Глава 80. Ревность, о которой никто не просил

Глава 80. Ревность, о которой никто не просил Столовая гудела. Не так шумно, как утром, когда Европа обычно устраивала дипломатические скандалы возле кофемашины, но всё равно воздух был наполнен голосами, запахами еды и грохотом подносов. Большинство стран сейчас были из Азии. Где-то у окна Вьетнам и Таиланд спорили о специях так эмоционально, будто обсуждали ядерную доктрину. Индия что-то громко доказывала Пакистану, размахивая ложкой. Япония спокойно пила чай и делала вид, что не слышит их уже третий час подряд. Южная Корея сидела рядом и листала телефон, периодически смеясь с мемов. А Казахстан и Россия сидели за отдельным столом. Спокойно. Без драк. Без криков. Без исторических угроз друг другу. Что уже было редкостью. Казахстан ел конину с гарниром и иногда молча пил чай. Россия сидела напротив и делала вид, что сосредоточена на еде. Но иногда смотрела на него. Ну как иногда. Каждые секунд десять. И вот в какой-то момент Казахстан повернул голову куда-то в сторону. Россия автоматически проследила взглядом. И увидела Кыргызстана и Узбекистана, которые сидели за соседним рядом столов. Кыргызстан что-то эмоционально рассказывал, активно жестикулируя вилкой. Узбекистан смеялся так, будто услышал лучшую шутку в истории человечества. Россия выдохнула. Тихо. Почти незаметно. Казахстан повернулся обратно. — Чего? — спросил он, заметив её взгляд. Россия сразу отвела глаза. — Ничего. — Ты выдохнула. — Потому что устала. Казахстан подозрительно прищурился. — Ты сейчас выглядела так, будто проверяла, не Канада ли там. Россия чуть не подавилась чаем. — Чего?! — Ну… — Казахстан пожал плечами. — Ты так резко посмотрела. Россия быстро взяла кружку. — Мне вообще похуй, с кем ты общаешься. Внутри головы: «Пиздёж» Она это прекрасно понимала. И это её бесило. Потому что ещё месяц назад Россия бы максимум закатила глаза и пошла дальше. А сейчас… Сейчас её почему-то раздражала сама мысль, что рядом с Казахстаном могут быть какие-то другие страны. Особенно женские. Особенно Канада. Особенно Америка. Особенно Украина. Особенно… Она резко оборвала мысли. — Ты чего зависла? — спросил Казахстан. — Думаю. — Опасно. Россия посмотрела на него. — Ты сейчас пошутил? — Возможно. — Пиздец. Китай на тебя плохо влияет. Казахстан усмехнулся. И Россия опять почувствовала этот странный укол внутри. Вот эта его спокойная улыбка… Она была слишком… Нормальной. Тёплой. Не наигранной. Не дипломатической. Просто настоящей. И это цепляло сильнее, чем Россия хотела признавать. Рядом кто-то громко заорал. — НЕ ТРОГАЙ МОЙ РИС! Все автоматически повернули головы. Оказалось, Индонезия чуть не получил подносом от Филиппин. — Это был мой рис! — Он стоял ОБЩИЙ! — Исторически это мой рис! — Исторически вы все заебали! Япония молча отпила чай. Южная Корея даже не подняла голову. Похоже, они привыкли. Россия усмехнулась. — Азия… Казахстан кивнул. — Европа хуже. — Справедливо. На соседнем столе Монголия ел буузы с таким серьёзным лицом, будто размышлял о судьбе мира. Хотя, зная Монголию, он реально мог. Он вообще иногда смотрел в стену так, будто вспоминал времена, когда половина Евразии принадлежала его империи. И самое страшное — исторически он имел право так смотреть. Казахстан отпил чай. Россия снова посмотрела на него. И опять задержалась взглядом на золотых глазах. Чёрт. Эти глаза реально были красивыми. Особенно на свету. Иногда они выглядели почти янтарными. И Россия ненавидела тот факт, что начала замечать такие вещи. Потому что это уже было не «странно». Это уже было… Опасно. — Ты опять смотришь, — спокойно сказал Казахстан. Россия резко отвела взгляд. — Не льсти себе. — Тогда почему уже минуты две смотришь? — Потому что ты молчишь. — И? — Это подозрительно. — Я ем. — Именно. Казахстан усмехнулся. Россия почувствовала, как сердце снова стукнуло быстрее. «Да блять…» Биологически это раздражало. Она прекрасно знала, как работают гормоны, дофамин, окситоцин и прочая херня. Благодаря лекциям Казахстана Привязанность у стран вообще была сильнее, чем у людей. Особенно эмоциональная. Потому что страны жили веками. И если страна к кому-то привязывалась… Это могло быть очень надолго. Россия медленно закрыла глаза. «Только не это.» Казахстан спокойно доедал гарнир, вообще не понимая, что напротив него сейчас идёт внутренняя гражданская война. Причём масштабнее, чем у США в XIX веке. — Кстати, — вдруг сказал Казахстан. — Китай реально может говорить без остановки часов десять. Россия открыла глаза. — Он сегодня пять часов объяснял один маршрут. — И три часа погоду. — И два часа рассказывал про влажность степей. — И ещё час про влияние ветра на логистику. Россия фыркнула. — Великий Шёлковый путь скоро станет Великим Пиздецом. Казахстан тихо засмеялся. И Россия снова почувствовала, как внутри всё становится мягче. Вот это и было самым страшным. Не, хотя да поцелуй. Не мысли. Не ревность. А то, насколько спокойно ей рядом с ним. Для России это было почти ненормально. Она привыкла к напряжению. К конфликтам. К борьбе. К вечной готовности ударить или получить удар. А рядом с Казахстаном… Было тихо. Спокойно. Тепло. И это пугало сильнее любой войны. Казахстан поставил кружку. — Ладно, я пойду. Россия сразу подняла взгляд. — Куда? И тут же мысленно ударила себя. Слишком быстро спросила. Казахстан вроде не заметил. — К Отг. Мы сегодня ещё почти не виделись. Россия выдохнула. Опять. И опять слишком заметно. Казахстан прищурился. — Ты точно нормально себя чувствуешь? — Да. — Тогда почему ты постоянно вздыхаешь? — Потому что живу. — Аргумент. Россия закатила глаза. Казахстан встал из-за стола. — Ладно. Увидимся. — Угу. Он уже собирался уйти, но потом остановился. — И Россия. — Чего? — Не смотри так на Канаду потом. Россия чуть не подавилась воздухом. — Я НЕ СМОТРЮ НА КАНАДУ! Казахстан улыбнулся. — Ага. И ушёл. Россия несколько секунд сидела молча. Потом медленно закрыла лицо руками. — Да какого хуя… — Чего случилось? Россия подняла голову. Рядом уже сидела Северная Корея с соком. Абсолютно внезапно. Как всегда. — Ты когда пришла? — Минуту назад. — А предупредить? — Зачем? Северная Корея спокойно отпила сок. — Ты выглядишь так, будто проиграла войну. Россия устало посмотрела в стол. — Хуже. — Китай снова начал лекцию? — Нет. — Америка выбесила? — Нет. — Тогда что? Россия молчала секунд пять. Потом тихо сказала: — Почему меня бесит, когда к нему подходят другие женские страны? Северная Корея моргнула. — К кому? Россия поняла, что чуть не спалилась. — Неважно. Северная Корея прищурилась. Но ничего не сказала. Только отпила сок. — Знаешь, — спокойно сказала она. — Это обычно называется ревностью. Россия медленно убрала руки от лица. — Нет. — Угу. — Нет. — Конечно. — Завались. — Уже.