было покрыто глубокими морщинами, опиралась на массивную трость. Несмотря на возраст, в её осанке всё ещё чувствовалась железная власть хозяйки клана Фуртуна. Она знала, что старший внук Фатих слишком глубоко увяз в делах своего дяди Шерифа, и если Шериф заговорит в полиции, Фатиха казнят или запрут пожизненно.Ширин медленно прошла в центр комнаты. Трость глухо стучала по паркету.— Хватит криков в этом доме, — её старческий голос заставил всех замолчать. Она посмотрела на разорванного болью младшего внука Исо, затем на Оруча, Адиля, Элени и бледную Эсме. — Моё сердце обливается кровью из-за несчастья Фадиме. Я видела её, когда вы её несли — девочка совсем плоха в свои двадцать три года. Но Шериф… Шериф — это моя кровь. Мой сын. Каким бы волком и грешником он ни был перед вами, я не позволю вам пролить кровь Фуртуна. Исмаил, Оруч, Адиль… я прошу вас, не наказывайте его. Оставьте его на суд Всевышнего.В глазах Исо полыхнуло такое бешеное презрение, что старуха невольно отступила на шаг.Адиль сделал шаг навстречу Ширин. Его голос дрожал от сдерживаемой ярости.— Бабушка Ширин, при всём моем уважении к вашим сединам — суд Всевышнего будет на небесах. А на земле Шериф ответит за всё. Этот ублюдок пришёл из нашей деревни, силой сломал жизнь моей Эсме, сделав её когда-то своей безвольной рабыней, а теперь из-за него погиб ребёнок Фадиме! Вы просите не проливать кровь вашего сына? Хорошо. Мы не тронем его лично.Оруч зловеще шагнул вперёд, вставая плечом к плечу с Адилем.— Если так, бабушка, мы поступим иначе. Мы соберём все улики. Всё, что он сделал с нашим отцом, все его преступления. И мы выведем на чистую воду всех, кто ему помогал. Мы отправим Шерифа в тюрьму. Он сгниёт за решёткой, и закон сделает то, чего вы так боитесь. Либо закон, либо Исо пристрелит его на первом же перекрёстке. Выбирайте.Ширин замерла. Её губы дрогнули. Она поняла, что внуки непреклонны: Шериф для них — смертник, а Фатих пойдёт следом за ним по этапу. Старуха тяжело вздохнула, её плечи опустились, и она сделала вид, что полностью смирилась.— Ладно… — тихо, с глубокой скорбью произнесла она. — Раз вы так решили… пусть будет закон. Я слишком стара, чтобы воевать с собственной кровью и с вашим упрямством. Поступайте, как знаете.Она медленно повернулась и, тяжело налегая на трость, вышла из гостиной. Тяжёлая дубовая дверь плотно закрылась за её спиной, отсекая крики внуков.Но стоило старухе оказаться в тёмном, пустом коридоре своего крыла, как маска покорности мгновенно слетела с её лица. Её глаза сузились, превративсь в две холодные, хищные щели. В ней проснулась та самая безжалостная, властная хозяйка клана, готовая на любое преступление ради защиты своей семьи.Ширин подошла к окну, всматриваясь в ночную мглу Черного моря. Её пальцы мёртвой хваткой сжали набалдашник трости. В её голове уже созрел страшный, безумный план. Она не могла допустить, чтобы Оруч и Адиль сдадут Шерифа полиции, а импульсивный Исо добрался до старшего Фатиха. Шериф был её сыном. Да, он совершил страшное — убил собственного брата, отца Исо, Оруча и Фадиме... Но для Ширин он оставался её кровью.— Эти мальчишки возомнили себя вершителями судеб в моих стенах, — тихо, со злобой прошептала старая женщина в пустоту тёмного коридора. — Они хотят обменять моего сына Шерифа на свой закон? Хотят закопать моего старшего внука? Мы переиграем их. Раз Адиль так трясётся над своей Эсме, которую он когда-то с боем вырвал из рук Шерифа, мы ударим именно туда. Это его слабое место. Мы выведем её через подземный ход старого особняка, о котором эта охрана даже не догадывается.Старуха достала старый телефон, набрала номер своего самого верного человека, который подчинялся только её приказам, игнорируя молодых хозяев.— Слушай меня внимательно, — ледяным тоном скомандовала Ширин в трубку. — Мужчины заняты подготовкой бумаг. Младший Исо сидит у постели Фадиме, девчонка Элени меняет капельницы. Охрана караулит внешние ворота. Готовь людей к подземному ходу. Мы украдем Эсме прямо ночью, из её спальни, пока Адиль уснёт от усталости. И не вернем, пока Шерифа не отдадут нам на руки. Сажала старая женщина семена вражды сама их теперь и взрастит.

***

спасибо за отзывы🥹 Девочки мне 30 серия вообще не понравилаааась😩