Глава 1: Тепло в холодном штабе

После изнурительных тренировок в Первом дивизионе Кафка Хибино чувствовал себя выжатым как лимон. Мало того, что вице-капитан Хошина гонял его до седьмого пота, так еще и Кикору постоянно ворчала, что он «безнадежный старик». Кафка сидел на скамейке в ночном тренировочном ангаре, приложив холодную банку с газировкой к лицу, и тяжело вздыхал. Для тридцатидвухлетнего мужчины у тебя слишком мало выносливости, Хибино Кафка. Кафка вздрогнул и чуть не выронил газировку. Перед ним стояла Саган Шиномия. Капитан секретного отряда CLOZER выглядела как всегда безупречно: её фирменное белое пальто с пушистым мехом было наброшено на плечи, длинные нежно-розовые волосы блестели под светом ламп, а в руках она держала свое массивное боевое копье. От неё веяло непреклонной уверенностью, но в глазах горел странный, оценивающий огонек. — А, к-капитан Саган! — Кафка мгновенно вскочил и вытянулся в струнку, глупо отдавая честь. — Простите! Я просто... немного перевел дух! Саган тихо и мягко рассмеялась, отчего её меховой воротник слегка качнулся. Этот смех совершенно не был похож на строгий хохот Кикору — он был глубоким и... теплым. — Расслабься, Хибино. Здесь нет генерала. И мы не на миссии, — она подошла ближе и села на скамейку, изящно закинув ногу на ногу. — Я наблюдала за твоим симуляционным боем. Твой процент высвобождения костюма всё еще низкий, но... в твоих движениях есть скрытая плотность. Как будто ты сдерживаешь внутри себя лавину. Кафка судорожно сглотнул, чувствуя, как внутри его грудной клетки испуганно сжалось ядро Кайдзю №8. «Она что-то знает? Или просто невероятно проницательна?» — пронеслось у него в голове. — Ну... я просто очень стараюсь догнать Капитана Мину! И не подвести Кикору! — Кафка неловко улыбнулся, потирая затылок. Саган внимательно посмотрела на него. Её взгляд скользнул по его взъерошенным волосам, недельной щетине и открытой, честной улыбке. На Талосе-II и в высших эшелонах Сил Обороны все были поглощены графиками, протоколами и жаждой силы. Кафка же был другим. В нем была простая, человеческая искренность, которой Саган, выросшей в суровой семье Шиномия, так отчаянно не хватало. — Ты удивительный, Кафка, — тихо сказала она, впервые назвав его по имени. Она протянула руку и аккуратно поправила воротник его тренировочной куртки. — Все бегут за силой, а ты бежишь за людьми. Мне это нравится. У Кафки от её близости и нежного прикосновения перехватило дыхание, а уши мгновенно покраснели.