Глава 27. Правила игры

После получения письма в особняке Вонголы стало непривычно спокойно. Не было паники. Не было хаотичных приказов. Не было попыток немедленно найти того, кто отправил предупреждение. И именно это больше всего удивляло тех, кто привык видеть в подобных ситуациях растерянность. Тсуна не спешил. Он понимал: если противник сделал первый шаг, значит, он уже наблюдает за реакцией. Любая ошибка станет для них информацией. — Ты слишком спокоен, — заметил Фуута. Он сидел напротив Тсуны, наблюдая, как тот просматривает отчёты. — Разве? — Да. Обычно после таких писем люди начинают искать виноватых. Пытаются доказать, что они не боятся. А ты просто работаешь. Тсуна слегка улыбнулся. — Потому что именно этого они и ждут. Фуута замолчал. А потом довольно улыбнулся. — Хороший ответ. В кабинете постепенно собрались остальные. Орегано принесла новые данные. Антонио — отчёты по внутренним делам семьи. Хибари, как всегда, молча занял своё место. И даже Мукуро появился так неожиданно, что никто уже не стал спрашивать, каким образом он вообще оказался внутри. — Значит, таинственные люди из тени решили с нами поговорить? — протянул он. — Не поговорить, — поправил Тсуна. — А предупредить. — Какая скучная формулировка. — Зато точная. Мукуро усмехнулся. — Ты стал скучнее, Тсунаёши. — А ты всё такой же. — Спасибо. — Это не комплимент. — Знаю. Орегано положила перед всеми несколько документов. — Мы проверили возможные связи. — И? Она нахмурилась. — Ничего. Фуута взял один из листов. — Ничего? — Именно. — Люди без прошлого? — Скорее люди, у которых прошлое слишком хорошо спрятано. Тсуна внимательно посмотрел на записи. — Значит, они не хотят исчезнуть. — Они хотят, чтобы их не нашли, — ответила Орегано. Некоторое время все молчали. Они привыкли к врагам, которые хотели власти. Территорий. Денег. Но этот противник хотел другого. Сохранения порядка. Даже если ради этого приходилось ломать чужие планы. — Что будем делать? — спросил Антонио. Тсуна посмотрел на карту. — Узнаем правила. — Правила? — Да. Он коснулся нескольких точек на карте. — Они считают, что имеют право решать, каким должен быть мир мафии. — Значит, у них есть ограничения, — понял Фуута. Тсуна кивнул. — Если бы они хотели уничтожить нас, мы бы уже не сидели здесь. Хибари слегка прищурился. — Значит, они играют. — Да. — Тогда я хочу увидеть их лицо. — Хибари... — Что? — Не устраивай драку с неизвестной организацией. — Не обещаю. Мукуро тихо рассмеялся. — Какой же он предсказуемый. — А ты? — Я непредсказуемый. — Ты появился без приглашения. — Именно. Несмотря на напряжение, Тсуна впервые за несколько дней позволил себе улыбнуться. Странно. Но именно сейчас он чувствовал себя спокойнее всего. Потому что враг перестал быть просто тенью. У него появились очертания. А значит, с ним можно работать. Поздно вечером Тсуна снова оказался в кабинете один. На столе лежала та самая записка. «Не ломайте равновесие». Он долго смотрел на эти слова. Равновесие. Странное слово. Слишком удобное. Потому что за ним можно было спрятать что угодно. Власть. Контроль. Страх потерять влияние. Тсуна задумался. Когда-то его предок, Джотто, создавал Вонголу не ради того, чтобы управлять всеми. Он хотел другого. Семью, которая защищает людей. Организацию, которая сможет изменить мафию и сделать этот мир хоть немного лучше. Именно Джотто заложил первые правила. Не ради власти. Не ради того, чтобы кто-то спустя годы решил, кому можно быть сильным, а кому нет. Тогда почему сейчас кто-то решил, что имеет право устанавливать свои правила? Почему кто-то, спрятавшись в тени, решил, что лучше знает, каким должен быть мир? Тсуна медленно взял ручку. Если эта «система» действительно существует столько лет, то она должна была понимать одну вещь. Вонгола — это не просто фамилия. Не просто кольца. Не просто власть. Это наследие человека, который однажды уже попытался изменить этот мир. И он не собирался позволять кому-то превратить это наследие в инструмент контроля. На обратной стороне листа появилась короткая фраза. «Тогда покажите мне, кто решил, что имеет право его устанавливать». Тсуна посмотрел на написанное и тихо выдохнул. Это был не вызов. Пока нет. Это был вопрос. Но иногда именно вопросы становились началом войны. На следующий день конверт исчез со стола. А вместе с ним исчезло и ощущение, что Вонгола только защищается. Потому что теперь они не ждали действий системы. Они начали искать её сами. И где-то далеко человек, который первым получил ответ Тсуны, впервые за долгое время улыбнулся. — Интересно... — Десятый Вонгола действительно отличается.