***

С тех пор как Лили и Фабиан официально начали встречаться, жизнь их компании заметно изменилась. Рейес и раньше был тем, вокруг кого постоянно собирались люди. Громкий, харизматичный, вечно с гитарой за плечом и очередной безумной идеей в голове, он словно притягивал к себе приключения. Но теперь, когда рядом с ним почти всегда была Лили, Райли всё чаще оказывалась втянута в мир, к которому прежде имела весьма смутное отношение. Мир ночных дорог, рёва моторов, кожаных курток и людей, которые жили так, будто завтрашний день мог никогда не наступить. Родители Лили, конечно, не знали, что их дочь проводит вечера не только на романтических прогулках по берегу озера. Официальная версия звучала куда приличнее: посиделки с друзьями, кино, музыка и подготовка к выпускным экзаменам. На деле же всё часто заканчивалось на старой заправке за городом, где под жёлтым светом фонарей собирались мотоциклы. Пирс до сих пор помнила свой первый вечер там. Десятки байков выстроились вдоль дороги, отполированный металл отражал свет, а воздух был пропитан запахом бензина, асфальта и прохладной ночи. Повсюду раздавался смех, музыка и гул моторов. Лили выглядела совершенно счастливой, сидя на баке мотоцикла Фабиана, пока он стоял между её коленями и что-то шептал ей на ухо. Она смеялась так искренне, что Пирс невольно улыбнулась. — Не могу поверить, что ты добровольно притащила меня в логово тестостерона и кожаных курток, — пробормотала она. — И тебе нравится, — с довольной улыбкой заметила Лили. — Я этого не говорила. — Но и не отрицала. — рыжеволосая девушка показала язык, заставляя Райли снова закатить глаза. — Я здесь исключительно как моральная поддержка. — Конечно, — протянула подруга. — А я встречаюсь с Фабианом исключительно из-за его выдающихся интеллектуальных способностей. Райли фыркнула и толкнула её плечом. — Ты же знаешь, что я не привыкла к такой обстановке… — девушка многозначительно окинула взглядом заправку и шумную компанию байкеров недалеко от них. Лили ухмыльнулась и саркастично ответила: — Ох, прости, что вытянула тебя с библиотечной норы, где твоей единственной компанией была старая библиотекарша и постоянно недовольный Романо. При воспоминании светловолосого парня Райли нервно сглотнула и поджала губы. Хоть она не признавала этого, но даже подсознательно её тянуло именно туда, где был Деклан. Лили это знала тоже. Они обо это знали, а ещё знали, что построить нормальные отношения с самоуверенным ботаником с золотой ложкой во рту точно не получится. Поэтому Райли смирно слушалась подругу и ездила с ней на тусовки, где напыщенных Романо точно не было б. Именно тогда рядом остановился чёрный мотоцикл. Незнакомец снял шлем, и тёмные волосы тут же упали ему на лоб. Он был старше их школьной компании — ему уже было 19, пока им только выполнялось по 17. Высокий, широкоплечий, с загорелой кожей, лёгкой щетиной и несколькими татуировками, выглядывающими из-под закатанных рукавов чёрной футболки. На губах играла непринуждённая улыбка человека, который прекрасно знает, какое впечатление производит. — Фабиан, — кивнул он. — Нико, — расплылся в улыбке брюнет. — Отлично, ты как раз вовремя. Рейес повернулся к девушкам и привычным озорным тоном произнёс: — Райли, Лили, знакомьтесь. Это Нико Сантос. — парень перевёл взгляд на Пирс и чуть заметно улыбнулся. — Значит, это та самая Райли. — она скептически приподняла бровь. — Та самая? — Фабиан много рассказывал о тебе, - заметив недовольный взгляд Лили, поспешно добавил: — О вас обоих. — Надеюсь, только хорошее. — девушка недобро покосилась на друга, заставляя того улыбаться ещё шире. — В основном о том, что у тебя опасный характер. — Тогда информация достоверная. — удолетворенно кивнула Райли, на что Нико тихо рассмеялся. — Люблю честность. В его голосе не было навязчивости, только спокойная уверенность и лёгкость. Именно того, чего ей так сильно не хватало в общение с Декланом. То, чего ей так смертельно не хватало в свои подростковые годы. Следующие недели она всё чаще пересекалась с Нико. Он никогда не давил и не флиртовал слишком откровенно. Просто оказывался рядом во время таких тусовок, приносил ей бутылку воды в жару, предлагал куртку, когда становилось прохладно, поддразнивал её так легко и непринуждённо, что Райли ловила себя на том, что смеётся, а однажды вечером он наконец протянул ей шлем. — Хочешь прокатиться? — Райли перевела взгляд на массивный чёрный мотоцикл и подозрительно прищурилась. — Это попытка произвести впечатление? — Немного. — И ты используешь для этого потенциальную угрозу моей жизни? — Нико усмехнулся. — Я вожу аккуратно. Лили за спиной Райли возбуждённо закивала. — Иди! Фабиан, сидевший возле своей девушки, подбадривающе похлопал в ладошки и добавил: — Если он поцарапает тебя, я лично его перееду. — Как трогательно, — заметил Нико. Райли колебалась, а затем в голове снова появился образ светловолосого парня. — Кое-кто назвал бы это очень абсурдной идеей. И вписал бы меня в список самых тупых существ этого мира... Улыбка Нико стала чуть шире. Он вопросительно изогнул бровь, явно не понимая о ком идёт речь, пока парочка друзей многозначительно переглянулись. Они сразу поняли кем был этот кое-кто. — Поэтому я точно за. — уверено кивнула Райли, подходя ближе к байку парня. Нико помог ей надеть шлем, его пальцы на мгновение коснулись её подбородка, когда он застёгивал ремешок и тихо прошептал возле самого уха: — Держись крепче, — сказал он, заставляя девушку немного покраснеть. Когда мотоцикл сорвался с места, у Райли перехватило дыхание. Прохладный ветер ударил в лицо, огни города превратились в размытые золотые полосы, а внутри вспыхнуло ощущение чистой, ничем не сдерживаемой свободы. Она невольно прижалась к Нико сильнее и впервые за долгое время позволила себе просто наслаждаться моментом. Без мыслей, без сомнений, без того самого кое-кого, который всегда умудрялся занимать слишком много места в её голове даже в такие моменты. *** Задний двор школы в конце учебного дня всегда превращался в маленький хаотичный мир, существующий по собственным правилам. Кто-то сидел на деревянных скамейках, повторяя материал перед выпускными экзаменами. Кто-то лениво перебрасывал баскетбольный мяч. Из открытых окон спортивного зала доносились свистки тренера, а тёплый майский ветер приносил запах свежескошенной травы. Именно здесь их компания собиралась почти каждый день. Лили устроилась за спинкой скамейки, скрестив ноги и опираясь на плечи Фабиана. Тот, как обычно, сидел развалившись и беззаботно крутил в пальцах ключи от мотоцикла. Эмма и Луна делили пакет картошки фри, время от времени споря из-за последнего кусочка. Ксавье рассказывал очередную историю, активно жестикулируя. Даже Тиффани, прислонившись к дереву, не делала вид, что присутствует здесь исключительно по недоразумению. Райли стояла рядом с Лили, стараясь не выглядеть так, будто ей не терпится проверить время. И, конечно же, возле своей сестры сидел и сам Деклан. Как всегда безупречно собранный, с учебником в руках и выражением лица человека, которому судьба подбросила очередное испытание в виде слишком шумных друзей. — Итак, внимание, у меня важное объявление. — Фабиан хлопнул в ладоши, привлекая внимание всех остальных. — Ты наконец выучил второй аккорд? — невозмутимо уточнил Деклан, не отрывая взгляда от открытой книги. Компания рассмеялась, пока Фабиан театрально проигнорировал комментарий и непринуждённо продолжил: — Наша дорогая Райли официально стала частью клуба. — Лили радостно захлопала в ладоши. — Она вчера ездила с Нико во время скоростного заезда! — Скоростного заезда?! — не сдержавшись, прошипел шокировано Романо. Его взгляд тут же метнулся к Пирс от чего та неуверенно сжалась и отвернула голову в сторону. — И ей понравилось, — с довольной улыбкой добавил Фабиан, откровенно наслаждаясь тем как лицо Деклана всё сильнее искривлялось в раздражении. — Я не говорила, что мне понравилось, — тут же возразила Райли. — А я то думаю, почему ты всё утро улыбалась. — Луна лукаво ухмыльнулась и подмигнула подруге. — И не переставала говорить о том, как это было “совсем не страшно”, — вставила Эмма. Ксавье приложил руку к сердцу. — Наша девочка взрослеет. — Следующее, что мы узнаем, — протянула саркастически Тиффани, — это то, что Райли начнёт носить кожаную куртку и делать вид, что всегда была бунтаркой, а не тихоней-задроткой. — У меня давно была кожаная куртка, — возмутилась Райли. — Но ты купила её в отделе распродаж, — напомнила Лили. Смех стал громче. Пирс снова открыла рот, чтобы ответить, когда услышала уже спокойный голос Деклана. — Что ж, это многое объясняет. Все обернулись к нему. Романо специально громко закрыл книгу и продолжал сверлить недовольным взглядом Райли. — Я давно подозревал, что у тебя есть склонность к импульсивным решениям. — Пирс скрестила руки на груди. — А я давно подозревала, что у тебя аллергия на всё, что приносит людям удовольствие. — Я лишь пытаюсь понять, что именно тебя так впечатлило. Шумный двигатель? Кожаная куртка? Или тот факт, что он умеет ехать по прямой и при этом улыбаться? Фабиан тихо присвистнул и покосился на Лили. Та лишь одними глазами приказала ему молчать и не вмешиваться. Ксавье тоже не выдержал и шепнул Эмме: — О, начинается. Райли посмотрела на друзей и прищурилась. Их непонятная и не до конца аргументированная ненависть с Декланом была общей темой для разговор компании друзей ещё с самого детства. — Прости, но не все считают библиотеку идеальным местом для свиданий. — с лукавой улыбкой произнесла Лили, явно подливая масла в огонь. Романо безразлично посмотрел на подругу и хмыкнул. — По крайней мере библиотека значительно безопаснее. — И значительно скучнее. — непринужденно добавил Фабиан. — Для людей без воображения — возможно. — Деклан многозначительно посмотрел на парочку, давая понять намёк своих слова. Райли не могла больше терпеть их бессмысленные оскорбления в сторону друг друга. Девушка отошла от спинки лавочки и сделала шаг вперёд к парню. Они вцепились в привычной битве взглядов. Уже третий раз за день. — Тебя это вообще не касается. Серые глаза Деклана задержались на её губах чуть дольше, чем следовало. Блондин сжал недовольно челюсть и только выдавил явно задетым тоном: — Ошибаешься. Одно короткое слово прозвучало тихо, но в нём было столько скрытого смысла, что у Райли на секунду перехватило дыхание. Однако Романо тут же вернул своему голосу привычную холодную невозмутимость. — Просто удивительно наблюдать, как ты добровольно доверяешь свою жизнь человеку, которого знаешь всего несколько недель. — Не волнуйся, Романо. Если мне понадобится список безопасных занятий, я обязательно попрошу тебя составить таблицу в Excel. Лили едва не подавилась смехом, пока Фабиан довольно улыбнулся на все тридцать два зуба. Даже всегда собранная Тиффани удивлённо вскинула брови и покосилась на брата. Деклан никогда не прощал такого ехидства кому-то другому. Парень чуть наклонил голову и ответил: — Разумеется. В ней, по крайней мере, не будет пункта “садиться на мотоцикл с полузнакомым парнем ради сомнительных впечатлений во время скоростного заезда”. — А в твоём списке, видимо, есть пункт “осуждать чужую личную жизнь, потому что своей нет”. — компания дружно выдохнула. — Оу, — протянул Ксавье. В глазах Деклана мелькнул холодный блеск, его кадык нервно дернулся. Девушка осознала как сильно перегнула, но отступать уже было поздно. — По крайней мере мне не нужно искать внимания у первого встречного байкера. Райли почувствовала, как внутри вспыхнуло раздражение, щеки стыдливо покраснели. Блондин сам усугублял их ситуацию. — А мне, по крайней мере, не приходится притворяться, что я выше подобных вещей только потому, что никто никогда не приглашал меня на свидание. Повисла короткая тишина. Слишком напряжённая и личная. Деклан смотрел на неё так пристально, что Райли пришлось приложить усилие, чтобы выдержать его взгляд. К счастью, этот момент прервал знакомый рёв мотора. Все обернулись. У школьных ворот остановился чёрный мотоцикл. Нико снял шлем, встряхнул тёмными волосами и, заметив Райли, улыбнулся той спокойной уверенной улыбкой, которая почему-то никогда не заставляла её сердце биться так быстро, как острая ухмылка Романо. Ну и чёрт с ним. — Я вовремя? — крикнул он. Фабиан радостно поднял руку и громко ответил: — Жизненно вовремя! Лили восторженно сжала ладони и нарочито захватывающим голосом произнесла: — Это так романтично. Райли попрощалась с компанией и, стараясь скрыть улыбку, подошла к Нико. Он протянул ей второй шлем. — Готова? Она взяла шлем и обернулась через плечо. Её взгляд сразу же нашёл Деклана. Он стоял неподвижно, засунув руки в карманы, и выражение его лица было безупречно спокойным. Но его серые глаза были холоднее обычного. Райли сама не понимала, почему ей так важно, что именно он сейчас думает, поэтому, назло ему — и, возможно, назло себе — она улыбнулась шире. — Более чем. Нико помог ей надеть шлем, затем уверенно усадил позади себя. Пирс обхватила его за талию и крепко прижалась к парню. Лили сразу заметила, что даже во время скоростного заезда подруга так не прижималась активно к байкеру как теперь. Теперь, когда на неё смотрел Романо. В последний момент Райли снова подняла взгляд. Деклан всё ещё смотрел на неё и в его глазах было что-то такое, от чего внутри у неё всё болезненно сжалось. Рев двигателя заглушил любые мысли. Через секунду мотоцикл сорвался с места, оставляя позади школьный двор, смех друзей и одного раздражающе правильного парня, который впервые выглядел так, будто действительно не знает, что делать дальше. *** Его комната была слишком тихой и это ещё сильнее раздражало. Деклан закрыл дверь чуть резче, чем собирался, и звук удара дерева о косяк отозвался в голове глухим эхом. Он не сразу включил свет — просто стоял несколько секунд в полумраке, будто пытался привести мысли в порядок. Не получилось. Он всё ещё видел её — Райли. Как она ненавистно смотрела на него, как резко отвечала, как стояла напротив него на школьном дворе — упрямая, живая, слишком уверенная в том, что всегда сможет вывести его из равновесия. И у неё это получалось. Всегда. Он снял пиджак, бросил его на спинку стула. Движение вышло резким, несвойственным ему. Обычно он всё делал иначе — точно, аккуратно, контролируемо. Сейчас контроля не было, только мысль, которая снова и снова возвращалась к одному и тому же моменту. Рёв двигателя, чёрный мотоцикл и Райли, которая даже не колебалась, прежде чем сесть позади него. Он сжал пальцы в кулак, потом разжал. Это всё было бессмысленно. Деклан всегда считал, что сможет впечатлить её по-настоящему. Не шумом, не показной дерзостью, а тем, что он действительно умел — интеллектом, амбициями, надёжностью, общим интересом к стихам, способностью обеспечить ей будущее, в котором не нужно рисковать жизнью ради ощущения свободы. Он знал, чего хочет от жизни и почему-то был уверен, что этого должно быть достаточно. Но Райли продолжала смотреть на него так, будто это… не имеет значения, будто всё, что он строил годами, для неё звучит как фон. Как что-то далёкое, правильное — и совершенно неинтересное. Он медленно сел на край кровати, опустив локти на колени и только тогда позволил себе честный вопрос. Почему? Почему его слова всегда превращаются с ней в спор? Почему её взгляд загорается в компании Фабиана, в смехе с Лили, даже в раздражении на него самого — но не рядом с ним так, как он хотел бы? И почему рядом с Нико… Он резко выдохнул. Вот это и было самое неприятное. Райли рядом с ним выглядела иначе. Не сильнее, не слабее, просто… легче. Она смеялась так, будто не думала о том, как выглядит со стороны, не спорила каждую секунду, не держала оборону. Будто могла просто быть собой и это давило на него сильнее любой её колкости. Деклан поднялся и подошёл к столу, машинально поправляя стопку книг — ровно, по краю, как всегда. Порядок не помог. Мысли оставались хаотичными и впервые за долгое время он поймал себя на том, что сравнивает. Не себя с Нико, а то, кем он становится рядом с Райли — и кем она становится рядом с ним. Вывод был неприятным. С Нико она смеётся, с ним — спорит. С Нико она едет вперёд, с ним — стоит на месте. Деклан остановился. Рука застыла над книгой и мысль, которую он всегда бы отверг, если бы услышал от кого-то другого, медленно оформилась в голове: Может, ей нужен не парень, который строит планы на Гарвард. Он на секунду прикрыл глаза. Может, ей нужен кто-то опасный. Кто-то вроде того байкера. Деклан резко открыл глаза, будто сам себя прервал. Нет. Это нелогично, это поверхностно, это не то, что должно иметь значение. Но почему тогда внутри всё сжималось каждый раз, когда он вспоминал, как она села на тот мотоцикл, даже не оглянувшись? Как будто выбрала не просто поездку, а не его. Он опустился обратно на кровать и уставился в потолок. Спокойствие, к которому он привык, не возвращалось и это злило, потому что Деклан Романо всегда знал ответы, а сейчас впервые не был уверен ни в одном из них. *** Мысль не отпускала. Она не была громкой — наоборот, слишком тихой, навязчивой именно своей спокойной логикой. Деклан привык доверять логике и именно поэтому он не мог просто отмахнуться от того, к какому выводу пришёл. Если рядом с ним Райли спорит, раздражается, сопротивляется — значит ли это, что он ей не подходит? Если рядом с кем-то другим она смеётся легче, свободнее — значит ли это, что он и есть правильный выбор? Эта идея была настолько простой, что вызывала почти физическое раздражение. Слишком простая. А простые ответы, как правило, оказывались неправильными. Особенно, в случае с Райли Пирс. И он продолжал думать об этом слишком часто как для того, кому было всё равно. — Ты выглядишь так, будто пытаешься решить задачу, у которой нет решения, — голос Ксавье выдернул его из мыслей. Они сидели на трибунах за школой после уроков. Остальные разошлись, остался только он — и, к несчастью, Ксавье, который, похоже, решил, что сегодня его миссия в жизни — мешать людям существовать спокойно. — Я просто думаю, — ровно ответил Деклан. — Опасная привычка для тебя, — усмехнулся Ксавье. — Обычно ты думаешь вслух только на семинарах. Деклан не ответил. Ксавье откинулся назад, закинув руки за голову. — Знаешь, Эмма говорит, что я стал немного… по-другому себя вести. — блондин вопросительно взглянул на него. — “По-другому” — это эвфемизм? — Это значит, что я перестал вести себя как идиот, когда она рядом, — спокойно уточнил Ксавье. — Ну, или стараюсь. Раньше я бы спорил ради спора. Теперь иногда просто… промолчу. Или уступлю. — И тебе это комфортно? — спросил Деклан. Ксавье спокойно пожал плечами. — Нет. Но ей комфортнее. Эти слова застряли где-то в воздухе. Романо медленно перевёл взгляд вперёд. — А ты не боишься, что меняешь себя не в ту сторону? — Боюсь? Конечно. Но знаешь, что страшнее? — Ксавье тихо усмехнулся и повернул голову к другу: — Потерять её из-за того, что ты был слишком упрямым, чтобы чуть-чуть сдвинуться с места. Деклан молча посмотрел на друга, а затем резко произнёс: — А если… — начал он наконец, но остановился. Ксавье прищурился и подвинулся ближе. — Если что? Романо чуть сжал пальцы на краю скамьи. Он не собирался говорить её имя, не собирался превращать это в нечто личное, но всё равно сказал: — Если человек думает, что ему нужен кто-то… другой. Не ты. Кто-то более… подходящий к его новому образу жизни. Ксавье посмотрел на него внимательнее и уверенно поинтересовался: — Ты сейчас про того байкера? Деклан молчал и это уже был ответ. Ксавье тихо выдохнул, будто наконец понял и, обдумав следующие слова, начал: — Слушай, Романо… — он немного наклонился вперёд. — Ты сейчас совершаешь классическую ошибку умных людей. — Какую именно? — Ты пытаешься стать не тем, кто ты есть, чтобы тебе “подошли”, — парень тяжело уставился на блондина и с явной ноткой грусти добавил: — Но это не работает. Деклан хмыкнул и, скрестив руки на груди, откинулся на спинку ззади. Его глаза рассматривали облака в небе, когда он произнёс: — Ты неожиданно философичен сегодня. — Это потому что я влюблён, — спокойно ответил Ксавье. — Это побочный эффект. Деклан на секунду отвёл взгляд и продолжил: — И что ты предлагаешь? — Ксавье пожал плечами. — Не становиться кем-то другим. Но… — он чуть усмехнулся. — Иногда полезно выйти из своей башни из книг. Особенно если человек, о котором ты думаешь, уже давно живёт в мире, где всё немного быстрее, громче и, скажем, опаснее. Хотя я откровенно не поддерживаю их с Лили и Фабианом интерес к байкам и гонкам. Я думаю даже Райли не особо восхищается этим занятием, но ты же знаешь… Она вторая половинка Лили. Где рыжая бестия, там и Пирс. Деклан поддерживающие кивнул и скривился при воспоминании рыжеволосой девушки. Его до скрежета зубов раздражала та и то, как профессионально она лезла в чужие дела, особенно их дела с Райли. — Где можно научиться ездить на мотоцикле? — Ксавье моргнул и нахмурился. — Подожди… ты сейчас серьёзно? — Я не задаю несерьёзных вопросов. — Окей… это будет интересно, — Ксавье медленно улыбнулся. — Думаю, всё-таки тебе придётся обратиться к Рейесу... Если хочешь обогнать того переростка. Деклан лишь хмыкнул и продолжил смотреть на небо. В этом мире не было ничего, что ему было не по карману или по зубах. Если он был уверенный в своих силах в поступлении в Гарвард, то никак не мог отступить перед обычной возможностью удивить девушку. Проблема только состояла в том, что девушкой была Райли Пирс, а её удивить ему всегда было очень сложно, будто она заранее всегда готовилась к его трюкам. *** Деклан не называл это импульсом. Импульсы были иррациональны, хаотичны и обычно заканчивались сожалением. Это было другое, это было решение. Проблема заключалась лишь в том, что чем дольше он его обдумывал, тем меньше оно выглядело рациональным — и тем больше напоминало то, что он сам же всегда презирал в других людях: попытку стать кем-то, кем ты не являешься. Он стоял в спортивном магазине уже почти десять минут. Продавец несколько раз подходил, но, заметив его взгляд и выражение лица, каждый раз тактично исчезал обратно между рядами. Деклан смотрел на чёрный шлем. Простой, без лишнего дизайна, функциональный, как он сам себе пытался это объяснить. Рядом висела куртка — плотная, кожаная, с усиленными вставками. Он взял её в руки. Ткань оказалась тяжелее, чем ожидалось. Она неприятно липла к пальцев, заставляя парня сильнее сжимать челюсть, чтобы не кривиться. — Выбор для начинающих? — наконец осторожно спросил продавец. — Нет, — ровно ответил Деклан. — Для… аккуратного использования. Продавец моргнул, но ничего не сказал. Романо купил всё сразу. Экипировку он не показывал никому. Даже дома она просто “появилась” в шкафу между спортивной формой и костюмом для формальных мероприятий. Он не хотел объяснять. Особенно себе. С инструкторами всё было проще. Он нашёл школу вождения мотоциклов за пределами города, где никто его не узнавал в экипировке и не задавал лишних вопросов. — Первый раз за рулём? — спросил инструктор, оценивающе глядя на него. — Да. — Обычно люди приходят за этим из интереса или… кризиса среднего возраста. — Мне семнадцать. — Тогда, наверное, второе. — инструктор усмехнулся. Деклан не отреагировал. Он просто сел на байк и сделал всё так, как делал всегда: внимательно, точно, медленно, без лишних движений. Он не падал, не терял контроль, но и не чувствовал того, что, как он подозревал, чувствовали другие. Той самой “свободы”, о которой говорили все вокруг. Только концентрацию и странное, упрямое ощущение, что он делает это не для себя. Через неделю он уже мог уверенно держаться на дороге. Ещё через несколько дней начал ловить себя на том, что слишком часто смотрит на скорость, на пустые дороги и на мысль, которая становилась всё менее абстрактной: Она бы поехала быстрее. Через пару недель его привычную рутину было испорчено. Конечно же, это был Рейес. Фабиан узнал случайно. Тот всегда узнавал случайно — но обязательно в самый неудобный момент. Они встретились у гаражей за баром родителей Рейеса. Фабиан сидел на капоте машины отца, крутил ключи от своего байка и лениво наблюдал за тем, как Деклан снимает шлем. Пауза затянулась слишком долго. — Подожди, — наконец сказал Фабиан. Деклан поднял взгляд. — Что? Брюнет медленно моргнул и без тени сарказма спросил: — Ты? Деклан Романо? Добровольно садишься на мотоцикл? — Не вижу причин для истерики. — Ты же читаешь инструкции даже к тостеру. — блондин спокойно снял перчатки. — И именно поэтому я, вероятно, переживу эту поездку. — Фабиан рассмеялся, но в этом смехе было больше удивления, чем веселья. — Окей… ладно. Это что, новый уровень саморазрушения или…? — Это обучение. — Обучение чему? Как не умереть от скуки? — Деклан посмотрел на него ровно, но уже с явным раздражением. — Как управлять мотоциклом. Фабиан замолчал, потом медленно сполз с капота и ещё раз окинул взглядом блондина. Их отношения нельзя было назвать прямо дружелюбным, как это было у них обоих с Ксавье, но и врагами они не считались. Просто что-то между этим. — Ты сейчас серьёзно? — взгляд Рейес так и искрился скептизмом. — Да. — Ладно… — он почесал затылок. — Просто скажи мне, что это не из-за Райли. Наступила тишина. Достаточно длинная, чтобы Фабиан всё понял без слов. Романо непринуждённо опёрся на капот машины и пожал плечами. — Боже, — выдохнул брюнет. — Ты реально в это влип. Деклан спокойно застегнул куртку и ответил ровным голосом: — Я не “влип”. — Конечно, нет, — саркастично протянул Фабиан. — Ты просто внезапно решил стать байкером в 17, потому что тебе “интересно расширить кругозор”. Деклан посмотрел на него холодно. — Ты поможешь мне выбрать байк или нет? Фабиан поднял руки. — Помогу. Но ты понимаешь, да? Это будет выглядеть очень странно. — Меня не интересует, как это выглядит. — Тебя никогда не интересует, как это выглядит, — пробормотал Рейес. — Именно поэтому ты сейчас стоишь в кожаной куртке и говоришь со мной о мотоциклах, как будто это нормальный вторник. Деклан сделал шаг вперёд и прошипел через зубы: — Байк. Фабиан вздохнул и покачал головой. — Ладно, профессор. Пошли выбирать твою “ошибку жизни”. Только ни слова Лили или Райли. Они точно меня убьют, что я пошёл на сотрудничество с тобой. Через полчаса они стояли у ряда мотоциклов. Фабиан что-то активно объяснял, показывал модели, шутил, но Романо почти не слушал. Он смотрел на металл, на форму, на мощность и где-то внутри всё ещё звучал один и тот же вопрос, который он так и не решил окончательно: Есть ли во всём этом смысл? Разве не бессмысленно притворяться кем-то другим только, чтобы она наконец посмотрела на него так же, как смотрит на другого. Деклан на секунду замер, опершись ладонью о край мотоцикла, и медленно закрыл глаза. Шум гаража, голос Фабиана, металлический звон инструментов — всё это отступило, словно приглушённое водой. В голове снова возник образ Райли: её взгляд, острый и живой, тот самый, который всегда будто бросал ему вызов; её улыбка — редкая, но настоящая, появлявшаяся не рядом с ним, а рядом с кем-то другим; и то, как она тогда без колебаний села на байк Нико, даже не оглянувшись. Этот момент вспыхнул особенно ярко, неприятно чётко, и Деклан почувствовал, как внутри всё сжалось — не от злости, а от чего-то куда более опасного, чему он пока не мог дать имя. В этом всём точно есть смысл. — Когда следующая гонка? — вдруг поинтересовался Романо, перебивая Фабиана. Брюнет шокировано посмотрел на парня и скептично прищурился. — Хоть я всегда всех подначиваю, но даже здесь я не буду этого делать. Деклан, брось эту затею. — голос парня звучал уверенно, без тени сарказма или насмешки. Он искренне переживал за блондина. — Если не скажешь ты, я узнаю от других. Когда. Следующая. Гонка. — серые глаза пристально смотрели на байк перед ним — выбор сделан. Фабиан тяжело простонал, хватаясь за голову и матернулся под носа. — Лили и Райли меня убьют, что я помог тебе в этой затеи. Они сами потом переедут меня моим же байком! — впервые Деклан улыбнулся, искренне. *** Ночь на трассе всегда ощущалась иначе, чем днём — будто город оставался где-то далеко, а здесь существовал только свет фар, холодный воздух и гул двигателей, от которого вибрировала земля под ногами. Райли стояла рядом с Лили у ограждения, скрестив руки на груди и стараясь не показывать, что ей всё ещё непривычно находиться здесь — среди шума, адреналина и людей, для которых скорость была чем-то вроде языка общения. Лили, наоборот, выглядела абсолютно своей. Она смеялась, махала Фабиану, который уже готовился к заезду, и явно чувствовала себя так, будто родилась в этом хаосе. Райли безразлично бросила взгляд на стартовую линию. Нико проверял байк, спокойно переговариваясь с другими участниками. Она не раз слышала, как перешептывались другие девушки о том, как на них действовало само его присутствие — заставляло сердце биться быстрее, а глаза нервно бегать в разные стороны. Только вот у Пирс таких эмоций не было при парне и она даже немного завидовала тем простодушкам. Её мысли всё равно возвращались к тому самому блондину. Девушка подумала, что он наверное сейчас ещё сидит в библиотеке, в полной тишине, уютном кресле-качалке со своим привычным, напыщенным выражением лица. Райли тяжело вздохнула и опёрлась локтями о забор. Ей было смертельно скучно. Фабиан стоял рядом с Нико, в своей привычной театральной манере что-то объясняя и явно пытаясь разрядить напряжение перед стартом. Толпа гудела. — Ставлю на Нико, — донёсся чей-то голос позади. — Фабиан сегодня злой, он может выстрелить, — ответил другой. — Он всегда выстреливает, — самоуверенно кинула через плечо Лили. — Задолбали со своими ставками. Девушка тяжело вздохнула и повернулась назад к подруге, так само опираясь локтями о забор. Их плечи снова соприкасались, делясь теплом друг друга. — Ты сегодня крайне… задумчивая, — Лили уверено посмотрела на подругу. Райли вопросительно наклонила голову. — Ну неужели тебе так не нравится здесь? Тебе же понравилось кататься на байке. Райли усмехнулась и кивнула, а затем, подумав пару секунд, спокойно ответила: — Это правда классно. Необычный опыт. — девушка поджала губы и посмотрела на свои пальцы. — Просто я всё же люблю, как ты любишь говорить, старпёрскую атмосферу упокоения. Лили хихикнула и дружелюбно толкнула Райли плечом. Они снова посмотрели друг на друга и между ними возник тот самый немой вопрос. — Хочешь дальше пытаться выстроить человеческие отношения с светленьким индюком? — Райли не сдержалась и пырхнула смехом. — Я знаю их семью лучше вас всех. Всё-таки мы с ним одного поля ягоды, — Лили непринужденно пожала плечами и посмотрела на Рейес с его другом. — Поэтому я выбрала кого-то более… открытого для этого мира. Разве ты хочешь всю жизнь соблюдать потом какие-то поверхностные формальности в кругу лицемеров? Пирс перестала улыбаться и снова прилипла взглядом к своим рукам. Её пальцы нервно крутились вокруг друг друга, пока она обдумывала слова подруги. Райли, как никто другой, знала о том как тяжело жилось Лили в родном доме и о тех миллион правил этикета, которые нельзя было нарушать даже под дулом пистолета. Вдруг разговоры вокруг них начали меняться. Сначала тихо, потом всё громче и чётче. Наконец девушки обернулись к толпе и прислушались к остальным: — Кто это вообще? — Его раньше не было здесь. — Новый участник? Райли нахмурилась и повернула голову. Она ощутила это непонятное чувство раньше, чем осознала его. Не понимала как — просто знала. Что-то в этом присутствии было слишком знакомым, слишком спокойным, слишком контролируемым для этого хаоса. Она медленно подняла взгляд к стартовой зоне. Чёрный байк стоял чуть в стороне от остальных. Не демонстративно, не вызывающе, скорее так, будто ему не нужно было привлекать внимание — оно и так уже было на нём. На байке сидел парень в полностью закрытом шлеме, но Райли уже перестала слушать толпу. Сердце на секунду пропустило удар. Она знала эту ровную осанку, высоко поднятую голову. Она вычислила бы его из тысячи одинаковых инкогнито. — Нет… — тихо выдохнула девушка сама себе. Лили удивлённо повернулась к ней. — Ты его знаешь? Райли не ответила. Она уже шла вперёд. Быстрее. Почти бежала. Через людей, через шум, через чужие голоса, которые перестали иметь значение. Каждый шаг становился резче, злее. Потому что догадка внутри уже превратилась в уверенность. Она остановилась прямо перед ним. Он как раз слезал с мотоцикла. Медленно, слишком спокойно для человека, который вообще не должен был здесь быть. Пирс скрестила руки на груди, взгляд вспыхнул раздражением, а голос сорвался на недовольный хрип. — Ты издеваешься? Он не ответил сразу, лишь поднял руку к шлему и снял его. Тишина вокруг будто стала плотнее. Секунды растянулись и под светом фонарей, среди запаха бензина и ожидания гонки, Райли увидела лицо, о котором думала слишком часто, но меньше всего хотела бы увидеть именно здесь. Деклан Романо посмотрел на неё спокойно, будто всё это было частью плана, заставляя девушку резко выдохнуть и ошеломлено покачать головой. — Ты вообще в своём уме? Что ты здесь делаешь? — она сделала шаг ближе, взгляд вспыхнул знакомой злостью. — Это не твой мир, Деклан. И ты не имеешь никакого права… Пирс замолчала на полуслове, потому что он чуть наклонил голову, внимательно изучая её лицо, словно ему было важнее не то, что она говорит, а то, как она это говорит. И это злило ещё сильнее. Толпа вокруг начала замечать их, шёпот усилился. Где-то позади Лили тихо выдохнула: — О… это будет плохо. А Райли уже не слышала никого, только его и то, как он непреклонно стоял перед ней — так, будто это место вдруг стало принадлежать ему так же, как и Фабиану и Нико. Самоуверенный идиот. Девушка сжала челюсть, удерживая взгляд на нём, будто если отведёт — проиграет. — Ты вообще понимаешь, куда ты лезешь? — резко сказала она. — Это не твои игры, Деклан. Здесь не “помедитировать и всё сделать идеально”. Здесь люди падают. Здесь ломают кости. Блондин непринужденно застегнул перчатку на руке, будто её слова были просто фоном и ответил привычным собранным тоном: — Я в курсе. — Нет, не в курсе, — она снова шагнула ближе, оставляя между ними пару ничтожных сантиметров. Голос стал тише, но острее. — Ты вообще хоть раз сидел на этом всерьёз? Или это очередной… эксперимент ради твоей очередной гениальной идеи? Деклан поднял на неё взгляд. Спокойный, холодный, слишком уверенный для человека, который должен был хоть немного сомневаться. Парень заинтересовано хмыкнул и небрежно опёрся бедром о байк, скрещивая руки на груди. Райли не удержалась и ещё раз скользнула взглядом по его фигуре и это оказалось ошибкой. Деклан Романо выглядел до невозможности привлекательным. Чёрная кожаная куртка плотно облегала его широкие плечи, подчёркивая стройную, подтянутую фигуру. Тёмные джинсы и высокие мотоботы делали его визуально ещё выше, а чёрные перчатки и небрежно расстёгнутый воротник добавляли тому образу опасной уверенности, которую Райли никак не ожидала увидеть в человеке, привыкшем проводить вечера за учебниками и планами на Гарвард. Светлые волосы, обычно уложенные с почти раздражающей аккуратностью, теперь были чуть растрёпаны после шлема. Несколько непослушных прядей упали на лоб, смягчая его безупречно правильные черты лица. Но именно этот едва заметный беспорядок делал его ещё более притягательным — словно под привычной холодной сдержанностью наконец проступило что-то живое, дерзкое и опасное. Его серые глаза в свете ночных фонарей казались особенно яркими. В них по-прежнему читалась та самая уверенность, которая всегда выводила Райли из себя, но теперь к ней добавилось что-то новое: тихий вызов, адресованный только ей. И, что раздражало больше всего, этот образ удивительно ему шёл слишком хорошо. Настолько хорошо, что у Райли на мгновение перехватило дыхание. Он выглядел не как мальчик, решивший поиграть в плохого парня. Он выглядел как мужчина, который всегда мог быть таким, просто не хотел. Он сам решал кем быть, кем показать себя этому миру. — Забавно, — Деклан откровенно ухмыльнулся, замечая румянец на щеках Райли. — Ты всегда так пялишься на парней, которые тебе безразличны? Райли на секунду растерянно замерла и смогла лишь выдавить: — Что? Он чуть наклонил голову, наблюдая за её реакцией и отчетливее ухмыльнулся. Несколько светлых прядей снова упали ему на лицо, заставляя Пирс сильнее сжать челюсть, чтобы перебороть желание протянуть руку и поправить его причёску прямо здесь перед всеми. — Ты сейчас очень активно пытаешься убедить меня не участвовать. — парень сделал короткую паузу, а затем добавил тише: — Но мне интересно, зачем? Райли наконец сделала шаг назад и раздражённо выдохнула, будто бы пелена красивой картинки исчезла и она могла снова здраво мыслить. Девушка привычно нахмурилась и прошипела: — Потому что это глупо. — Глупо — это не ответ, — спокойно перебил Деклан в полуулыбке. — Это единственный ответ, который тебе нужен. Романо легонько оттолкнулся от байка и медленно подошёл ближе, сокращая расстояние между ними. Его голос превратился в почти интимный шепот, когда он произнёс: — Тогда объясни мне другое, Пирс. — блондин посмотрел ей прямо в глаза. — Если тебе всё равно, что со мной будет… почему ты вообще здесь стоишь и споришь? Тишина ударила сильнее любого шума трассы. Райли открыла рот — и не нашла слов. Она ожидала от него заносчивости, сарказма, спора, но не этого. Не того, что он так спокойно поставит её в тупик одним вопросом. Она почувствовала как краснеют щёки и быстро отвела взгляд всего на секунду — это было ошибкой, потому что Деклан понял всё без ответа. Он слегка выпрямился, взгляд стал ещё более собранным, руки сжались в кулаки. Девушка ментально ощутила ту самую невидимую стену, которая постоянно выстраивалась между ними каждый раз, когда они приближались физически и ментально слишком близко друг к другу. — Понятно, — сказал он тихо, не обвиняя, не радуясь, просто фиксируя факт. Райли резко вернула взгляд к нему и протянула руку в пустоту. — Это не “понятно”. Я просто не хочу, чтобы ты потом… Она остановилась. Рука мёртво повисла в воздухе между ними. Пальцы невольно сжались в кулак и она опустила руку. Деклан кивнул, будто принял решение за них обоих и повернулся боком к байку. Он сел на мотоцикл и начала надевать назад шлем, давая понять, что разговор окончен. Райли нервно закусила нижнюю губу и, почти надломленным голосом, прошептала: — Романо, ты не обязан это делать. Он на секунду остановился, не шевелясь. Его взгляд прикипел к её лицу — он видел её эмоции, чувствовал нотку то ли страха, то ли просто грусти Райли. — Я ничего не обязан, — ответил он ровно. — Я просто решил. Его ответ окончательно вывел её из равновесия — то, насколько уверенно он выглядел, даже не дожидаясь её новой реакции, привычных колких фраз или нервных предупреждений. Флаг на старте уже подняли. Толпа начала шуметь сильнее. Райли стояла неподвижно и впервые за всё время у неё не было понимая, как она могла бы его остановить, надоумить. Парень в последний раз посмотрел на девушку перед тем как одеть шлем и не спеша поехать к стартовой линии, где остальные байкеры уже ждали. Двигатель под ним ожил низким, мощным рыком, и вибрация прошла по всему телу Деклана, отзываясь где-то глубоко в груди. Он крепче сжал руль, чувствуя, как под кожаными перчатками напрягаются пальцы. Впереди растянулась тёмная лента дороги, освещённая редкими фонарями и белыми полосами разметки. По обе стороны ревели моторы других участников, но всё это сливалось для него в один ровный гул. И всё же мысли Деклана были не о гонке. Перед внутренним взором снова и снова всплывало лицо Райли. То, как она смотрела на него несколько минут назад — с настоящим страхом, который она отчаянно пыталась спрятать за раздражением и привычными колкостями. То, как её голос дрогнул, когда она сказала: «Ты не обязан это делать». И наконец то, как она замолчала, не сумев ответить на самый простой вопрос. Если тебе всё равно, что со мной будет, почему ты вообще здесь стоишь и споришь? Свет стартового сигнала вспыхнул впереди. Романо глубоко вдохнул и впервые за долгое время позволил себе признать то, что уже давно знал. Ему было недостаточно её насмешек, недостаточно случайных взглядов и бесконечных словесных дуэлей, недостаточно строить из себя человека, которому всё равно. Он хотел быть для неё кем-то важным, хотел, чтобы именно его она искала глазами в толпе. Чтобы именно за него боялась, чтобы именно к нему прибежала, если случится что-то плохое и, судя по тому, как она смотрела на него сегодня, возможно, он уже был ближе к этому, чем когда-либо осмеливался надеяться. Сигнал. Моторы взревели одновременно. Деклан резко отпустил сцепление, и байк рванул вперёд. Холодный воздух ударил в лицо даже через шлем, скорость мгновенно стёрла все посторонние мысли, оставив только дорогу, свет фар и напряжённую работу тела. Он входил в повороты с той же сосредоточенной точностью, с какой всегда подходил ко всему в своей жизни. Но даже сквозь адреналин он чувствовал странное, почти опьяняющее спокойствие, потому что впервые его расчёты касались не оценок, не будущей карьеры и не очередного идеально выверенного плана, а девушки с упрямым взглядом и острым языком, которая только что почти умоляла его остановиться. На одном из прямых участков он на долю секунды представил её у ограждения, скрестившую руки, сердитую, испуганную и, впервые, неравнодушную. Уголок его губ дрогнул. Если ради того, чтобы увидеть это, ему пришлось выйти далеко за пределы собственной зоны комфорта, то, возможно, риск уже стоил того. Он сильнее наклонился к рулю, выжимая из мотоцикла всё, на что тот был способен и не заметил, как впереди, в темноте, один из участников слишком резко вошёл в поворот. Заднее колесо повело в сторону, мотоцикл занесло поперёк трассы, почти полностью перекрывая дорогу. У Деклана не было времени на раздумья. Он инстинктивно ударил по тормозам. Шины пронзительно взвизгнули, байк дёрнуло, и на мгновение ему показалось, что он всё-таки удержит машину, но скорость была слишком высокой. Переднее колесо сорвалось. Мир перевернулся. Резкий удар. Сухой асфальт. Скрежет металла. Ослепляющая вспышка боли, прокатившаяся по плечу и боку, а затем всё утонуло в гуле голосов и далёком эхе моторов. Деклан лежал на спине, тяжело дыша. Небо над головой расплывалось мутными пятнами света. Чьи-то шаги, крики, люди бежали к нему, но среди всех звуков и силуэтов он различил только одного человека. Райли. Он увидел её ещё до того, как она опустилась рядом на колени. Растрёпанная, запыхавшаяся, с расширенными от страха глазами. Позже он узнает, что она буквально вырвала ключи у одного из байкеров и первой примчалась к нему. Но в тот момент для Романо имело значение только то, что она была здесь. — Деклан! — её голос дрогнул. — Смотри на меня. Ты меня слышишь? Её пальцы быстро и уверенно расстегнули ремешок шлема. Она осторожно сняла его и тут же обхватила ладонями его лицо. — Не закрывай глаза! — её голос дрожал как никогда раньше. Сердце парня сжалось от этого звука. Райли внимательно всматривалась в его зрачки, затем быстро провела руками по его плечам, ключицам, груди, животу, проверяя, не вздрагивает ли он от боли. — Где болит? Голова кружится? Тошнит? Ты можешь пошевелить руками? Деклан! Её пальцы дрожали, несмотря на отчаянные попытки сохранять спокойствие. Парень моргнул, пытаясь сфокусироваться на её лице. Даже сквозь пульсирующую боль уголок его губ чуть дрогнул, когда поднял ладонь и одними лишь пушечками пальцев, погладил её по щеке. — Если ты так хотела меня полапать, Пирс… — хрипло произнёс он, — могла просто сказать. Райли резко вскинула голову и нервно рассмеялась. В уголках её глаз была влага, она ели сдерживалась, чтобы не заплакать. Сдерживая волнение, она прошептала: — Ты идиот. Её голос снова предательски дрогнул, а руки, державшие его голову на её коленях, слегка дрожали. Она продолжала ощупывать его руки и рёбра, словно не верила, что он действительно в сознании. — Не смей больше так делать. Он чуть улыбнулся, насколько позволяла боль, и лукаво произнёс: — Значит, всё-таки переживала. — Заткнись, — прошептала она, прижимаясь лбом к его лбу. На какой-то миг их дыхания слились воедино в успокоюващем темпе. Парень глубоко вдохнул и ощутил привычный нежный аромат Райли. На душе сразу стало теплее, спокойнее, а от ощущения её нежных пальцев на его лице и волосах захотелось спать крепким сном. В этот момент рядом с ними резко затормозил ещё один мотоцикл. Фабиан и Лили практически одновременно бросились к ним, расталкивая группу зевак, которые уже успели собраться вокруг. — Чёрт возьми! — выдохнул Рейес, падая на колени рядом. — Романо, ты решил угробить себя только для того, чтобы доказать всем, что ботаникы тоже умеют водить? Лили опустилась рядом с Райли и с тревогой сжала её плечо. — Он в порядке? Райли, не отрывая взгляда от Деклана, судорожно кивнула, но её рука всё ещё крепко держала его за лицо, словно она боялась отпустить и убедиться, что всё это произошло на самом деле. Девушка продолжала вслушиваться в сердцебиение парня, будто боялась, что если перестанет этого делать, то он исчезнет. — Романо, ну ты и заноза в заднице, — облегченно выдохнула Лили, устало потирая виски. — Кто вообще надоумил тебя на эту затею? — подруги переглянулись и одновременно посмотрели на Фабиана. Рейес неловко улыбнулся и начал медленно отступать назад с вытянутыми руками вперёд. Взгляд Лили зло сузился, губы вытянулись в тонкую линию. В такие моменты она больно сильно была похожа на собственную мать. Та самая огненная ярость, сметающая всё на своём пути. — Фабиан Рейес! Чем ты думал?! — Райли и Деклан не удержались и тихо рассмеялись, когда Лили окончательно сорвалась на ноги и побежала за брюнетом. Затем Пирс резко выдохнула и холодно посмотрела на блондина, который до сих пор лежал на её бёдрах. — Романо, тебя тоже ждёт серьёзный разговор. Как только твои раны заживут. Парень снова тихо рассмеялся и только сильнее сжал пальцы девушки в своей руке. Его глаза продолжали смотреть на собранное лицо Райли, ловя каждый блеск её глаз, движение бровей и губ. — Думаю, поцелуй существенно ускорит моё выздоровление, — хрипло произнёс Деклан, и на его губах появилась та самая самоуверенная улыбка, от которой Райли обычно хотелось одновременно закатить глаза и стереть её поцелуем. На этот раз она снова закатила глаза — скорее по привычке, чем из раздражения, но вместо очередной колкости её лицо неожиданно смягчилось. Взгляд Пирс медленно скользнул по его лицу: по чуть растрёпанным светлым волосам, прилипшим ко лбу после падения, по серым глазам, в которых, несмотря на боль, всё ещё светилась эта невыносимая уверенность, и по губам, которые ещё мгновение назад изгибались в дерзкой усмешке. Сердце болезненно сжалось. Этот упрямый, невозможный, самовлюблённый идиот действительно рискнул собой и каким бы безрассудным ни был его поступок, в глубине души Райли знала правду. Он сделал это ради неё. Её пальцы осторожно скользнули к его щеке. Большим пальцем она едва заметно провела по линии его скулы, словно убеждаясь, что он действительно здесь, рядом с ней, живой. Тёплая улыбка коснулась её губ. — Ты неисправим, Романо, — прошептала она. — И всё же тебе это нравится, — тихо ответил он. Райли тихо выдохнула, их лица разделяли считаные миллиметры. Она чувствовала его дыхание на своих губах, чувствовала, как его взгляд становится серьёзнее, как за привычной самоуверенностью проступает нечто более уязвимое — надежда. И в этот раз она не стала убегать, не стала прятаться за сарказмом, не стала делать вид, что между ними ничего нет. Сократив последние миллиметры, Райли коснулась его губ своими. Сначала поцелуй был осторожным, почти невесомым. Мягкое, тёплое прикосновение, полное той нежности, которую они слишком долго скрывали за перепалками и взаимными издевательствами. Деклан едва заметно замер, словно не до конца верил, что это происходит на самом деле, а затем медленно ответил. Так же осторожно, так же бережно. Несмотря на боль во всём теле, он слегка приподнялся на локтях навстречу ей, и Райли почувствовала, как его пальцы снова находят её руку и крепко сжимают. От этого простого жеста у неё перехватило дыхание. Поцелуй стал глубже. Не требовательным, не отчаянным, но таким честным. В нём не было ни насмешек, ни соревнования, ни желания доказать, кто из них сильнее. Только облегчение, признание, чувства, которые они слишком долго боялись назвать вслух. Такая сладкая правда, правда их истинных чувств друг у другу. Когда Райли наконец отстранилась, их лбы остались соприкоснутыми. Её дыхание дрожало. Глаза блестели от непролитых слёз. Деклан медленно посмотрел на неё так, словно она была единственным, что имело значение в этом мире. Уголки его губ приподнялись в мягкой, почти неверящей улыбке. — Определённо помогает, — прошептал он. Райли тихо рассмеялась сквозь слёзы и нежно коснулась его лба своими пальцами. — Тогда, думаю, тебе придётся выздоравливать очень быстро. Потому что это был только первый. Тогда, в семнадцать, им казалось, что одного поцелуя достаточно, чтобы всё встало на свои места. Что после признаний обязательно наступает счастливая развязка, а впереди их ждёт целая жизнь, чтобы разобраться в чувствах, которые они так долго скрывали за сарказмом и взаимными уколами. Но у судьбы были другие планы. Тем же летом мир, который казался таким прочным и незыблемым, раскололся в одно мгновение. Внезапная смерть Лили стала трагедией, которая сломала каждого из них. Она была сердцем их компании, тем светом, который удерживал друзей вместе. Когда этот свет погас, всё остальное начало рушиться следом. Сильнее всех это ударило по Райли. Потеря лучшей подруги оставила в её душе пустоту, которую невозможно было заполнить ни словами, ни временем. Боль оказалась настолько глубокой, что Райли перестала подпускать к себе людей, даже тех, кто искренне хотел быть рядом. В том числе и Деклана. А Деклан, как бы ни пытался достучаться до неё, в конце концов был вынужден отпустить. Не потому, что перестал любить, а потому, что иногда чувства оказываются бессильны перед горем. Так их история оборвалась, едва успев начаться. Без громких прощаний, без обещаний, без возможности узнать, кем они могли бы стать друг для друга. Лишь спустя пять лет судьба вновь сведёт их вместе — на свадьбе сестры Лили, где среди музыки, цветов и воспоминаний им придётся посмотреть в глаза не только друг другу, но и тому будущему, которое они когда-то потеряли. И, возможно, именно тогда Райли и Деклан наконец поймут: некоторые истории не заканчиваются в тот момент, когда кажется, что всё разрушено. Иногда им просто нужно пережить годы боли, чтобы получить второй шанс на любовь, которая всё это время жила в их сердцах.