Латынь и прочие побочные эффекты

      Не знаю, насколько латынь — мёртвый язык, но проклятый точно. Мало того, что при прочтении мозг уже отказывается функционировать, так ещё и при произношении язык сломать можно. А звучит это всё так, будто ты людей не лечить собрался, а приносить в жертву самому дьяволу. Никогда не привыкну к этому — от каждого слова всякий раз бегут противные мурашки по коже.       Ну, возможно, латынь не такая уж и страшная, если по ней не нужно писать чёртов модуль.        Всё утро я просидела, как на иголках, вспоминая выученный материал, то и дело поглядывая на настенные часы. Они ритмично отсчитывали секунды до моего фиаско, потому что латынь — явно не моё.       Не особо задумываясь, я записывала конспекты других лекций, иногда и вовсе пропуская по паре строчек в тексте. Снова сидела вчера допоздна, готовясь к экзамену и зубря очередные термины, но, видимо, сделала этим себе только хуже — от терминов в голове не осталось и следа, зато вот рассеянности мне не занимать. Опять проспала, не успела позавтракать, а любое моё действие сопровождалось очень сонным зевком, на который оборачивались все одногруппники.        Ну всё, с сегодняшнего дня точно ложусь спать пораньше.       Уже сидя перед злосчастной аудиторией, я лихорадочно перебирала в голове весь необходимый материал, отчаянно пытаясь удержать его в голове хотя бы до конца пары. Но, как говорится, перед смертью не надышишься, да? 

***

      Через полтора часа я вместе с остальными буквально вывалилась из аудитории, еле перебирая ватными от стресса ногами в направлении выхода.        Точно завалила — можно было даже и не ждать результатов. В шестом вопросе вписала ответ на пятый, девятый вообще забыла, а двенадцатый даже не знала. Я обречённо вздохнула, наконец оказываясь на улице — хотя бы пара последняя была, и на том спасибо.        По дороге домой я растерянно пялилась себе под ноги, не переставая переживать из-за, возможно, не заваленного модуля. Но с каждым прокрученным в голове вопросом я всё больше теряла на это надежду, нервничая и убиваясь из-за этой грёбанной латыни. Maledicta sit!       Сама не заметила, как стояла уже под подъездом, пиная камень куда-то в сторону. Ничем непримечательное шестиэтажное здание — не панелька, но тоже выглядело убого — встречало меня своим хмурым видом, совершенно не улучшая моё и без того поганое настроение. Изнутри же оно было похоже на старую психбольницу, переделанную под жилой дом — от лестницы по обе стороны расходились коридоры, каждый из которых отделялся от лестничной клетки массивной стеклянной дверью с каким-то подобием решётки. Лифт хоть и выглядел современным, но скрипел так, будто держался на честном слове, заставляя каждый раз молиться, чтобы кабина не рухнула в шахту.       Отперев дверь ключом, перешагнула порог квартиры, стягивая с себя куртку и бросая сумку с конспектами на пол возле комода. Только сейчас я вспомнила, что совершенно ничего сегодня не ела и, словно в подтверждение моих мыслей, желудок неприятно заныл. Может, ноги ватные были и не из-за стресса вовсе.        Вымыв руки, я потопала прямиком на кухню, дабы чего-нибудь перекусить. Хотя желания на это абсолютно никакого не было. Я обречённо вздохнула, закрывая лицо ладонью. Войдя на кухню, я тут же замерла, распахивая глаза от удивления. Меня встретил приятный запах чеснока и каких-то морепродуктов, и я невольно принюхалась. Пахло невероятно вкусно, от чего в животе у меня заурчало.       Ло стоял ко мне спиной, что-то ритмично помешивая в сковородке. Было, конечно, очень необычно видеть подобную картину — я вообще слабо себе представляла хирурга, занимающегося бытом —, но смутило меня даже не это. Он стоял в одних только шортах. Без футболки. Трафальгар, мать его, Ло без футболки.       Как только я это осознала — чуть не подавилась воздухом. Если бог действительно существовал, то он точно глумился сегодня надо мной. Вместе с дьяволом на пару. Определённо.       Я, словно под гипнозом, рассматривала многочисленные замысловатые татуировки, что огромными чернильными пятнами украшали мускулистую спину и подкаченные руки. Весёлый Роджер словно насмехался надо мной, пока я старалась сопоставить все эти отметины с образом хирурга. Кто ж знал, что он прячет такое под длинным рукавом рубашки. Как его вообще в таком виде пускают к пациентам?       Пока я, откровенно говоря, нетактично пялилась на Ло, он, ощутив моё присутствие, вопросительно глянул на меня через плечо.       — Хэй, извини, помешал? Я тут просто хотел взять чего-то поже... — Трафальгар обернулся ко мне. У него и на груди татуировки. Я сглотнула. Это вообще законно — выглядеть вот так? — вать... — Кое-как закончила я, поднимая на него свой взор. Он проследил за моим взглядом и на его губах мелькнула лукавая ухмылка, что почти сразу исчезла, сменившись обеспокоенностью.       — У тебя всё в порядке? — Ло вдруг нахмурился. Он опёрся бедром о кухонную поверхность, машинально вытирая руки полотенцем. На плите рядом, видимо, доготавливалась паста с... Креветками? Аппетитненько.       — Да всё найс. Как обычно. А что? — Боже, почему я так странно разговариваю, когда нервничаю? Ещё и, кажется, от холода на улице что-то неприятно скатилось к губе. Сопли? Серьёзно? Почему я выгляжу всегда так нелепо? За какие такие грехи мне это всё?       — У тебя кровь из носа идёт, — сказал, будто отчеканил, хирург, приподнимая бровь в удивлении.       А, не сопли всё-таки? Слава богу, а то был бы такой позор.       Я медленно, в неверии, поднесла руку к лицу, вытирая что-то мокрое и липкое из-под носа. На внутренней стороне ладони действительно осталась алая кровь, а во рту ощущался противный вкус железа.       Это случилось настолько неожиданно, что я просто застыла на месте, не зная, что делать. Вернее, точно знала, но вместо этого глупо уставилась на Ло. Будто он мог как-то решить мою проблему.       — Сядь, наклони голову вниз и зажми нос. Не вздумай только запрокидывать голову назад, — спокойно бросил Трафальгар, выключив плиту, и достал из крайнего верхнего ящика миниатюрную аптечку, в которой лежали бинты, пластырь и всякая всячина.       У меня медленно начинала кружиться голова, но всё-таки с этим несложным действием я справилась. Зажав крылья носа чистой рукой, наблюдала за тем, как Ло переместился к холодильнику. Что он там делал, я не видела, так как козырёк кепки не позволял мне это сделать. Зато могла отчётливо видеть, как капли крови скатывались и пачкали мне спортивки. Это выглядело так крипово — особенно эта дорожка крови на полу.       Я настолько ушла в свои мысли, что даже не заметила, как Трафальгар подошёл ко мне, опустившись на корточки и заглядывая мне в глаза. Он, не церемонясь, убрал мою руку от лица, грубо зажимая мне нос и прикладывая... гелевый холодовой пакетик, обмотанный бинтами? Это ещё что за конструкция такая?       — Ай, — а пакетик-то был холодный, зараза — даже через бинты это отчётливо ощущалось. — Больно же, — прошипела я, приходя в чувства. Грубая мужская рука с такой силой зажимала мой нос, что мне казалось, будто он превратится в лепёшку.       — Терпи, — коротко ответил Ло. — Именно так ты должен был зажимать нос, — он обречённо вздохнул.       — Да знаю я, — съязвила, нахмурившись, — всё-таки тоже будущий медик.       — Да ты что, — хирург хмыкнул, — какой же из тебя медик, если ты даже не знаешь, что делать при кровотечении из носа?       — Знаю я всё, просто растерялся, — фыркнула я.       — Естественно, — Ло ухмыльнулся. — Так получается, ты учишься в меде?       — Да, на третьем курсе, — промычала в ответ.       — Зажми вот так нос одной рукой, а второй придерживай компресс и сиди так минут десять, — он убрал руки, давая мне возможность зажать нос самой. — А я думал, ты младше, — неожиданно продолжил хирург, всё так же ухмыляясь.       У меня закрадывалось подозрение, что ему просто нравилось издеваться над людьми — можно мне, пожалуйста, другого врача?       Трафальгар поднялся, прошагал к раковине и включил воду, чтобы смыть мою кровь со своих рук. Странное чувство.       — Мне это воспринимать за оскорбление или за комплимент? — Недовольно проворчала, глядя на него. — Если что, тебе необязательно мыть руки по локоть, я не заразный.       Ло на мгновение застыл, уставившись на свои руки. Чертыхнувшись, он выключил воду, оторвал несколько бумажных полотенец, вытерев ими лишнюю влагу.       — Как часто у тебя идёт кровь с носа? — Как-то, будто бы более профессионально, поинтересовался хирург.       — Ну, — я замялась, — обычно у меня такого не бывает.       — Сегодня что-то случилось? — Трафальгар снова подошёл ко мне и наклонился, проверяя, правильно ли я зажимаю нос.       Да, ты полуголый на кухне случился, придурок.       Только сейчас я осознала, насколько близко ко мне находился Ло всё это время — как он грубо зажимал мне нос, как он держал компресс, находясь всего в каких-то сантиметрах от меня. И ко всему этому, он всё ещё был без футболки. Мои уши моментально покраснели от смущения, и я неловко отвела взгляд.       — Возможно, сильно стрессанул из-за модуля по латыни, плюс к этому мало спал и до сих пор не ел, — ответила я честно.       — Вот оно что, — хирург недовольно вздохнул, потирая пальцами переносицу. — И какого хрена ты ничего не ел? Странно, что в обморок ещё не упал.       — И это говорит мне человек, который питается одними доставками? — Судя по тому, как часто нам звонили в дверь курьеры, он обычно не особо утруждал себя готовкой.       — Если ты не заметил, я как раз готовил, пока мне не пришлось спасать тебя прям на этой кухне.       Ух… лучше бы ты прям на этой кухне кое-что другое со мной делал.       Я лишь промолчала в ответ, потому что возразить действительно было нечего. Ло вернулся к плите, предварительно достав простую белую тарелку — под стать нашему дому-психбольнице —, и стал накладывать себе пасту. Насупившись, я молча наблюдала за ним, всё так же прижимая к носу компресс, который больше не казался таким холодным. Трафальгар так аппетитно наматывал спагетти на вилку, что я, не выдержав, снова отвернулась — я вообще-то тоже хочу есть!       Из мыслей меня вырвал глухой звук закрывшейся посудомойки. Я, вздрогнув, резко обернулась на Ло, который успел доесть, убрать за собой, снова вымыть руки и уже стоял рядом со мной.       — Покажи, — коротко сказал он, снова присаживаясь передо мной на корточки. Я убрала руки и, на удивление, кровь больше не заливала мои штаны, превращая их в красное месиво. Трафальгар осторожно осмотрел мой пострадавший нос, слегка поворачивая голову из стороны в сторону и, убедившись, что всё в порядке, поднялся.       — Сильно не нагружай себя хотя бы до конца дня, — спокойно произнёс он, направляясь к выходу из кухни. — И поешь. На плите ещё есть.       Я так и осталась сидеть, тупо пялясь туда, где секунду назад стоял Ло. Даже думать о чём-либо не хотелось.       — И кровь убери, — донеслось из коридора.       Да знаю я, знаю. Чёрт.