Глава 23. То, чего боится даже тьма

Башня Алфея содрогнулась от рёва Обсидиана. Чёрная дымка за окнами стала плотнее. Она двигалась слишком живо. Слишком разумно. И чем дольше Блум держала Валтор за руку, тем сильнее Драконий Огонь реагировал на эту древнюю тьму. Золотое пламя вокруг них не просто защищало. Оно… злилось. Валтор резко посмотрел на Блум. Через связь она почувствовала его мысль раньше, чем он заговорил. «Нет. Только не это.» — Что? — тихо спросила она. Но ответ пришёл не от него. Голос Обсидиана прокатился по башне, как раскат далёкого грома. — Теперь я понимаю… Тени за окнами медленно закрутились в гигантскую спираль. — Ты не просто источник света, дитя дракона. Магия вокруг Блум вспыхнула ярче. Хранители напряжённо переглянулись. А затем один из них потрясённо выдохнул: — Невозможно… Блум резко повернулась. — Да объясните уже нормально! Фарагонда смотрела на неё почти с ужасом. — Драконий Огонь никогда раньше не сопротивлялся Обсидиану напрямую. Тишина. А потом Валтор тихо произнёс: — Потому что раньше у него не было носителя, связанного со мной. Блум замерла. Связь между ними дрогнула. И в следующую секунду она увидела ещё одно воспоминание. Не своё. Не Валтора. Древний мир. Чёрное небо. И огромное золотое пламя, сталкивающееся с бесконечной тьмой. Голос, полный силы: — Пока существует сердце, способное выбрать свет… Обсидиан нельзя пробудить полностью. Воспоминание исчезло. Блум резко вдохнула. И Валтор сразу понял по её взгляду: она тоже увидела. — Сердце… — едва слышно произнесла она. Обсидиан внезапно рассмеялся. Глухо. Опасно. — Какая ирония. Тени вокруг башни резко сжались. — Ведь именно ты станешь причиной его падения. Валтор мгновенно напрягся. — Замолчи. Но древняя тьма будто наслаждалась происходящим. — Ты действительно думаешь, что любовь делает тебя сильнее? Чёрная магия рванулась внутрь башни. Хранители едва удержали барьеры. Стелла вскрикнула: — Я официально ненавижу древние пророчества! Но Блум не отводила взгляда от тьмы. Потому что внезапно поняла кое-что страшное. Обсидиан не пытается убить Валтора. Он пытается сломать его. Через неё. — Ты боишься, — тихо сказала Блум. Тишина. Даже Хранители удивлённо посмотрели на неё. Чёрная дымка за окнами дёрнулась. — Что?.. Блум шагнула вперёд. Валтор сразу попытался удержать её. — Не надо. Но она мягко сжала его руку. И почувствовала через связь его панику. Он боялся не Обсидиана. Он боялся потерять её. Именно поэтому Блум вдруг улыбнулась. Совсем немного. — Если бы ты был таким всемогущим, тебе не пришлось бы прятаться в чужой тьме. Башня замерла. А потом Обсидиан впервые по-настоящему разозлился. Тени взорвались вокруг Алфеи. Хранители едва удержались на ногах. Фарагонда резко подняла защиту. Но Блум уже почувствовала главное: она попала в цель. Обсидиан боялся. Не Драконьего Огня. Не Хранителей. А того, что Валтор может выбрать не тьму. Голос древнего существа стал холоднее. Опаснее. — Ты думаешь, сможешь изменить его? Блум посмотрела на Валтора. На человека, который всю жизнь считал себя монстром. И который всё равно каждый раз выбирал защищать её. Ответ был очевиден. — Нет, — тихо сказала она. Валтор замер. А Блум переплела свои пальцы с его. И золотое пламя вспыхнуло ярче. — Потому что он уже меняется.