Глава 7

Глава 7 Учебный год оказался не таким уж засушливым, как я ожидал. В большинстве недель я получал от трёх до четырёх минетов и всё равно оставлял себе немного очков про запас для мелких дополнительных удовольствий. Мы иногда играли в скрабл, и это почти всегда приносило мне лишние очки. Через пару недель после начала триместра мама решила, что в первую и третью среду каждого месяца мои очки будут стоить вдвое дороже. Обычно в такие вечера я тратил достаточно, чтобы раздеть её догола и получить награду в виде её прекрасного рта на моем члене. В школе я работал довольно усердно, но не чрезмерно. По сильным предметам - истории, английскому, журналистике и обществознанию — я получал пятёрки. По слабым - математическому анализу и физике - четвёрки. В целом за промежуточные оценки я заработал 50 очков. – Неплохо, да? – спросил я её. – Хорошо, но не отлично, – ответила она. – Ты можешь лучше. – Ладно, – сказал я с притворным возмущением, – я подтяну все до пятёрок к декабрю и заработаю себе 120 очков. – Меня это вполне устраивает, – сказала она, – но ты никогда этого не сделаешь. Я ни разу не видела, чтобы ты хотя бы пытался учиться. – О, я сделаю, – сказал я, поглаживая член через джинсы, – а ты пока придумай, что я получу за свои 120 очков. – Знаешь что, – сказала она, приподняв бровь, – если ты действительно сумеешь вытянуть все пятёрки, ты получишь 120 очков и я буду твоя на целый день. – Что ты имеешь в виду? – спросил я, немного растерявшись. – Ты сможешь иметь меня целый день. Я сделаю всё, что ты захочешь. – Погоди… всё что угодно? – спросил я. – Всё что угодно, – сказала она, улыбаясь. Я стал работать усерднее. Нужно было только подтянуть анализ и физику до девяностых. По физике у меня было 86, так что я не ожидал больших проблем. А вот анализ… там у меня было 80 — едва-едва четвёрка с минусом. В следующие шесть недель я делал всё возможное, чтобы поднять оценки. Я учился и даже выполнял все домашние задания. Я конспектировал на уроках и даже ходил после школы на дополнительные занятия по математике. Это испытание стало главной темой разговоров в доме. Родители постоянно спрашивали меня, как идут дела в школе. Я начал работать ещё интенсивнее. Мои мысли постоянно были заполнены картинами того, что я хотел сделать с мамой. Это, конечно, всё сильнее и сильнее мешало мне действительно сосредотачиваться на учёбе. Я умолял учителей дать мне хоть какие-нибудь дополнительные задания за баллы. Когда триместр закончился, я уже ни о чём другом не мог думать. Я был так взвинчен от предвкушения, что почти каждый день чувствовал тошноту, хотя эрекция почти не проходила. Я ждал почту каждый день. Оценки пришли в среду после того, как закончилась школа. Я едва мог дышать, сидя за кухонным столом и глядя на конверт. Мама посмотрела на меня странно. – Да открывай уже, – сказала она. Сердце колотилось, когда я разорвал конверт. Я вытащил табель и медленно его раскрыл. Я посмотрел на оценки. – Чёрт возьми! – 89 по физике. Я хлопнул табелем по столу. – Да ты шутишь! Мама подняла табель со стола и посмотрела на него. Она пробежалась глазами по строчкам и затем посмотрела на меня. – Одна четвёрка с плюсом, да? – сказала она, стараясь не улыбаться. – Знаю, – сказал я, опустив голову в ладони. – Слушай, – сказала она, – поскольку ты работал действительно очень-очень усердно и тебе не хватило всего одного балла… Я быстро поднял на неё взгляд. – Да? – спросил я. – Ты можешь получить свой день. – Правда? – спросил я, наполняясь восторгом. – Да, ты можешь иметь меня в субботу, – сказала она, – но тебе придётся поделить день с отцом. Я обещала ему что-то особенное, потому что он получил повышение. – То есть мы поделим день пополам? – спросил я. – Да, как вы сами договоритесь, – сказала она. Когда отец вернулся домой, мама рассказала ему о своём решении. Отец выглядел почти таким же взбудораженным, как и я. После того как отец убрал портфель, мы сели ужинать. Весь остаток того вечера и следующие два дня я ходил твёрдый как камень. Я пытался не думать об этом, но быстро сдался, поскольку это оказалось совершенно бесполезно. Раз или два за вечер отец отводил меня в сторону, и мы строили планы на субботу. Мы решили, что будем просто делить её весь день, вместо того чтобы делить день пополам. В пятницу вечером, когда мама была занята, он завёл меня в их спальню. Он открыл ящик с её нижним бельём и перебирал его, пока не добрался до нижнего белья в самом низу. Мы посмотрели всё и обсудили, в чём мы хотим увидеть её завтра. В ту ночь я пролежал в постели часами, совершенно не в силах заснуть. Я ворочался, но в конце концов всё-таки задремал. Будильник зазвонил в 8 утра - во столько мама согласилась начать наш день. Я вытащил себя из постели и быстро натянул боксеры, джинсы и футболку. Когда я шёл по коридору к спальне родителей, я услышал, что их будильник тоже звонит. К тому времени, как я дошёл до комнаты, будильник уже выключили. Отец сидел на краю кровати, а мама всё ещё лежала в постели, опираясь на локти. – Тебе действительно не нужно было одеваться, – сказал он. Когда я начал снимать одежду, мама откинула одеяло, обнажив свои прекрасные груди. – Готов? – спросил меня отец. – Да, – кивнул я. – Полагаю, спросить нужно её, – сказал он, обращаясь к маме. – А как насчёт того, чтобы я сначала приняла душ? – спросила она. Отец посмотрел на неё. – Ладно, но быстро, – ответил он. Мы с отцом смотрели, как она принимает душ, оба пульсировали от предвкушения. Когда она закончила мыться и вытерлась, отец велел ей лечь на кровать. – Ну и что теперь? – спросила она. Отец кивнул мне. Я медленно подошёл к кровати. – Значит, ты первый? – спросила она хитро. Я кивнул, забираясь на кровать. Я нежно поцеловал её, и она ответила на поцелуй. Я запустил руку в её мокрые волосы и поцеловал сильнее. Мой язык скользнул к ней в рот, когда я оседлал её талию. Я массировал её груди, наслаждаясь тем, как они ощущаются в моих ладонях и как реагируют на мои прикосновения. Пока её язык танцевал с моим, она подняла одну руку и обхватила мой член. Я пососал её нижнюю губу, прежде чем прервать поцелуй.