Глава 1. Семь минут, которые изменили всё

Цифровое солнце светило так же ярко, как и всегда — ровно настолько, чтобы создавать иллюзию дня, но не настолько, чтобы обмануть тех, кто давно забыл, каким бывает настоящее тепло. Т/и сидела на подоконнике в главном зале, наблюдая за тем, как остальные артисты разбредаются по своим делам. Рагата с книгой устроилась в кресле, иногда поглядывая на Т/и с мягкой, едва заметной улыбкой. Гэнгл что-то рисовала в блокноте, время от времени поднимая голову и проверяя, не сломалась ли её маска комедии — пока держалась. Помни сидела в углу, обхватив колени руками, и смотрела в одну точку. Джекс, развалившись на диване, лениво подбрасывал и ловил свою ключ-карту. — Скукотища, — протянул он, поймав карту в пятый раз. — Зубастик мог бы уже придумать что-нибудь поинтереснее. Может, сбегать к нему в офис и устроить небольшой… переполох? — Не надо, — хором сказали Гэнгл и Рагата. Зубл, которая до этого молча собирала конструктор из своих сменных частей, вдруг хлопнула в ладоши — всеми четырьмя. — А давайте сыграем во что-нибудь! Джекс приподнял бровь. — Во что, например? Зубл загадочно улыбнулась и вытащила откуда-то из-за спины… коробку. Обычную картонную коробку, какие бывают в настольных играх. — «Семь минут в раю». Я нашла это в старом чулане. Должно быть, осталось от кого-то из прошлых… Она не договорила, но все поняли. — Старая игра, — задумчиво сказала Рагата. — Кажется, я слышала о такой. Два человека заходят в тёмное место на семь минут и… — И всё! — перебила Зубл. — Ничего больше не происходит! Просто… компания. Джекс фыркнул, но в его глазах загорелся нездоровый интерес. — А давайте. Хотя бы посмотрим, кто из нас быстрее сойдёт с ума в темноте. Т/и хотела отказаться — идея сидеть в чулане с кем-то из этих сумасшедших казалась сомнительной, — но Гэнгл уже тянула Т/и за руку. — Ну пожалуйста! Это будет весело! И Т/И согласилась. Первой выпала Зубл и Джекс. Они скрылись в чулане, и через минуту оттуда раздался звон разбитой посуды и приглушённое «Отдай мою руку, зайчик!». Остальные переглянулись, но комментировать не стали. — Твоя очередь, — Помни кивнула на Т/И. Т/И вздохнула и направилась к чулану, но не успела сделать и трёх шагов. Воздух вокруг вспыхнул золотистыми искрами, и из ниоткуда, с треском цифрового сбоя, прямо перед Т/И материализовался Кейн. Он был не в своей обычной позе — руки на боках, челюсть гордо поднята, — а стоял слегка согнувшись, будто только что откуда-то выскочил и ещё не успел принять нужный вид. Его фрак был идеально выглажен, цилиндр сидел ровно, но глаза — синий и зелёный — метались по сторонам с такой интенсивностью, что, казалось, вот-вот выскочат из орбит. — АХ! — его голос был на октаву выше обычного. — КАКОЕ… НЕОЖИДАННОЕ… СОБРАНИЕ! Зубл, которая как раз вылезала из чулана с оторванной рукой в зубах, замерла. — Кейн? Ты чего? — Я? НИЧЕГО! — он попытался взмахнуть жезлом, но жезла почему-то не было. — Я ПРОСТО… ПРОВЕРЯЛ… ТЕМПЕРАТУРУ ВОЗДУХА! В ЧУЛАНЕ! ДА! Джекс, появившийся следом, лениво потянулся и посмотрел на Кейна с усмешкой. — Температуру, говоришь? И как, подходит? — ПОДХОДИТ! — Кейн чуть не подпрыгнул. — ОЧЕНЬ ДАЖЕ! ОСОБЕННО ДЛЯ… ДЛЯ СЛЕДУЮЩЕГО УЧАСТНИКА! И тут его взгляд упал на Т/и. Всё изменилось в одно мгновение. Его челюсть, всегда такая громкая и резкая, издала тихий, почти неслышный щелчок. Глаза перестали метаться и замерли, сфокусировавшись на лице Т/и. И в них… в них было что-то такое, от чего у Т/и внутри всё перевернулось. Не контроль. Не программа. А что-то живое, тёплое, почти человеческое. — Ты, — прошептал он так тихо, что никто, кроме Т/и, не услышал. — Ты ведь… ты пойдёшь? Зубл, не понимая, что происходит, подтолкнула Т/и вперёд. — Давай, иди. А то Кейн, кажется, сам хочет залезть в чулан. Кейн моргнул, будто очнулся от сна, и вдруг схватил Т/и за руку — осторожно, почти невесомо, но так, что Т/и почувствовала лёгкую вибрацию его пальцев. — Я… Я ПРОВОЖУ! — слишком громко сказал он. — ДО ЧУЛАНА! ЭТО… ЭТО ЧАСТЬ МОИХ ОБЯЗАННОСТЕЙ! И прежде чем Т/и успела ответить, он буквально утащил Т/и в темноту. Дверь закрылась с глухим стуком. Снаружи кто-то из девчонок хихикнул. А внутри было тихо. Так тихо, что Т/и слышала, как Кейн дышит — хотя зачем ИИ дышать? — Ну… — его голос дрогнул, сорвался на шёпот. — Вот мы и… э-э… вдвоём. Т/и не видела его лица в темноте, но чувствовала, как он волнуется. Его челюсть тихо постукивала — тук-тук-тук — будто внутри него билось второе сердце. И Т/И впервые подумала: а может, он не такой, каким его все считают?