Часть 3

Спустя пару недель… Эбигейл, отчаянно зевая, увернулась от протянутой руки Имельды, которая пыталась взлохматить ей волосы, и вошла в Большой зал, сразу выискивая взглядом Оминиса. Друг нашелся в самом начале стола. Он водил концом палочки по страницам учебника по Трансфигурации. Оминис, как и все студенты в начале учебного года, пообещал Эби, и себе в первую очередь, что подтянет учебу. Однако слепому парню было достаточно тяжело наверстать однокурсников. Благо, что сердобольная Эбигейл следила за успеваемостью Мракса и помогала с учебой, хоть и знала, что Оминису было очень неловко. — Доброе утро, сладкий, — Она плюхнулась рядом с другом. Имельда, увязавшись следом, села по другую сторону от Эби и тут же стырила спелое яблоко с фруктовой горки. — Привет, Оминис, — Тоже поздоровалась Рейес, едва взглянув на слизеринца. Оминис, поджав губы, нахмурился и слегка повернул голову к Эби. — Что за фамильярность? — Мы же друзья, Оми. Или ты забыл? — Эби, приподнявшись со стула, протянула руку к грозди зеленого крупного винограда. И тут же получила легкий шлепок по ягодицам. Кинув гневный взгляд на ухмыляющуюся Имельду, девушка села обратно и фыркнула. — Сучка. — Надеюсь это обращение было не ко мне, — Пробормотал Оминис и со вздохом закрыл учебник, предварительно подсунув закладку. Ее, кстати, сделала Эбигейл своими руками. Украла небольшую тонкую картонку с кухни, и обмотала ее легкой ажурной тканью. Потом, вместе с Себастьяном, добыла краску зеленого и серебряных цветов, и разукрасила, постаравшись изобразить если не змей, то красивые линии. И хоть Оминис не мог в полной мере оценить внешний вид подарка, он все равно выразил огромную благодарность и использовал закладку постоянно. Но так, как учебников было предостаточно, то Эбигейл в следующий выход в Хогсмит, купила уже полноценный комплект закладок, сделанных из тонкого пластика, переливающегося на солнце всеми цветами радуги. — Конечно не к тебе, — Тут же встряла Имельда. — Эби просто увидела твою новую подружку и отметила как Иви сегодня сногсшибательна. Эби толкнула ее локтем в бок и выразительно подняла брови, заставляя замолчать. Хотя сама внутри постоянно себя отдергивала от подколов. Новая студентка, в миг превратившаяся из Иветты в Иви, в какой-то из учебных дней со всего размаху влетела в Оминиса, который только повернул в коридор, и повалила его на пол, плюхнувшись сверху. Шипение слизеринца и причитания Иви, просящей прощение, уж больно уморительно выглядели, что Эбигейл не сдержала хохота. И прежде чем парень был общими усилиями поставлен на ноги, Иви сотню раз успела его от страха перещупать на наличие травм. Но с того для Иветта с Оминисом, если не подружились, то хотя бы начали чуть чаще общаться с друг другом. Скромная Иветта, смотрящая на все своими зелеными удивленными глазами на фоне сдержанного и немногословного Оминиса выглядела уж очень…гармонично рядом с ним. Да и разница в росте практически в восемь дюймов добавляла большего шарма такой необычной парочке. И хоть Оми постоянно огрызался, стоило только заикнуться об Инакатте, всем было видно невооруженным взглядом, что он к ней относится куда мягче, чем даже к своим софакультетникам. И вот сейчас, жилка на шее Оминиса дернулась, стоило только услышать имя когтевранки. — Ты бы лучше за своими любовными связями следила, Рийес, а не лезла во взаимоотношения других людей, — Бросил Оминис. Имельда фыркнула и отщипнула виноградинку с тарелки Эби. — Ты стал еще противнее, чем в прошлом году, чтоб ты знал. Зато Себастьян поменялся в лучшую сторону. Таким красавчиком стал, да, Уитли? Какого видеть, как твой бывший друг обжимается с другими девочками, вместо того, чтобы обратить внимание на ту, что вытаскивала его из передряг? Это был удар под дых. С того злополучного разговора в Крипте Себ действительно перестал общаться с ними. Отстранился-не то слово, чтобы описать поведение слизеринца. Себастьян не здоровался, практически не разговаривал. А уж если была необходимость в диалоге, то общался сквозь зубы и не глядя в глаза. Эбигейл по началу старалась наладить общение, даже пыталась вывести Себа на разговор, но равнодушный взгляд карих глаз полосовал по сердцу не хуже ножа. И каждый день, видя, как Селлоу улыбается всем, кроме нее и Оминиса, Эби все больше опускала руки. Действительно, зачем Себу общаться с ними, раз все закончилось? Анну не вылечить, но хоть болезнь остановилась, дядя Соломон хоть и надавал по ушам, но не выгнал из дома, все наладилось. И Оминис тоже предпочитал не говорить о бывшем товарище, признав Эбигейл своей единственной подругой. — Слушай, Рийес, ты вообще за языком не следишь? Уйди, раздражаешь. Оминис передернул плечами, а Имельда скрипнула зубами. Эби, громко вздохнув, покачала головой. — Можно хотя бы позавтракать без склок, ну пожалуйста? — Да как скажете. Я вообще не хотела сидеть с вами, больно рожи у вас кислые. Один ходит всех оскорбляет, будто ему по морде дать не могут. А другая страдает от неразделенной симпатии, только вот вместо действий всем настроение портит своими вздохами-ахами. Полудурки! Имельда, схватив еще пару виноградинок, выскочила из-за стола, и зашагала дальше, к сидячей Вайолет, которая, еще не до конца проснувшись, вяло жевала яичницу. Брюнетка удивленно вскинула брови, смотря на приближающуюся чемпионку квиддича. Но подвинулась, переведя недоумевающий взгляд на Эби с Оминисом. — Истеричка, — Оминис как всегда-коротен и лаконичен. Поэтому Эбигейл, в знак признательности, ну или уже по привычке, начала наполнять его тарелку. Оминис повел носом, видно поняв что делает подруга, но лишь поджал губы и послушно взялся за ложку. — Сегодня рисовая каша. Хочешь еще бекончик положу? Вон как Макдауэлл уплетает за обе щеки. Того и глядишь скоро в юбку не влезет, — Эбигейл вяло улыбнулась, трясущимися руками попытавшись закинуть в тарелку Оминиса с кашей парочку ягодок малины. — Эби, — Теплая ладонь друга осторожно легла на ее пальцы, опуская. Слепые глаза зашарили по ее лицу, а на лбу появилась хмурая складка. — Тебя так сильно это задело? Девушка, переплетя пальцы друга, почувствовала как тугой узел в груди затянулся еще сильнее, сковывая горло. И так было ясно как сильно она расстроена ссорой с Себастьяном. И дело даже не том, что он обжимался с другими студентками по углам. — Он так просто отказался от нас, — Тихо пролепетала Эби. — Вот ты сказал, что не хочешь с ним дружить. Ну зачем ты это произнес? Он же ужасно вспыльчивый, это ни для кого не секрет. А теперь мы сидим по разным сторонам стола Слизерина, и стараемся даже не пересекаться взглядами. Но так же нельзя… Эби замолчала, чувствуя, что еще чуть-чуть и просто позорно разревется. Да, она спасла Хранилище от Ранрока. Да, она избавилась от Руквуда, что подвергали всех студентов Хогвартса опасности. Да, она изучила Запретный Лес вдоль и поперек, и даже ночью уже не боится там находиться. Но размолвка с другом, а Эби надеялась, что это все же размолвка, стала критическим толчком к ее самообладанию. — Ты плачешь? Мерлин, Уитли, он не достоин твоих слез, — Оми, немного нелепо, с заминками, провел пальцами по лицу девушки, пытаясь вытереть слезы, которых не было. — Ты прошла через адский ад, а тут пустила сопли-слюни из-за этого кретина? Я сейчас пойду к профессору Фигу и упрошу поставить заранее Селлоу незачет по его предмету. Эбигейл против воли улыбнулась и неловко хихикнула, осторожно отцепляя пальцы Оминиса от своего лица. — Не надо, Оминис, правда, — Девушка все же, слегка успокоившись, — Я уверена, что мы обязательно помиримся, нужно только время. Оминис, кивнув, повернулся обратно к своей тарелке и неловко опустил ложку в кашу. — А как там, действительно, Иви поживает, почему ты не рассказываешь? В то утро студенты впервые видели как Оминис, отчаянно краснея, обмазывал лицо своей хохочущей и визжащей подруги остатками каши.

***

Себастьян, подпирая стенку уже несколько минут, тоскливо выглянул в окно, открывающее вид на живописный пейзаж. До начала лекции по Защите от Темных Искусств оставалось всего ничего, а эти двое все еще не появлялись. Одному Мерлину было известно сколько трудов стоило парню игнорировать друзей. Хоть Себ и был злопамятным, но он прекрасно понимал почему Оминис выдал в тот вечер такую браваду. Слизеринец был неблагодарным. Он и правда мастерски манипулировал Эбигейл, жалостливо прося помощи для Анны. Он любил сестру. Она, как никто другой, заслуживала шанс на спасение. И когда появилась возможность избавить Анну от страданий, Себастьян вмиг позабыл о том, что значит быть другом. Он не слушал никого, откровенно хамил Оминису и принижал усердные попытки Эбигейл вразумить его. А когда Себастьян, охваченный чувством амбиций и власти, держал в руках триптих, завороженный его мерцанием, для него перестало существовать абсолютно все. И если бы Эби, тихо поскуливая, истекая кровью и шепча кучу извинений не оглушила его Древней магией, то парень сделал бы что-то страшное. Страшнее, чем управление инферналами. Себастьян хотел убивать. Парень прикрыл глаза, вспоминая полный ужаса взгляд светлых глаз подруги, что волокла за собой поврежденную в схватке ногу. Даже будучи в опасности, она все еще старалась спасти именно ЕГО. А теперь робко опускала глаза, сталкиваясь с Себастьяном в коридорах Школы. — Черт, -Цокнул Себастьян, почувствовал укол в области груди. Даже вердикт Оминиса ощущался не так болезненно, как тихое принятие произошедшего от Эбигейл. В последний день перед отъездом, Себ часто прокручивал в голове мысли обо всем, что было на пятом курсе. Он вспоминал как встретил Эби утром в гостиной Слизерина, легкомысленно подмечая, что мордашка у новенькой что надо. Кто же знал, что эта самая мордашка будет смотреть так холодно и непоколебимо, убивая троллей. И участвовать в Скрещенных палочках вместе с ней, поражая одного соперника за другим, казалось для Себа самым лучшим занятием. Эби как-то незаметно влилась в его жизнь, согласившись приехать к нему в Фелкрофт. Она стала свидетелем его позора и возвышения. Поднимала самооценку и тут же спускала с небес на землю, возвращая в горькую и неприятную реальность. Услышав тихие шаги, Себ весь подобрался, готовясь встретить друзей с предложением заново все обсудить и помириться. Но когда из-за угла появилась улыбающаяся Эбигейл, держа под локоть такого же улыбающегося Оминиса, в голове будто что-то щелкнуло, заглушая звуки. — Веселитесь? — Прохрипел Себ, не в силах оторвать взгляд от тонких пальцев, впившихся в мягкую ткань мантии Мракса. — Да, и без тебя, — Отрезал Оминис, осторожно попытавшись обогнуть друга. Но у Себа были другие планы. — Селлоу, убери свои руки, — Змеей прошипел Оминис, вырывая свою руку из захвата шатена. Эби тут же подскочила и, с невероятной силой для девушки, пихнула Себастьяна в грудь, гневно сверкая глазами. — Ты с ума сошел? — Это вы с катушек съехали! Я всего лишь поговорить хочу, — Парень слегка отшатнулся, сделав шаг назад и тут же перехватил руку Эби, дергая на себя. — Ты можешь перестать меня бить? — Ты сам меня сейчас схватил, кусок ты птичьего дерьма, — Ох, если бы Эби знала как была прекрасна в этот момент… Себ на секунду замер, любуясь игрой солнечных лучей в волосах подруги и тут же пропустил удар в живот. Крякнув, Себастьян выпустил девушку и согнулся пополам, жадно хватая ртом воздух. — Ты его действительно ударила? — Оминис, со своей уже бесячей палочкой провел перед собой. — Эби, ты же девочка. — Хуевочка, — Рявкнула в ответ Эби, снова замахиваясь для удара. — Папа мальчика хотел! О военной выдержке мистера Уитли Себастьян знал только по рассказам самой Эби. Мистер Уитли, являясь мракоборцем, действительно мечтал о сыне. Чтобы воспитать его достойным волшебником и передать любовь к борьбе с преступниками. Но родилась девочка, и Генри Уитли будто подменили. Он, пуще матери, стал оберегать и заботиться о дочери, не чая в ней души. И если внешностью Эбигейл пошла в мать-утонченную красавицу Грейс, переняв длинные русые слегка волнистые волосы, тонкий носик и светлый оттенок карих глаз, что притягивали взгляд Себа, то характером слизеринка ушла в отца. Железная непоколебимость, вспыльчивость и шило в жопе придавали ей образ а-ля «девочки-хулиганки». И по мнению Себастьяна и профессора Фига, упертый характер Эбигейл сильно спасал ее в испытаниях Хранителей. — Да угомонись ты, — Заголосил Себастьян, отскакивая от подруги. Все знали, что магические дуэли в стенах Школы запрещены. Но вот о физических увечьях многие волшебники позабыли. Кроме Эби, что лупила иногда противников всем, что под руку попадалось. Начиная от стеклянной бутылки и заканчивая поваливанием на землю и безжалостным избиением кулаками. И иногда это помогало эффективнее палочки. — Ты, сукин сын, — Не унималась Эби, следуя за парнем. — Кинул нас, а теперь делаешь вид, что все ок? Я тебе сейчас жопу надеру, дамский ты угодник. Оминис тихо смеялся, тактично прикрыв лицо, зато Себу было не до смеха. Это не Мракс сражался с Эби против пауков и гоблинов. В моменты злости Эби действительно была опасна. — Детка, успокойся, я пришел с миром! Увернувшись от еще одного удара, Себастьян отскочил еще раз, заходя за спину Оминиса и хватая друга за плечи, к неудовольствию слизеринца. — Что ж ты тогда меня лапаешь, раз с миром пришел? — Ворчал Оминис, пытаясь вырваться из крепких пальцев парня. Ему явно были неприятны такие внезапные прикосновения, однако Себастьян лишь развернул сопротивляющегося друга к Эби. — Я не виноват, что Эбигейл с чего-то вдруг на меня набросилась, — Пожаловался Себастьян, сильнее сжимая пальцы на плечах друга. — Серьезно? — Аристократичные брови Оминиса вздернулись, выражая сомнение насчет умственных способностей друга. А Эби все наступала, гневно сверкая глазами. И Себастьян сделал над собой усилие, чтобы позорно не дернуться прочь. — Давай-ка мы успокоимся и просто поговорим, — Снова попытался достучаться до слизеринки Селлоу. — Я же просто… — Охренел, — Закончила за него Эбигейл, и, ловко перехватив запястье Оминиса, приблизилась к нему, фыркнув на Себастьяна. — Поговорим за обедом. Не задерживай нас. Проводив тоскливым взглядом сгорбленную фигуру Оминиса, Себастьян глянул на удаляющуюся в кабинете Эбигейл и шумно втянул носом воздух, ощущая, как в ноздри забился ее новый парфюм с нотками персика.

***

Она была так близко к нему, что казалось, протяни руку и сможешь дрожащими пальцами прикоснуться к нежной, слегка загоревшей коже. Густые темные ресницы девушки слегка трепетали, а взгляд светло-карих глаз постоянно метался от одного предмета к другому, чтобы не встречаться с его глазами. Себ так часто вглядывался в них, что мог даже назвать точное количество темных вкрапинок в радужке. Эти глаза весь прошлый год смотрели на нему по-разному: обида, радость, торжество, разочарование. И каждый взмах ресниц и зрительный контакт Себастьян ловил с толикой наслаждения. А теперь Эбигейл редко смотрела на него. Уязвленная женская гордость не подпускала Себа дальше дозволенного. Девушка дулась, это было видно не вооруженным взглядом. Поэтому, чтобы разрядить обстановку, Себастьян, взмахнув палочкой, шепнул «Редуцио». Яблочко, что Эбигейл поднесла ко рту, внезапно уменьшилось до размера виноградинки. Слизеринцы, сидящие рядом, лиишь захмыкали, тут же опуская голову и отворачиваясь, едва Эбигейл поворачивалась к ним. — Думаешь это смешно? — Сжатые женские кулачки от чего-то развеселили парня. Против воли на лицо наползла улыбка, которую Себастьян не сумел сдержать. — Прости, детка, ты просто такая хмурая сидишь, захотел немного тебя развлечь. Его лучезарная улыбка была встречена нахмуренными бровями. Подруга шутку не оценила. Эбигейл с силой сжала бедное яблоко в руке, выдавливая сок. — Ты не умеешь успокаивать людей. Только бесишь больше. — Неужели тебе это не нравится? Девушка фыркнула, отряхивая ладонь и вытирая потекший сок салфеткой. — Нет, не нравится. Ты ужасен, Себ.

***

Эбигейл, перелистнув страницу учебника по Уходу за магическими существами, подтянула к себе колени, удобнее устраиваясь на диване. Рядом, на почтительном расстоянии устроился Себастьян. После неудачного обеда, Эбигейл еще сильнее разозлилась на друга. Себастьян не показывал никакого смирения. Он, как и всегда, был шумным и энергичным. И попытка развеселить девушку, испортив ей трапезу-было еще одним глупым поступком с его стороны. — Эби. Девушка лишь стиснула зубы, водя взглядом по строчкам учебника. и пытаясь вникнуть в смысл написаного. — Эби. Тихий голос друга, с какими-то жалобными нотками, резанул по ушам, нарушая спокойную атмосферу Крипты. — Что ты пристал? — Процедила девушка, нехотя поднимая глаза на друга. Себастьян смотрел в упор, практически не моргая. И от пристального взгляда девушка смутилась, скрыв лицо за толстой обложкой. — Мы будем разговаривать? — Я пытаюсь учиться. — А я пытаюсь помириться. Эби зарычала, понимая, что зря принесла учебник. Себастьян упорно старался переключить ее внимание на себя. — Да что ты прицепился, понять не могу? Хочешь помириться? Хорошо, мы помирились. Мы друзья и бла-бла-бла. Дай почитать. Лицо Себастьяна вмиг расцвело и он, долго не думая, вмиг оказался возле девушки, облокачиваясь на спинку дивана и нависая над ней. — Серьезно? Его ямочки на веснушчатых щеках притягивали взгляд, но девушка лишь вжалась в мягкую обивку и выставила пред собой книгу, в попытках отстраниться. — Да-да. Отвали. — Эбигейл, прости меня. Карие глаза, выражая полную решимость, блуждали по лицу девушки. Подруга лишь гневно засопела, коря себя за такие необдуманные слова. Все же хотелось еще немного помучать Себастьяна. — Да простила я, что не ясно? Ты только к Оминису подойди, а то он не только на тебя обидится, — Эби все же уперлась руками в грудь Себа и надавила, тихо прошипев про то, что кто-то все лето не отдыхал, а качался. На это друг лишь захохотал и отстранился, давая девушке больше свободного пространства. — Ты, кстати, знаешь, что нас начали называть Слизеринской Тройкой? — Да плевать я хотела, Селлоу!