Часть 1

Ева до последнего не верила, что действительно решится на это. Безумие казалось единственным выходом, когда реальность рассыпалась в прах. Но вот он стоял перед ней — прямо в центре заброшенного перекрестка двух пыльных грунтовых дорог. Вокруг расстилалась немая пустота, и лишь сухой ветер шелестел жухлой травой, словно шепча предостережения. А демон улыбался — широко, хищно и пугающе искренне. Это был мужчина лет сорока, чей облик источал подчеркнутый, неуместный здесь лоск. Черные, идеально уложенные волосы, легкая, аккуратная щетина и костюм, стоимость которого, вероятно, превышала бюджет всего её нажитого имущества. Ева представляла себе демонов иначе — рогатыми чудовищами или сгустками багрового дыма, — но «джентльмен» внушал куда более изысканный ужас. Заметив её изучающий, полный интереса взгляд, мужчина грациозно сократил расстояние между ними. Его движения были плавными, как у сытого леопарда. — Странно. На твоём прелестном личике я читаю скорее изумление, чем страх. Хотя бояться стоит, — проговорил он бархатным, обволакивающим голосом, в котором слышались нотки дорогого виски и старой меди. — Но я вижу, жизнь итак тебя изрядно потрепала, Ева. Девушка резко вскинула подбородок, заставляя себя не отступать. Она сжала кулаки так сильно, что ногти впились в ладони, возвращая её к реальности и главной цели. — Я пришла заключить договор, — её голос, поначалу твердый, предательски дрогнул на последнем слоге. — Моя душа... в обмен на способ убить одного ангела. Мне нужен самый верный, самый действенный метод. Потому что, насколько мне известно, он там — «большая шишка». Демон прекрасно понимал, о ком идет речь, но ради театрального эффекта картинно округлил глаза, а затем разразился коротким, сухим смехом, оглядывая пустое пространство вокруг неё, будто ища невидимых свидетелей девичьей дерзости. — Ох, дорогая... А ты высоко метишь. Ангела, говоришь? Что же такого сотворило «божье создание», раз ты вознамерилась оборвать его вечность? Ева часто задышала, не ожидая, что ей придется ворошить угли своего личного ада. Воспоминания когтями рванули грудную клетку: образы матери и отца, стертых из бытия вместе с их домом. Испепеленные стены и тошнотворное осознание того, что два года она искала убийц в одиночку, пока остальной мир послушно кивал официальным версиям о «разрушительном торнадо». Она поджала дрожащие губы и на мгновение обратила взор к равнодушному, темнеющему небу, сглатывая горький ком. Когда жгучая влага в глазах немного остыла, она ответила, и в её голосе зазвучала решительность пополам с отчаянием: — Он совершил непростительное. Он уничтожил моих родителей и соседей, которых я знала с пеленок. Просто выжег их мир. Так ты согласен или мне поискать кого-то более амбициозного? Мужчина хмыкнул, в его глазах вспыхнул опасный огонек интереса. Он медленно протянул руку ладонью вверх. — Для тебя — Кроули, милая. Не переживай, я знаю, как утолить твою жажду. С этой секунды мы — союзники. Ты получишь и оружие, и моих лучших ищеек, чтобы прижать этого крылатого отморозка к стене. Кастиэль мне и самому давно глаза мозолит. Когда Ева вложила свою ладонь в его руку, по её венам будто пронесся ледяной разряд, сменившийся странным, обманчивым облегчением. Ей показалось, что дышать стало легче, а мир вокруг обрел четкость. Но одновременно с этим в самое сердце впилась игла сомнения: её душа больше не принадлежала ей. Она стала разменной монетой в игре, правил которой не знала. Кроули вдруг хитро прищурился и шагнул в её личное пространство, чуть касаясь её носом. — Время скрепить контракт поцелуем. Ты ведь абсолютно уверена? Назад дороги не будет. Ева быстро сглотнула, глядя в его непроницаемые темные глаза, и решительно кивнула: — Да. Я не смогу дышать, пока не закончу начатое. Она зажмурилась, когда мужская ладонь властно легла ей на затылок, притягивая к себе. Поцелуй демона оказался не таким отвратительным, как она рисовала в своих кошмарах. Напротив, его губы были мягкими и тёплыми; легкое касание, которое мгновенно разорвало её связь с небом. Кроули отстранился так же внезапно, как и притянул её. Развернувшись на каблуках, он бросил через плечо, прежде чем раствориться в воздухе: — Очень неплохая намечается сделка. Жди сигнала, дорогуша. Ева не стала смотреть ему в след и дожидаться, пока тишина снова поглотит перекресток. Она рваными шагами направилась к своей старой «Тойоте». Сев за руль, она завела мотор и рванула с места, оставляя позади столб пыли и остатки своей прежней жизни.