Глава 85. Следы проходят

Глава 85. Следы проходят Прошло часа три. Шум столовой давно затих. Крики России и Украины уже не разносились по этажам. Да и вообще здание всех стран к вечеру становилось спокойнее. Будто само уставало от политических конфликтов. В палате было тихо. Настолько тихо, что слышно было, как гудит старая лампа под потолком. Казахстан сидел на краю койки и закатал рукав. Плечо после удара Америки выглядело… нормально. Слишком нормально. Он несколько секунд смотрел на кожу. Ни синяка. Ни опухоли. Ни следа. Хотя Америка тогда ударила так, что обычного человека пришлось бы собирать по частям. Казахстан провёл пальцами по плечу и тихо выдохнул. — Организм страны всё-таки ебанутый... Это было правдой. Их тела работали совсем иначе. Особенно у старых стран. Особенно у тех, кто пережил войны, голод, катастрофы и распады. Регенерация у стран была в разы быстрее человеческой. Кости крепче. Ткани плотнее. Даже кровь восстанавливалась быстрее. Иногда Казахстану казалось, что страны — это вообще отдельный биологический вид. Просто очень нервный. Он уже хотел встать, как дверь палаты тихо открылась. Казахстан поднял взгляд. И немного удивился. В палату зашла Украина. Выглядела она… хуёво. Под глазом синяк. На губе маленькая трещина. На руке царапины. Волосы растрёпаны. И главное — она выглядела уставшей. Не физически. Внутри. Украина сначала замерла у двери. Будто сама не была уверена, зачем пришла. Казахстан молча смотрел на неё пару секунд. Потом спокойно сказал: — Ты выглядишь как Балканы после двадцатого века. Украина фыркнула. И это уже было хорошим знаком. — Спасибо. — Это был не комплимент. — Всё равно спасибо. Она медленно прошла внутрь и села на соседнюю койку. Несколько секунд молчала. Казахстан заметил, как она иногда морщится. Похоже, болел бок. И рука. И, возможно, всё остальное тоже. — Россия? — спросил Казахстан. Украина закатила глаза. — А кто ещё? — Ну мало ли. Может ты с Польшей опять спорила. — Польша хотя бы стульями не кидается. — А Россия кидается? Украина посмотрела на него. — Казахстан. — Да? — Она в меня столом запустила. Казахстан несколько секунд молчал. Потом всё же не выдержал и заржал. Не громко. Но искренне. Украина сначала нахмурилась. Потом сама усмехнулась. — Да иди ты. — Извини, просто… блять… столом? — Она психованная. — Это я знаю. — Нет, ты не понимаешь. Она реально психованная. Казахстан встал. Подошёл к шкафчику. Достал аптечку. Украина сразу напряглась. — Не надо. — Надо. — Я сама— — Украина. — Что? — У тебя кровь на рукаве. Она посмотрела вниз. И только сейчас заметила. — А… блять. Казахстан уже сел рядом и начал доставать бинты. Двигался спокойно. Уверенно. Как обычно. Украина некоторое время просто наблюдала за ним. Потом тихо сказала: — Ты всем помогаешь? — Почти. — Даже после того, как тебя полмира втягивало в своё дерьмо? Казахстан пожал плечами. — Ну… кто-то же должен быть нормальным. Украина слабо усмехнулась. — И как ты ещё не ебанулся? — Поздно. Я уже. Он аккуратно обработал царапину на её руке. Украина поморщилась. — Щиплет. — Потому что антисептик. — Спасибо, блять, капитан биология. — Между прочим, спирт разрушает клеточные мембраны бактерий. — Вот. Опять. — Что опять? — Ты не можешь без лекций. Казахстан задумался. — Наверное, могу. Пауза. — Но не хочу. Украина неожиданно тихо засмеялась. И смех был… странным. Не язвительным. Не злым. Просто обычным. Будто она на секунду перестала быть страной, у которой вечные проблемы. Казахстан заметил это. Но ничего не сказал. Он продолжил обрабатывать раны. Украина постепенно расслаблялась. Сначала сидела напряжённо. Потом перестала вздрагивать. Потом вообще опустила плечи. — Россия тебя тоже лечила? — вдруг спросила она. Казахстан едва заметно замер. Сердце дёрнулось. Но внешне он остался спокойным. — Почему спрашиваешь? — Потому что она никому не доверяет. А тебе — да. Казахстан отвёл взгляд. — Ну… нет. Украина некоторое время молчала. Потом тихо сказала: — Она раньше другой была. — Кто? — Россия. Казахстан поднял взгляд. Украина смотрела в стену. — Когда-то давно… ещё до всего этого… она была спокойнее. Не такой колючей. Не такой злой. — А сейчас? Украина усмехнулась. Грустно. — Сейчас мы обе ебанутые. Палата снова затихла. Казахстан аккуратно перебинтовал её руку. — Готово. Украина посмотрела на бинт. — Красиво сделал. — Я старался. — Ты реально как врач. Казахстан тихо хмыкнул. — Не, меня просто история хуярить любила. Украина посмотрела на него внимательнее. Но спрашивать не стала. Потому что поняла — не ответит. Не сейчас. Может вообще никогда. И тут дверь палаты снова открылась. Казахстан обернулся. Россия. Она вошла спокойно. Холодное лицо. Острый взгляд. Но когда увидела Украину… А потом Казахстана рядом с ней… Что-то внутри неё неприятно кольнуло. Очень неприятно. Россия этого даже не ожидала. Она ведь сама себе говорила, что ей похуй. Абсолютно. Совершенно. Вообще. Но сердце почему-то с этим было не согласно. Особенно когда она увидела, как Казахстан держит руку Украины, пока перевязывает бинт. Россия замерла буквально на секунду. Потом снова стала внешне спокойной. — О. Украина сразу напряглась. — Чего тебе? — Ничего. Россия перевела взгляд на Казахстана. — Лечишь? — Ага. — Ясно. И вроде голос был обычный. Ровный. Но внутри у неё уже начинало мерзко жечь. Потому что мозг сразу услужливо подкинул: "А если он и с Украиной такой же добрый?" "А если ей тоже нравятся его глаза?" "А если он влюбился в Украину?" "А если она влюбилась в Казахстана?" "А если— блять Россия успокойся" Россия мысленно послала саму себя нахуй. Очень далеко. Украина же вообще ничего не понимала. Она не знала ни про поцелуй. Ни про чувства России. Ни про самого Казахстана. Для неё это выглядело просто как: Казахстан помогает. Россия пришла. Всё. Но атмосфера в палате почему-то резко стала напряжённее. Казахстан это тоже почувствовал. И мысленно уже начал подозревать, что вечер будет тяжёлым.