Глава 16: Вспышка за закрытой дверью

Прошло три недели с того памятного разговора с Миной. За это время Кафка и Саган сблизились настолько, что скрывать чувства на базе Первого дивизиона больше не имело смысла. Они спокойно переглядывались на брифингах, Саган позволяла себе мимолетно коснуться его плеча в коридоре, а в редкие минуты наедине они обменивались короткими, но нежными поцелуями. Весь отряд CLOZER уже привык к тому, что их грозный капитан рядом с «Кафкой» буквально расцветала. Но сегодняшний день с самого утра пошел не по тактическому плану. В Саган словно вспыхнула какая-то непреодолимая, дикая страсть. Бесконечные отчеты, давление со стороны генералитета и постоянное сдерживание эмоций внутри жестких рамок Сил Обороны в один момент сорвали её внутренние предохранители. Ей до боли, до дрожи в пальцах захотелось почувствовать себя защищенной и любимой — прямо сейчас, без отлагательств. Кафка как раз проходил мимо её кабинета с очередным рапортом, когда дверь резко распахнулась. Саган, тяжело дыша, с пылающим румянцем на щеках, железной хваткой вцепилась в воротник его футболки и буквально затащила тридцатидвухлетнего мужчину внутрь. Щелк. Она повернула ключ в замке и намертво заперла дверь. — Саган?.. — Кафка испуганно округлил глаза, прижимая папки к груди. — Ты чего? Если Кикору или Хошина увидят, что мы заперлись посреди рабочего дня... — Мне плевать, Кафка, — перебила она, и её голос прозвучал непривычно низко, с хриплыми, властными нотками. Кафка, уловив этот хищный, решительный блеск в её глазах, сглотнул и шутливо поднял руки: — Ладно... Я понял, что без боя отсюда не уйду. Саган не стала отвечать. Она сделала шаг вперед, сокращая дистанцию, и резко, собственнически вовлекла его в горячий, отчаянный поцелуй. Папки с грохотом посыпались на пол, но никому из них не было до этого дела. Её губы настойчиво требовали ответа, а руки Саган лихорадочно вцепились в его плечи, притягивая к себе за талию. Кафка на секунду опешил от такого напора, но взрослая мужская натура и скопившаяся нежность мгновенно взяли верх. Его большие, мозолистые ладони легли на её спину. Он перехватил инициативу, отвечая на поцелуй со всей страстью, глубоко и уверенно, отчего Саган тихо и томно выдохнула ему в губы. Температура в кабинете стремительно росла, заглушая прохладу кондиционера. Кафка, действуя на чистых инстинктах, начал аккуратно снимать с неё лишнюю, тяжелую одежду. Фирменное белое меховое пальто капитана с тихим шелестом соскользнуло на кресло. Следом на пол отправился портупейный ремень и плотная форменная куртка CLOZER. Саган осталась лишь в легкой, облегающей белой майке, под которой отчетливо угадывались рельефные очертания её спортивной фигуры и бешено бьющееся сердце. Она упрямо потянула Кафку за футболку, заставляя его избавиться от неё, а затем её собственная майка тоже стремительно слетела через голову, открывая взору Кафки нежную, гладкую кожу, пахнущую розами и теплом. Они тяжело дышали, стоя посреди закрытого кабинета. Саган, избавившись от оков капитанской формы, выглядела невероятно хрупкой, но её глаза горели таким обожанием и страстью, что у Кафки окончательно отключились все рациональные мысли.