chapter 2.15

Я проснулась затемно Сквозь неплотные шторы пробивался серый рассветный свет, где-то вдалеке шумело море. Я лежала на огромной кровати в номере отеля, смотрела в потолок и чувствовала, как внутри всё дрожит. Сегодня я стану Юми Хайтани. Рядом никого не было — мы с девочками договорились встретиться в шесть утра. Номер невесты был отдельным, в тихом крыле отеля, чтобы никто не мешал. Я встала, подошла к окну. Море было спокойным, небо — розовым, песок — белым. Идеальный день для свадьбы. В дверь постучали. — Юми, ты встала? — голос Мими. — Да, входите. Они ворвались с шумом, смехом и огромными сумками. Мими с косметичкой, Юри с платьем, Мия с букетом, Карен с коробкой конфет. — Ты уже готова? — спросила Мими, оглядывая меня. — Нет, конечно. Садись, будем тебя наряжать. Я села в кресло перед зеркалом, и началось. Мими взялась за макияж. Она делала его осторожно, почти благоговейно, как будто от этого зависела вся её жизнь. — Закрой глаза. Не двигайся. Не дыши. — Ты меня убьёшь, — пробормотала я. — Нет, но если ты шевельнёшься, я подстригу тебе ресницы. Юри готовила платье — гладила его, поправляла кружево, пришивала оторвавшуюся пуговицу. — Ты когда-нибудь шила? — спросила Карен, наблюдая за ней. — Нет, — ответила Юри. — Но сегодня я научусь. Мия заплетала мне волосы — нежно, аккуратно, как когда я была маленькой. — Тётя, — сказала она, переплетая пряди. — Мм? — Ты самая красивая невеста на свете. — Ты просто меня ещё не видела в платье. — Увижу. И заплачу. — Не плачь, а то я разревусь. — А мы уже плачем, — сказала Карен, вытирая глаза. Мы засмеялись, и я почувствовала, как напряжение уходит. Девочки. Моя семья. Всё будет хорошо. Когда макияж был готов, Мими отошла в сторону, любуясь своей работой. — Божественно, — сказала она. — Не хвали себя, — улыбнулась я. — Я хвалю тебя. Юри подала платье. Я встала, сняла халат и позволила им надеть на меня белое кружево. Ткань скользнула по телу, легла идеально, подчеркнув талию и открыв плечи. Я повернулась к зеркалу и замерла. — Это я? — спросила я. — Это ты, — ответила Мия. — Самая красивая версия тебя. Карен поправила фату — длинную, воздушную, с вышитыми цветами. — Belle mariée, мадам Хайтани, — сказала она, улыбаясь. — Ещё нет, — поправила я. — Через час будет. Мы обнялись — все пятеро, в тесной комнате, пахнущей духами и счастьем. — Выходите, — сказала Мими, вытирая слёзы. — Оставьте невесту на минуту. Пусть соберётся с мыслями. — Мы будем ждать внизу, — Юри поцеловала меня в щёку. — Ты готова? — Да, — ответила я. — Кажется, да. Они вышли. Дверь закрылась. Я осталась одна. Села на край кровати, посмотрела в окно. Море, песок, небо. Где-то там, внизу, готовилась церемония. Ждали гости. Ран — там, у алтаря. Я улыбнулась и встала, чтобы поправить фату. В этот момент дверь открылась. Я обернулась, ожидая увидеть Мими или Юри. — Вы забыли… Но это был незнакомец. Мужчина лет сорока, в тёмном костюме, с жёстким лицом и холодными глазами. Он не стучал. Не поздоровался. Просто вошёл, закрыл за собой дверь и встал у порога, заложив руки за спину. — Вы кто? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Человек, которому нужно кое-что сказать, — он медленно обошёл комнату, рассматривая моё платье, фату, цветы. — Красиво. Жаль, что свадьбе не суждено состояться. — Что? — я отступила на шаг. — Кто вы? Что вам нужно? Он не ответил. Вместо этого он взял стул и с силой бросил его в стену. Стул разлетелся на куски. — Свадьбы не будет, — повторил он. — Ран Хайтани должен заплатить. Твой отец должен был заплатить. И теперь платить будешь ты. — Я не понимаю, — мой голос дрожал. — Мы не должны… — Вы должны всё, — он перевернул столик с цветами. Ваза разбилась, вода растеклась по полу, лепестки роз рассыпались, как снег. — Твой отец, Юми, задолжал нам много лет назад. Долг перешёл по наследству. И сегодня — день расплаты. — Мой отец ушёл, когда я была ребёнком, — я сжала кулаки, пытаясь не разреветься. — Я его не знаю. Я не отвечаю за его долги. — Ты отвечаешь, потому что ты — его дочь, — мужчина подошёл к окну и посмотрел на море. — И потому что ты выходишь замуж за Хайтани. А он — наш враг. Он скинул на пол подставку с моей фатой. Я подбежала, чтобы поднять, но он схватил меня за руку. — Не надо, — сказал он, и его голос стал тихим, почти ласковым. — Я не причиню тебе вреда. Сегодня. Но если свадьба состоится… твой жених пожалеет. Твоя семья пожалеет. Ты пожалеешь. — Отпустите, — прошептала я. Он разжал пальцы, я отступила к кровати, потирая запястье. — Передай Хайтани: старые долги не забываются, — он направился к двери. — И старая кровь не смывается. — Кто вы? — крикнула я ему в спину. Он обернулся. — Скажи ему, что приходил Куроива. Он поймёт. Дверь закрылась. Я осталась одна среди разбитой вазы, перевёрнутого стула и разбросанных цветов. Я стояла посреди комнаты, сжимая дрожащие руки, и пыталась дышать. Вдох — выдох. Вдох — выдох. Куроива. Ран должен знать это имя. Я подошла к столу, взяла телефон. Набрала его номер. — Юми? — его голос был взволнованным. — Что случилось? — Ран, — я выдохнула. — Кто такой Куроива? Тишина в трубке. Такая долгая, что я испугалась, что он бросил трубку. — Где ты? — спросил он наконец. — Ты в порядке? — Я в номере. Всё нормально. Но… он был здесь. Разгромил комнату. Сказал, что свадьбы не будет. Что ты должен. Что мой отец… — Юми, — его голос стал твёрдым, почти жёстким. — Не выходи из комнаты. Я сейчас приду. — Но гости… Сейчас же будет церемония... — К чёрту гостей. Я иду к тебе. Он бросил трубку. Я села на кровать, сжимая телефон и глядя на разбитую вазу. Ран ворвался в комнату через несколько минут — запыхавшийся, с бешенными глазами, в парадном костюме, с цветком в петлице, который уже успел помяться. — Ты цела? — он схватил меня за плечи, осмотрел с головы до ног. — Цела, — я показала синяк на запястье. — Но он всё разбил. Ран посмотрел на разгромленную комнату — на стул, на цветы, на воду на полу. — Куроива, — повторил он. — Старый долг. Его отец когда-то работал с твоим отцом. Потом твой отец исчез с деньгами. Куроива-старший поклялся отомстить. И теперь его сын… — Он сказал, что свадьбы не будет. Что ты пожалеешь. — Я не боюсь его, — Ран притянул меня к себе. — Но я боюсь за тебя. — Что нам делать? — Свадьба будет, — сказал он твёрдо. — Сегодня. Сейчас. Как и планировали. — Но он… — Я разберусь с ним после. Сейчас — только мы. Он взял меня за руку, повёл к зеркалу. — Смотри, — сказал он, глядя на моё отражение. — Ты — невеста. Самая красивая женщина на свете. И сегодня ты станешь моей женой. — А если он вернётся? — Не вернётся, — Ран достал телефон, набрал номер. — Риндо, в отеле посторонний. Куроива. Угрожал Юми. Разберись. Риндо что-то ответил, я не расслышала. Ран кивнул и убрал телефон. — Теперь точно не вернётся, — сказал он. Он помог мне поправить платье, собрать фату, найти уцелевшие цветы. Я смотрела на него — спокойного, уверенного, надёжного — и чувствовала, как страх отступает. — Ты не боишься? — спросила я. — Боюсь, — признался он. — Но не показываю. — А как тебе удаётся? — Я думаю о тебе, — он поцеловал меня. — О том, что ты станешь моей женой. И что я сделаю всё, чтобы защитить тебя. Я улыбнулась сквозь слёзы. — Ты ненормальный. — Я просто люблю тебя. Он ушёл — готовиться к церемонии. Я осталась одна, но теперь не боялась. — Юми? Ты в порядке? — Мими. — Входите. Она зашла, увидела разбитую вазу, перевёрнутый стул, моё заплаканное лицо. — Что случилось? — Потом расскажу, — я взяла её за руку. — А сейчас… помоги мне собраться. Она кивнула, не задавая лишних вопросов, и принялась поправлять мой макияж. — Ты всё равно прекрасна, — сказала она. — Даже после всего. — Спасибо, — я сжала её ладонь. Через полчаса я снова стояла перед зеркалом — невеста. Готовая к выходу. — Всё будет хорошо, — сказала Юри, обнимая меня. — Надеюсь...— ответила я.